Лебединая верность (СИ)
- Просто, ты рассказываешь мне исключительно то, что считаешь, что я хочу услышать. И своей внешностью пользоваться тоже умеешь. Идеальная маленькая леди… А читать вот совсем не любишь? Или, всё-таки, сперва книги, а потом уже остальное?
Изи изумлённо смотрела на мужчину. Создавалось впечатление, что он читает её мысли и раскусил сходу. Но разве это возможно? Неожиданно, за неё вступился младший блондин:
- Отец, не пугай ребёнка. А вы способная, смышлёная и хваткая юная леди, мисс Изи.
- Я смотрю, Вы уже все познакомились, - меж тем, в комнату вошёл профессор Забини. - Лонгботтом, ты уже поделился с ними новостью?
- Нет, - холодно качнул головой герболог, явно желавший еще что-то добавить, но его перебил вспыхнувший в камине огонь. Через мгновение, оттуда вышел уже знакомый Изи Гарри Поттер.
- Забини, - отряхивая мантию, насмешливо проговорил избранный. - Я же говорил, она для тебя маленькая. Три часа в должности преподавателя, а МакГонагалл уже вызывает Аврорат?
- Очень смешно, мистер Поттер, - процедила как раз вошедшая в комнату Минерва. Следом за ней внутрь просочился Джеймс. - Вы здесь не поэтому. И очень хорошо, что Вы тоже заглянули на огонёк, Люциус, Драко. Вас это касается в первую очередь. Дело в том, что Распределительная Шляпа считает, что мисс Грей на самом деле…
- Ваша Шляпа ошибается, - решительным голосом перебила директора Изи, и все мужчины в комнате обратили на неё изумленные взгляды.
Что стало со сладким, приятным голосом, ласкающим слух? В голосе девочки сквозили твёрдые, поучительные нотки, которые все вокруг вмиг узнали. Драко Малфой опустился на стул, тряхнув головой, Гарри застыл на месте, а Забини победно улыбнулся. Но на этом преображение маленького белокурого ангела не закончилось. Прекрасные глаза цвета высокого неба вдруг опасно сузились, челюсть решительно поджалась, а тонкие прямые брови сошлись на переносице. Трансформация была потрясающей, и каждый из присутствующих не мог отвести глаз.
- Господи, - прошептал Гарри. - Забини, кобель ты несчастный, ну и глаз…
- Каким именно именем Шляпа настаивает называть мисс Изи, профессор? - бледный, как смерть, прошептал Драко. Его отец молча в изумлении смотрел на девочку.
- Изабелла Грейнджер, - голос Минервы был мягким и соболезнующим. - А ещё, она настаивает, что хотя и не может по старинным законам Магии назвать фамилию отца, но это…
- Наследник священных 28, - кивнув, закончил за неё Люциус. - Это правда, наши незаконнорождённые не имеют права называться именем рода, пока их не нанесут на гобелен. Для тех, кто рождён вне брака, это делается вручную патриархом рода. - Он тряхнул головой и растянул губы в усмешке. - А срочность вызова, я так понимаю, вызвана тем, что каждый чистокровный сопляк на Слизерине вытащил палочку и сделал стойку, готовый произнести заклинание «принадлежности» или «требования в род».
- Не волнуйтесь, милорд, мы с Невиллом были быстрее, - Забини скрестил руки на груди.
- Благодарю, Блейз. Мы с Драко тебе обязаны. И вам тоже, мистер Лонгботтом, - Люциус кивнул Невиллу, всё ещё исполнявшему роль каменного изваяния.
– Что это ещё за заклинание? – у директора МакГонагалл было очень много вопросов, но после недавней смуты в Большом Зале она подозревала, что во избежание дальнейших проблем должна выяснить это в первую очередь.
– Не беспокойтесь, мадам директор, этого больше не повторится. Перед тем, как удалиться сегодня, мы с Драко удостоверимся, что девочка на глазах у всех принята в род. После этого, её защитит магия Малфоев, - Люциус насмешливо приподнял бровь, заметив, как Джеймс Поттер ненавязчиво переместился и сейчас стоял за плечом Изи. Впрочем, ни один из Малфоев не прокомментировал подобный манёвр, хотя заметили его и отец, и сын. – Но в двух словах, Минерва, в нашем роду девочек не было уже очень много лет. Мисс Изабелла теперь считается очень ценным приобретением для большинства древних родов, ведь она Малфой. Драко не успел обвенчаться с мисс Грейнджер, на тот момент это было невозможно, они лишь обручились, но этого недостаточно для защиты их дочерей. - Поняв, что никто кроме Невилла и Забини не имеет ни малейшего представления, о чём он говорит, Люциус продолжил. - Незаконнорождённых девочек чистокровные мужчины из других родов могут с помощью заклинания получить себе, они ведь не защищены. Открутиться после факта невозможно, и ты избегаешь всех передряг: ни мнение семьи отца, ни самой девочки больше не учитывается. А в волшебном мире прекрасно известно, из-за кого Малфои переметнулись, плюс, достаточно слухов. Вон, мистер Забини сразу знал, кого позвать, едва расслышал фамилию матери. Точно так же без особого труда догадались и остальные.
– И все равно, вы все ошибаетесь, – упрямо проговорила Изи. – Я никакая не Грейнджер, и не Малфой. Я ведь читала про неё, и Джеймс мне рассказывал, она была не только умная, но и храбрая. А у меня храбрости нет. Да, я достаточно умна, сообразительна, а ещё, очень хорошо умею манипулировать ситуацией и пользоваться своими преимуществами.
– И если ты спросишь меня, милочка, то это делает тебя истиной Малфой, – насмешливо проговорил профессор Лонгботтом, но его все услышали. Люциус поджал губы и бросил на декана Гриффиндора недовольный взгляд, но возражать не стал. Вместо этого, он вновь обернулся к Изи.
– Я понимаю, юная леди, что вы услышали очень много нового за последние несколько дней. Но вас ведь вырастили в приюте, что обозначает, что ваша мать мертва, поэтому, просто поверьте нам на слово, в таких вещах в волшебном мире не ошибаются.
– Моя мать не мертва, – тон голоса девочки сейчас напоминал все замёрзшие ледники мира разом. - Мама больна, у неё шизофрения, я навещаю её очень часто. Я всегда читаю ей книги, это её успокаивает.
– Гермиона жива? Дракл с Дементором тебя подери, Лонгботтом, я понимаю, что ты меня ненавидишь, но её то за что? Ты всё это знал и не мог нам сказать? – Драко вскочил с места, опасно сверкнув глазами.
– Я не знал, а точнее, упустил эту информацию из виду. Я ведь не должен встречаться с душевнобольными родителями, у которых даже нет прав на их ребёнка. Моей задачей было только уладить все с приютом, - профессор гербологии сжал кулаки, явно смутившись под направленными на него взглядами Малфоя и Поттера. Причём, избранный был взбешён не меньше. Однако, Гарри пришел в себя первым. Сделав глубокий вдох и призвав всю выдержку и тренинг аврора, он обернулся к Изи и мягко проговорил:
– Изи, расскажи мне, пожалуйста, все по порядку. Ты сказала, что у твоей мамы шизофрения. У неё что, галлюцинации? Она слышит голоса? Рассказывает небылицы?
– Нет, мама вообще не может говорить. Это называется заблокированным состоянием. Её нашли возле госпиталя, когда роды уже практически начались. В ответ на вопрос, как её зовут, мама смогла лишь сказать «Грей». Все решили, что это и есть её фамилия.
- Она пыталась сказать Грейнджер, – едва слышно выдохнул Драко, но его услышали все. Изи нахмурилась. Она впервые осознала, что её имя и вправду является первым слогом фамилий той самой Гермионы.
- Пожалуйста, продолжай, – мягко отвлёк её от удивительного открытия Гарри.
– А потом я родилась, и кроме слова «Грей», мама твердила только ещё одно имя: Белла. Кому-то из медсестер оно очень понравилось, и они решили меня так назвать, Изабелла. Но каждый раз, когда мама слышала это имя, с ней начиналась дикая истерика, и впоследствии я настояла, чтобы меня просто звали Изи.
– Гермиона пыталась назвать им имя своей мучительницы, женщины, которая её похитила, и они назвали в честь Беллы её дочь, – Гарри Поттер устало потёр лоб в том самом месте, где навсегда сувениром его предназначения оставался шрам.
– Женщину, которая похитила маму, звали Изабелла? – ошарашено переспросила Изи.
– Беллатрикс, – ответил ей Люциус. – Но мы все сокращали её имя. Мы называли её Белла. Впрочем, твоя мать вполне могла пытаться произнести и Беллатрикс.
- Поттер, - Драко решительно поднялся на ноги. - Собирайся. Мы отправляемся в эту больницу за Гермионой.