Лебединая верность (СИ)

В приют она вернулась поздно, проведя очень много времени в различных лавках и магазинчиках. Они выбрали все нужные учебники, подобрали ей форму, а потом профессор подарил ей книжку про историю магического мира. Мистер Лонгботтом сразу предупредил, что в приют все эти вещи она с собой взять не сможет, так как не должна никому ничего рассказывать, даже своей матери, о несчастье которой девочка уже успела поведать волшебнику.
  
Завтра с самого раннего утра профессор навсегда заберёт юную магглорождённую из приюта, и для Изи начнётся новая жизнь. И хотя девочка с болью в душе понимала, что вряд ли сможет увидеть свою мать как минимум долгое время, привыкшая искать во всех ситуациях удобный для себя выход, не обязательно находя нужным сообщать о своих размышлениях всем вокруг, Изи быстро решила, что при первой же возможности найдёт способ навестить мать. В приюте, казалось, никто даже не заметил её отсутствия, и девочка догадалась: профессор их просто каким-то образом заколдовал.
А на следующий день, ровно в девять утра, мистер Лонгботтом забрал Изи навсегда из приюта, заставив всех поверить, что Изи удочерили иностранцы, и юная мисс Грей оказалась на платформе 9 и 3/4 вместе с толпой других детей, дожидаясь отправления в Хогвартс красного экспресса.
========== Часть 2 ==========
Крепко держа за руку профессора Лонгботтома, Изи с опаской оглянулась по сторонам. На платформе 9 и 3/4 было шумно и людно, вокруг раздавался весёлый смех и говор будущих и возвращающихся в Хогвартс учеников. Их родители тем временем переговаривались между собой, кое кто украдкой смахивал со щеки слезинки. В основном, старшие ученики собирались небольшими группами, придерживаясь цветов галстуков. Девочка, успевшая просмотреть книги по истории Хогвартса только в магазине, сразу догадалась, что старшие ребята придерживались своих факультетов, а младшие жались к семье и друзьям, прекрасно осознавая, что обычно дети попадали на тот же факультет, что их родители.
Сама же Изи подозревала, что, как все магглорождённые волшебники, окажется на Гриффиндоре. Впрочем, учитывая влияние, которое факультет отважных получил после победы легендарного Гарри Поттера во второй магической войне, а профессор Лонгботтом уже успел вчера рассказать своей подопечной и о мальчике-который-выжил, и о золотом трио, и своем личном участии во всех событиях, Изи ожидала распределения с огромным нетерпением.
Положа руку на сердце, Изи была далеко не уверена, что обладает нужной отвагой, или что напоминает знаменитую подругу нынешнего главы Аврората, легендарную Гермиону Грейнджер. Скорее, по характеру она слизеринка, но даже после второй магической войны на этот факультет в основном шляпа распределяла лишь чистокровных. А вот Рейвенкло ей бы подошел.
– Она тебе никого не напоминает? – Гарри Поттер обернулся, с удивлением глядя на обращавшегося к нему Блейза Забини. «Профессор Забини», мысленно поправил себя начальник Аврората, вспомнив, что в этом году бывший однокурсник получил позицию преподавателя зелий.
– Ты о ком? – Гарри огляделся по сторонам, пытаясь отыскать взглядом предмет интереса известного Слизеринского сердцееда.
– Блондинка, явно магглорождённая, которую привел на платформу Невилл. Я просто не могу отделаться от мысли, что она мне кого-то безумно напоминает.
Гарри проследил за взглядом новоиспеченного профессора и усмехнулся:
– Девочка, несомненно, очень красивая, но для тебя не мелковата?
– Да иди ты, Поттер, – Забини фыркнул. – И с тобой после такого говорить… А ещё Аврор называется.
Меж тем, Блейз получил неожиданную поддержку в лице старшего сына сокурсника. В свои одиннадцать лет уже обещавший ничем не уступать по части сердцеедства легендарному итальянскому ловеласу, Джеймс Поттер тоже окидывал оценивающим взглядом белокурую девочку.
– Папа, пойдём поздороваемся с профессором Лонгботтомом, – зелёные глаза старшего сына легенды магического мира сверкали огнём, которого никогда не было в глазах его отца. А вот исходя из свидетельств очевидцев, его дед, в честь которого Джеймс и был назван, обладал им в полной мере. Правда, сами глаза достались ему от бабки Лили Эванс.
– А вот сын у тебя толковый, - с одобрением кивнул Блэйз Забини.
– Так рад, что ты оценил, – Гарри насмешливо закатил глаза, но в сторону Лонгботтома направился. – Привет, Невилл. Не познакомишься ли ты нас со своей юной протеже?
От внимания профессора гербологии и декана Гриффиндора не ускользнули взгляды Джеймса Поттера и Блейза Забини. Усмехнувшись, он пожал протянутые руки старого друга и нового коллеги и понимающе улыбнулся младшему Поттеру. Кивнув, профессор произнёс самым официальным тоном, на который был способен:
– Позвольте представить, Изи Грей, она присоединится к нам в Хогвартсе в этом году. Изи магглорождённая волшебница, она воспитывалась в приюте и поэтому узнала о нашем мире только вчера. Мы посчитали, что так будет безопаснее, поэтому, Изи еще очень мало знает, кроме того, что я успел поведать ей сам.
Гарри Поттер кивнул, молниеносно узнав молчаливую ссылку друга на бывшего потенциального завоевателя магического мира. Тем временем, светлые глаза девочки сверкнули острым интеллектом и она проговорила:
– На самом деле, Мистер Поттер, я вчера успела в магазине пролистать историю магического мира и Хогвартса. Для меня огромная честь познакомиться с вами.
– Успела пролистать и уже меня узнала, впечатляет, – Гарри улыбнулся, но улыбка вышла слегка натянутой. Голос девочки заставил его вздрогнуть: Забини был прав, эта Изи Грей кого-то очень сильно напоминала.
– А я его сын, Джеймс, – тут же воспользовался моментом младший Поттер. – Я уверен, что меня распределят на Гриффиндор. Хочешь, по дороге я расскажу тебе всё, что успею, о нашем мире? Думаю, это будет более продуктивно, чем если ты просто попытаешься прочесть в книжке.
Взрослые сдержали насмешливую улыбку, но Гарри успел отметить наблюдательность сына: подмышкой девочка сжимала «Историю магического мира», явно намереваясь начать изучать её в поезде.
– Я буду очень рада, – кокетливая и обольстительная улыбка коснулась губ белокурой красавицы, и мысль о сходстве молниеносно покинула мозг Гарри. Нет, ему просто показалось. Да и Забини тоже. Просто померещилось…
В большой зал Изи зашла, немного испуганно оглядываясь по сторонам, и держась возле Джеймса Поттера. Парень гордо вышагивал возле неё, и девочка поймала себя на мысли, что сейчас гадает, если точно так же в этот зал заходили, ожидая распределения на Гриффиндор, легендарные Гарри Поттер и Гермиона Грейнджер. Джеймс успел ей много рассказать, и Изи уже успела проникнуться восхищением и благоговением перед магглорождённой волшебницей золотого трио, которая приложила так много к победе над Волан-де-Мортом, и хотя исчезла за несколько месяцев до конца второй магической войны, но считалась причиной перехода на сторону Ордена Феникса семьи Малфоев. А их помощь значительно приблизила победу.
Впрочем, если Джеймс был уверен, на каком факультете он окажется, то Изи просто не знала. Подняв глаза, девочка окинула полным изумления взглядом парящие под потолком свечи, огромные столы с сидящими за ними студентами, и взглянула на учителей. Уже знакомые ей профессора Лонгботтом и Забини сидели рядом, и новый профессор зельеварения и по совместительству декан Слизерина всё так же подозрительно смотрел на неё. Изи улыбнулась, слегка опустив ресницы, как делала всегда, и профессор качнул головой. А между тем, директор школы, Минерва МакГонагалл прошла к трибуне и дети напряглись.
Джеймс уже успел сообщить своей новой подруге, что вот уже несколько лет церемонию распределения проводили не по спискам, как прежде, а позволяя детям самим выстраиваться в очередь и подходить к табуретке с шляпой. Поговаривали, что обычно вперёд лезли бесспорные Гриффиндорцы, вслед за ними следовали представители древних родов, большинство из которых оказывалось на Слизерине.
Будущие студенты Рейвенкло не торопились, как и Хаффлпафф, терпеливо дожидаясь своей очереди, а прибывшие в их мир магглорождённые волшебники и волшебницы замыкали шествие. Говорят, что с подобным предложением обратились к директору школы сами магглорождённые, некоторые из которых жаловались, что очень сильно переживали на процессе распределения и думали, что если они увидят сперва всех остальных детей, то это будет легче.