Экспедиционный корпус (СИ)

«Даже откапывать не надо будет, просто поставить крест — готовая могила», — мрачно подумал он.
Вот снова свист. В дополнение к артиллерии фрицы использовали бомбометы.
Ба-бах!
Взрыв раздался совсем близко и с неба полетели комья грязи. Один такой комок обрушился прямо на навес под которым сидел Климов, сильно его повредив из-за чего он оказался облит грязной водой.
— Твари…
В дополнение постоянным дождям вперемежку с мокрым снегом, дули сильные и холодные ветра. Как результат промокшие под дождем люди начали массово сопливеть вплоть до воспаления легких. Пока тотального заражения спасало крепкое пойло из-за чего солдаты постоянно находились в состоянии легкого и среднего опьянения.
Солдаты чтобы согреться разводили костры. Бороться с этим явлением стало просто бесполезно, да и опасно, нервы у солдат тоже были на пределе, кто-то мог и сорваться, а оружие у каждого под рукой. Как результат дым выдавал их местоположение вот немцы и пытались накрыть. Иногда получалось…
Из-за вездесущей сырости с которой в принципе не справлялись никакие печки, у солдат ко всему прочему начались проблемы с ногами. Развивалась так называемая «окопная стопа», сырые и замерзшие ноги солдат стали покрываться язвами, потом ткани начинали гноиться…
Всех своих штрафников Климов потерял в одной из ночных разведок, проведенной с целью добычи «контрольных пленных». Собственно, из десятка человек под командованием прапорщика, вернулось только двое, один младший унтер-офицер и солдат. Оба раненые. Климов слышал тот отчаянный бой, что они приняли у позиций противника.
Сам Михаил в такие разведки больше лично не совался. Немцы были настороже, ставили усиленные посты наблюдателей, да еще ставили секреты, так что просто так пошариться в их окопах больше не удавалось даже под прикрытием дождя. Да и не дело это командиру роты самому в подобные разведки ходить.
Окопы тем временем тонули в воде. Насосы практически не справлялись со своей работой. Некоторые низинные участки превратились в натуральные пруды или каналы…
Ба-бах!
— Да подавите уже эту тварь! — в бессильной злобе проорал капитан после очередной порции обрушившейся на него грязи.
Нервы были ни к черту, так что невольно срывался.
Собственно нервы у всех были ни к черту и причин тому хватало.
В дивизии имелась собственная артиллерия в виде траншейной батареи из двенадцати 58-миллиметровых пушек. Ну и свои кустарные бомбометы.
Пушки и впрямь открыли огонь, но надо думать особого успеха не добились в уничтожении противника, тут гаубицы нужны, а еще лучше полноценные минометы, но хоть заставили его заткнуться на какое-то время.
Наступление активно готовилось. Так полки четвертой бригады использовались в работах по прокладке железнодорожных путей для доставки различных грузов к передовой, в основном конечно снарядов коих в таких операциях всегда требовалась просто прорва — многие миллионы, самих пушек и продовольствия. Ставилась сеть жилых бараков, помещений для животных и складов.
Полки из третьей бригады работали на возведении артиллерийских позиций и поработать предстояло много ибо французы только в тылу пятой и шестой армий разместили пять с половиной тысяч орудий.
В начале апреля до командиров полков, батальонов и рот довели предварительную общую информацию о планах. Офицеров собрали в штабе и подполковник Ракитин поведал:
— Французский фронт разделен на четыре группы армий: Северную — генерала Франше-д’Эспере, Резервную — генерала Мишле, группу армий Центра — генерала Петена и Восточную группу — генерала де Кастельно. Главный удар должна наносить Резервная группа армий, состоявшая из пятой генерала Мазеля в которую входит наша дивизия, шестой генерала Манжена и десятой армий генерала Дюшена. Задача пятой и шестой армии заключается в прорыве немецкой укрепленной позиции наступательными действиями к северо-востоку и северо-западу. Десятая же армия составлявшая собственно ударную массу, должна вначале расположиться во второй линии, за стыком двух перволинейных армий. Она после прорыва неприятельской укрепленной позиции вклиниться между пятой и шестой армиями и выдвинуться для дальнейшего маневра на север, в направлении на Гирсон. В составе ее есть два кавалерийских корпуса. Кроме этого удара намечался еще дополнительный удар со стороны англичан. Британские армии должны прорвать фронт в районе Арраса и развивать удар на Валансьен и Камбре к Монсу. Движение это должно предшествовать французскому наступлению, которым имелось в виду охватить с юга левый фланг уже принужденного к отступлению неприятеля, чем увеличить его разгром. В случае успеха главной атаки наступательные действия должны были получить соответственное развитие и на остальных участках общего фронта.
 
— Прошу прощения господин подполковник, а какой план на случай, если противник не побежит под натиском англичан? — не выдержав, спросил Климов.
Командир дивизии и начальник штаба посмотрели на Климова, как на врага народа, после чего генерал-майор сказал:
— Побежит! Англичане приготовили для атаки двести танков!
— И сколько из них, ваше превосходительство, вступит в бой и вообще доедет до противника по такой грязи? Помнится в прошлый раз…
— Они куда как более совершенны, чем первые образцы, двигатели мощнее, лучше защищены и вооружены. Англичане учли прошлый опыт, господин капитан. Так что прорыв неизбежен. Не сомневайтесь в этом.
«Ну-ну», — мысленно выдал, Михаил, но дальше возникать не стал.
— Теперь что касательно непосредственно пятой армии, — продолжил начальник штаба. — Она состоит корпусов за номерами тридцать семь, семь, тридцать два, пять и один, которые в перечисленном порядке заняли позицию от Реймса до фермы Гюртбиз. Армия должна прорвать немецкий фронт на всем своем протяжении и затем развить успех в восточном направлении, способствуя этим продвижению десятой армии к северу и имея в виду поражение противника, находившегося в районе Реймса. В общей задаче армии частная задача седьмого корпуса генерала де Вазилера, в который включена наша дивизия, заключается в овладении Бримонским массивом, весьма сильно укрепленным немцами. При этом позиция эта должна быть атакована с юга и запада, с одновременным обходом всего горного массива с северной стороны. Во исполнение этой задачи на левом берегу реки Эн главными предметами для первоначальной атаки частями седьмого корпуса должны быть Мон-Сапиньоль, Мон-Сапен, Бермерикур и Курси. В дальнейшем для пятой армии намечается наступление к pеке Сюип, на ее участок от Вармривиля до устья, путем выдвижения вперед обоих флангов названной армии. Этим обволакивающим движением мы вынудим неприятеля очистить занимаемый им район Реймса.
— А какими силами обладают германцы на нашем направлении, господин подполковник? — послышался вопрос.
— По последним данным, нам будет противостоять седьмая армия имеющая на фронте в шестьдесят километров двенадцать дивизий. При этом они могут перебросить в ближайшие пять дней еще не больше четырех дивизий…
— То есть с нашей стороны перевес где-то один к двум?..
— Да, примерно так. По орудиям еще лучше, один к четырем.
Конкретный день и час атаки назван не был, но тут все зависело от погоды и вот восьмого апреля снова собрали всех в штабе.
— Англичане начинают атаку завтра, девятого числа, — сказал генерал-майор Марушевский. — Задача дивизии заключается в том, чтобы в день атаки овладеть исходящим углом Свиной Головы, селением Курси и достигнуть железной дороги Реймс — Лаон на участке севернее Курси. Держа защитников Бримонского массива под угрозой атаки с юго-запада, части мы должны затем овладеть стеклянным заводом, что севернее деревни Курси, и выдвинуться всем фронтом еще несколько вперед. В соответствии с приказом по корпусу, в ночь на 12 апреля в дивизии пройдет перегруппировка, цель — выделение второго особого полка в корпусной резерв и размещен в траншеях севернее и восточнее деревни Тиль. Первый полк должен составить правофланговый участок бригадного сектора и атаковать от Кантонье укрепления, составлявшие группу Свиная голова, и затем Курси. Левофланговый участок вначале должен состоять из третьего полка. Он атакует от Шофура на Нос Фердинанда и куртину де ла Кюветт. Выполнив эту задачу и выждав затем занятия соседней 41-й дивизией батареи у селения Луавр, третий полк должен овладеть на северном берегу канала стеклянным заводом, и затем остальные полки дивизии, удлинив свой боевой порядок влево, должны продолжить свое наступление еще несколько вперед, приблизившись к южным склонам Бримонского массива. Содействие нашей дивизии будет оказать французская артиллерия в составе трех групп 75-миллиметровых орудий и две группы корпусной артиллерии 152-й пехотной дивизии. Она организует подвижной баражный огонь перед наступающей пехотой бригады, передвигаемый каждые три минуты на сто метров вперед. Тяжелую же артиллерию нашей дивизии составят: две батареи 95-миллиметровых, одна батарея 120-миллиметровых, четыре батареи 155-миллиметровых и одна батарея 220-миллиметровых пушек. Командный пост начальника бригады во время атаки — колокольная башня в деревне Сен-Тьери; в конце же боя предполагается его перенести в замок Курси.