Песнь мятежной любви (СИ)
— Спасибо, это было здорово! У меня теперь ноют руки! Наверное, я пока пас по страховке, а лазить сегодня уже больше не смогу, — сказала я. — Спасибо, что позвали с собой! Здесь клёво, а я хоть от диплома отвлеклась.
— Тоже выпускной год? Прекрасно тебя понимаю. Как продвигается работа?
— Не очень шустро, — призналась я, успокаивая дыхание. — Тема не сложная для меня: «Разработка политики безопасности фирмы и защита информации», но мне иногда просто влом, — я пожала плечами. — Пишу из-под палки. А у тебя тоже диплом?
— Ага. «Инженерные нанотехнологии в машиностроении». Собираюсь на аспирантуру подавать, — ответил он, а у меня брови поползли вверх.
Родион снова удивил меня. Ожидала чего угодно, но никак не этого. Захотелось прочистить уши и переспросить ещё раз. Я даже про смущение забыла. Интересная и сложная специальность, аспирантура. Тут нужен большой ум. Уверена, он у парня имелся.
— Э-э-э-э, — только и нашлась, что сказать я. — Мой респект. Не ожидала, честно говоря.
Смешно, правда. Оба музыканты, а учимся на технарей. Что-то такое я и озвучила. Родион улыбнулся, а я поверить не могла, что мы стояли и так запросто болтали.
На нас никто не обращал внимания. Клара и Женя ворковали на скамейке, «мир вокруг них замер». Владислав по-прежнему сражался со стенами с поразительной стойкостью и целеустремленностью. Им с Сашей было не до нас. Никому на скалодроме до нас не было дела, даже реши мы тут устроить марафон поцелуев. Ой, мама, а вроде только подумала, что меня отпустило. А вышло наоборот: только доверилась Родиону, и глупое сердце тут же возликовало, что ещё и тело доверю.
Все влюбленные становятся такими приземлёнными и охочими до плоти?
Когда из холла шаткой походкой появился Антон, я безумно обрадовалась, что наш разговор с Родионом можно завершить. Общение с ним нужно поставлять мелкими дозами, иначе привыкну. С одной стороны я была рада узнать кое-что о нём, а с другой сетовала, что стена отчуждения, которую я так старательно, кирпичик за кирпичиком, выстраивала, дала трещину. И самое ужасное, что я сама шандарахнула по ней кувалдой.
Антон появился с двумя девушками. Одну он любовно вёл под руку и представил как Симону. Приятное лицо, яркий макияж в сине-зелёных тонах теней. Светлые волосы до пояса разделялись на два хвоста. Покрашенные синим кончики и пушистая челка создавали необычный и привлекающий взгляды контраст. Примерно одного роста с Антоном, худощавая и стильная Симона облачилась в чёрную футболку с какой-то мерзопакостью и красные лосины. До чего стройная, уж не модель ли. Ой, хватит с меня моделей! Я скривила физию, но быстро прогнала собравшееся напасть наваждение.
Вторая звалась Лизой — среднего роста брюнетка с несколькими яркими прядями в причёске и в тёмной свободной одежде. Она сильно проигрывала во внешности на фоне яркой пары упыря и доморощенной Харви Квин. Ребята тут же затараторили, поднимая какие-то свои темы. Смена прибыла — настал их черёд лазать по стенам, а Майя уже выдохлась и, перекинувшись с вновь прибывшими парой фраз, отчалила на скамейку.
Второй час нашего пребывания подходил к концу, и усталость обрадовано отяжелила тело. А эти неугомонные всё не унимались. Теперь у Родиона появилась постоянная партнёрша. Я сама не заметила, как щурила глаза, неотрывно за ними наблюдая. Подозрения всколыхнулись с новой силой, но ребята дружескую границу не переходили: не обнимались, не целовались, только болтали и смеялись. Где это видано, чтобы Родион обошёлся без радушия и всепоглощающей любви к человечеству? Его, наверное, сломает пополам, если он хоть на миг перестанет дарить радость этому миру.
Во мне смешалось несколько диаметрально противоположных чувств: облегчение, оттого, что я, наконец, отдалилась от него, сожаление по тому же поводу, радость, что он увлечён другой девицей, и жгучая ревность. А над этим всем беззаботно парила чёрная туча хмурости. Совмещать несовместимое и ощущать зубодробильный коктейль — штука не из приятных, но я никак не могла справиться с собой. Причём уже давно.
Я промучилась так ещё с полчаса, и наше время на скалодроме истекло. Мы собрались в одном месте, чтобы обсудить дальнейшие планы. Оказалось, у Антона они были. Он ни в какую не хотел разделяться и предложил отправиться в бар:
— Не-не, я категорически не согласен идти по домам, давайте ещё потусим, мы с Симой только пришли, — воспротивился парень. — Тут недалеко местечко есть крутое, я слышал сегодня там концерт. Ну, что идёте? Майя?
— А что сразу Майя-то? — вырвалось у меня. — Как будто забухать на тусе — смысл моей жизни, — проворчала я, а ребята засмеялись.
— Не пойми неправильно, — длинная грабля Антона внезапно обвила моё плечо, а на меня пахнуло стойким запахом сигарет. Сима сдержанно улыбнулась проявлению чувств бойфренда, а вот Родион как будто вздрогнул. — Просто я увидел в тебе союзницу. Уж ты-то не будешь терять время, ты из породы людей, кто берёт от жизни всё.
Ха, будь так на самом деле, я подошла бы сейчас к Родиону, рванул его на себя и поцеловала. Хорошо, что я всё-таки стойкая, и соблазнам не поддавалась.
— Концерт, говоришь. Это уже интереснее. Carpe diem[1], дорогой, — ухмыльнулась я. — Погнали, я не против.
[1]Carpe diem — (с лат. «лови день») — крылатое латинское выражение, означающее «живи настоящим», «лови момент».
Глава 13 — Идея
Вместе с заводилой Антоном мы уломали остальных. Хотя уговаривать особо не пришлось — отказались только Женя с Кларой. У них намечался романтический междусобойчик, и наша жалкая посиделка никак с этим не конкурировала. Я не переживала — народу и так прилично осталось. Это стало понятно, когда мы забурились в маршрутку.
Я хотела поймать Влада, чтобы поговорить в сомнительной тишине автобуса, но он упорно игнорировал мои призывные взгляды и сел с Родионом и Сашей. Мне же в компанию достались Лиза, Антон и Сима. Завязался весёлый разговор, в ходе которого я поняла, что посиделка не закончится быстро и нужно предупредить маму, что домой я вернусь не скоро.
Но только я набрала родительницу, как народ засобирался на выход. Чёрт, а вот не судьба была раньше предупредить, что подъезжаем? И отбой уже не нажать — мама взяла трубку. Коротко отрапортовать не получилось, ей понадобилось выспросить куда я, с кем и прочитать короткую лекцию по безопасности. Слушая её краем уха, я считала мелочь. И это порядком мешало. Сбившись в очередной раз, я психанула и засыпала монеты на днище сумки, схватила купюру и последней из нашей компании ломанулась через салон, умудряясь параллельно говорить по телефону. Водитель нереально «обрадовался» замешкавшейся девице и, едва отсчитав сдачу, нетерпеливо рванул с места.
Вот гад! Подумаешь, задержала расписание на пару секунд.
Сумка оттягивала предплечье, а телефон, зажатый плечом, начал соскальзывать. Чтобы не допустить грешного падения аппарата, я вцепилась в него одной рукой и зажала рассыпающуюся сдачу другой. Я окончательно запуталась в ногах и потеряла равновесие, вылетая с подножки уезжающего автобуса. Монеты со звоном покатились по асфальту, но телефон я не выпустила. Пока думала, как сгруппироваться, чтобы не расколоть ни его, ни что-либо важное в теле, чьи-то сильные руки поймали меня.
Боже, Вселенная, неужели ты снова хохочешь мне в лицо?! Я уже говорила, что у тебя отвратительный скрипучий смех? Смажь уже какой-нибудь Вселенской смазкой!
Но фигура обхватившего меня человека не была тонкой и худощавой — я схватилась за широкие и крепкие мужские плечи. А как только земля перестала быть досадливо волнистой, я посмотрела в лицо… Владу.
Какой благородный поступок! Обида прошла?
Признаться, я на его месте позволила бы себе разквасить нос, и только потом протянула руку. Но Влад — не я. И спасибо ему за это.
Я оторопело смотрела на него, ещё не до конца сознавая всю прелесть своего спасения: мало того, что друг избавил меня от сломанных конечностей, а мой телефон — (который я ему зажала) от участи быть раскрошенным, так он ещё уберег душевное состояние сразу двух людей: меня и Родиона. Не уверена, стал бы он помогать мне или нет, скорее всего, да (души прекрасные порывы так и влекли его кого-либо спасать), но я и так уже изрядно извела нас обоих. А парень всё не понимал, что мне меньше всего нужно быть спасённой им. Или я сама не понимала, что нужно…