В темном-темном лесу (СИ)

Однако Касьян прав: наша семья отличается от прочих, в Нави несколько иные порядки, нежели на земле. И Катерине с Никифором лучше принять их уже сейчас.
- Если вы этого желаете, Касьян Трипетович, тогда конечно, - пробормотал будущий сват. – Садись, Катерина.
Катя снова поклонилась и мышкой шмыгнула на лавку. Что примечательно – поближе ко мне.
- Не нужно удивляться моей просьбе, - продолжил мой муж. – В нашем доме принято, чтобы каждый был другому равен, а потому за стол все садятся без чинов и иерархии. Наша семья в принципе отличается от других, а потому хочу я спросить у вас, любезные хозяева, стоит ли нам вообще продолжать разговоры или же лучше, отобедав, разойтись в разные стороны?
  
Никифор бросил быстрый взгляд на дочь. Та, очевидно осознав, что соблюдать этикет сейчас нет никакого смысла, подняла глаза на будущего свекра и прямо спросила:
- Не по нраву я вам пришлась, Касьян Трипетович?
Кощей улыбнулся – широко и весело.
- Отчего ж, красавица? Очень даже по нраву. Но конкретно сейчас это не имеет никакого значения. Другое дело, все ли пришлось по нраву тебе. Сама понимаешь, наш визит с какой стороны не посмотри - судьбоносный. Согласна ли ты принять такую судьбу? Если нет, неволить тебя никто не станет. Если же да – после того, как мы с твоим отцом ударим по рукам, обратного пути уже не будет. К сожалению, времени на раздумья дать мы тебе не можем, уж не серчай – все мы люди занятые, а потому ходить каждый день в гости просто не имеем возможности.
Уголки Катиных губ дрогнули в кривой усмешке.
- Не нужно мне никакого времени. Я уже все обдумала. Много раз. И для себя все решила.
Что ж, значит, свадьбе все-таки быть.
- Не боишься, что после венчания муж может открыться тебе в необычном или даже пугающем свете?
- Я к этому готова.
- В самом деле? Даже если Мечеслав каждую ночь превращается в зубастое мохнатое чудище?
- А он это умеет? – заинтересовалась девушка.
- При желании, да, - кивнул Касьян.
Никифор побледнел. Бедный. Наверное, уже сто раз пожалел, что согласился породниться с княжеским воеводой.
- Пусть превращается, - кивнула в ответ Катя. – Я никогда не видела чудищ. По крайней мере мохнатых и зубастых.
- А если ты сама вдруг начнешь меняться? – осторожно спросил кощей. – К этому ты тоже готова?
- У меня появятся клыки и шерсть? – деловито уточнила невеста.
- Надеюсь, что нет, - усмехнулся Касьян, бросив на меня быстрый взгляд. – А там – как знать.
Катерина пожала плечами. Я мысленно закатила глаза.
- Полно тебе, любезный супруг, хозяев пугать, - сказала ему. - Семья у нас магическая, но при этом вполне приличная. Ты, Никифор Иванович, не беспокойся, Катеньку никто не обидит и в обиду не даст. Все у них с Мечеславом будет ладно и складно. Это я тебе обещаю.
Сокольничий бледно улыбнулся.
- Ну так что? – Касьян встал со своего места. – Лясы можно точить хоть до следующего лета, а дело между тем не ждет. Что скажешь, Никифор Иванович? По рукам?
Никифор перевел взгляд на дочь. Та ободряюще ему улыбнулась. Мужчина коротко выдохнул и поднялся на ноги.
- По рукам.
***
За столом мы просидели еще около получаса. Когда же договор между нашими двумя семействами был скреплен и переломлен сговорный каравай, я, оставив Касьяна с Никифором обсуждать невестино приданое, встала из-за стола и, поманив Катерину за собой, неслышно выскользнула из горницы.
Девушка послушно последовала вслед за мной. Мы молча миновали сени и через заднее крыльцо вышли в сад.
Катя нарушила тишину первая.
- Гликерия Афанасьевна, мне так стыдно, - сказала она, едва мы оказались в тени пышных кустов сирени.
- Отчего же? – удивилась я.
- Я ведь не знала, что Мечеслав ваш сын! В дом ваш вломилась, отворотного зелья просила…
Катя покачала головой, закрыла лицо руками.
- А еще в озере со мной купалась и пирожки мои ела, - кивнула я. – Ну так что ж? Во всем этом ничего стыдного нет.
- Так вы не сердитесь?
Какая она все-таки забавная.
- Конечно, нет.
- А вы знали, что я – это я? И что разговор тогда вела о вашем сыне?
- Знала, - кивнула ей.
- Отчего же вы мне об этом не сказали?
- А зачем? Ты бы тогда смутилась и никакого разговора у нас не вышло. И купания в волшебном озере не было, и советов я бы тебе дать не смогла. А ведь они, советы, полезными оказались. Верно?
- Верно, - улыбнулась девушка. – За озеро, кстати, вам особое спасибо. Я ведь только когда до дома добралась, поняла, что больше не хромаю. И что спина у меня тоже в порядке.
Я улыбнулась ей в ответ.
- Вот только с магическим даром, который вы мне обещали, я так и не разобралась, - продолжила будущая сноха. – Чувствую, во мне что-то изменилось, но что именно – не понимаю.
- Главные перемены ждут тебя впереди, - с тихим вздохом заметила я. – Но сегодня в подробности я вдаваться не буду, хорошо? – в самом деле, не вываливать же на нее всю новую информацию за раз? – Скажу только то, что мой муж не шутил, когда говорил, что жизнь твоя теперь сильно изменится. Привыкай, Катя, к мысли, что вы с Мечеславом теперь на равных – он маг, и ты – волшебница.
Девушка уставилась на меня изумленным взглядом.
- Я не волшебница, - сказала она. – Чтобы стать чародеем, им нужно родиться. Я же в магических делах еще ни разу замечена не была.
- Это пока, - подмигнула я, переходя на магическое зрение. – А в магии ты себя еще не пробовала лишь потому, что твои энергопротоки были закупорены, и волшебная сила не могла по ним циркулировать. Такое бывает, Катенька. Редко, но бывает.
Судя по Катиному лицу, из моего объяснения она ничего не поняла. Я вздохнула и принялась объяснять.
- То, что в твоем роду раньше не было чародеев, совершенно ни о чем не говорит. Если небеса пожелают, маг может родиться в любой семье и положить начало новой волшебной династии. Однако, иногда бывает так, что протоки, через которые человек может управлять силами природы и пополнять магический резерв, у него оказываются забиты этаким энергетическим шлаком. В итоге колдовать такой человек не может – сила просто скапливается в одном месте и толку от нее никакого нет. Даже наоборот: с течением времени нерастраченная магия способна дурно повлиять на состояние организма. Может развиться какая-нибудь болезнь или даже физическое уродство.
- Например, хромота, - прошептала Катя. – Или горб.
- Как вариант, - согласилась я. – В семье чародеев закупоренные протоки – не большая проблема, чем насморк или крошечная заноза в пальце. Их быстро заметят, прочистят, и человек сможет вести нормальную жизнь и спокойно заниматься магией. Я так понимаю, в твоем окружении, волшебников было не много, раз уж магические протоки оказались забиты настолько, что отличить тебя от обычного человека можно было только чудом.
Я разглядывала Катино энергополе и все больше убеждалась в собственной правоте. Закупорка наверняка произошла в ее раннем детстве. По, крайней мере, это единственное объяснение тому, что ни один маг не увидел в этой девушке себе подобного.
- Но ведь вы отличили! – воскликнула Катерина. – Вы ведь нарочно повели меня купаться в то необыкновенное озеро, правда? Для того, чтобы прочистить эти самые каналы?
Мои щеки тронул румянец.
- На самом деле, нет, - чуть смущенно ответила я. – Честно говоря, мне и в голову не пришло, что ты можешь оказаться чародейкой. А в озере я тебя искупала, чтобы вылечить от хромоты и сколиоза. То, что магия исцелила недуги, устранив их первопричину – просто воля случая.
  
Катя осторожно тронула мою руку.
- Я все равно безмерно вам благодарна. Хоть и не совсем понимаю, что мне теперь со всем этим делать.
- Разберешься, - улыбнулась я. – Слава тебе в этом поможет. Да и я тоже, потому как сила твоя будет мощнее и глубже, чем у обычных колдуний. Потребуется некоторое время, чтобы к ней привыкнуть, но, я уверена, что ты с этим справишься очень быстро.