Курсант (СИ)

Кстати, это блюдо ел не я один — общими стараниями мы уничтожили все запасы говядины кобэ и почти все чуть менее дорогой вагю, имевшиеся в заведении. Да, пробовали и другие блюда, но без особого фанатизма. А всякой хренью типа «экспериментов» с рыбой фугу не страдали от слова «совсем». Скорее, наоборот — целительницы проверяли все, что попадало нам на столы, портативными анализаторами ядов и алхимии, Агрессия и Щелчок «держали» ментальный фон, а Барыня, Таня, Кнут и Палыч «жили» в картинках с дронов. Поэтому поздний обед обошелся без неприятных сюрпризов. Если не считать таковыми внезапный приезд бывшего ухажера Аямэ и неадекватную реакцию владельца «Даров Моря» на видеооотзыв о заведении, который мы выложили в Сеть. Ведь первый наблюдал за возлюбленной издалека и не решился к нам подойти, а второго, отказавшегося брать деньги, мы все-таки переупрямили.
Приблизительно в том же стиле прошли и проводы моей «прабабки»: да, личный порученец Императора, подъехавший к «Изумруду» минуты через две после нас, пытался уговорить ее задержаться в Японии еще хотя бы на денек, но только до тех пор, пока не услышал категоричное «Я обещала вернуться к своей госпоже еще сегодня!». Так что Валентина Алексеевна и ее молчаливая «тень» поднялись на борт этого самолета и улетели в Великий Новгород, а мы загрузились во внедорожники и покатили в Киото.
Сорок пять километров до самого дорогого и престижного отеля страны Восходящего Солнца — «Аматерасу» — ползли почти час. Несмотря на то, что ехали за лимузином очень непростого провожатого, по платным дорогам и в сопровождении полицейских дронов. Но лично я нисколько не расстроился, ведь движение в таком режиме позволило полюбоваться столицей Японии «вживую» и… еще раз обговорить роли в предстоящей игре. А потом лимузин личного порученца Сумэраги зарулил в подземный гараж очень красивого здания в старой части города,
 
подкатил к месту высадки особо важных персон, проехал «лишних» восемь метров и плавно остановился. А Кнут спокойно ушел правее и, игнорируя протокол встречи, припарковался в свободном «блоке», рассчитанном на пять крупногабаритных машин. Мы последовали его примеру, ибо не собирались позволять кому бы то ни было совать нос в наши «Потапычи». Так что к очень представительному комитету по встрече подошли чуть позже, чем планировалось. И матушка, «командовавшая парадом», объяснила этот фортель с присущей ей прямотой — сообщила «заинтересованным лицам», что родовая дружина Волконских-Шаховых придерживается некоего внутреннего протокола всегда и везде.
Ей осторожно напомнили, что война, вроде как, закончилась, а Япония и Российская Империя являются вернейшими союзниками уже сто лет в обед, но этот аргумент ее, конечно же, не смутил:
— Все верно. Но самый перспективный Физик-Молниевик Белого Союза — слишком вкусная цель для спецслужб недружественных государств и ряда частных военных компаний, поэтому мы считаем любой выезд из владений рода боевой операцией. Кстати, вас не могли об этом не предупредить, так что предлагаю не сотрясать воздух впустую, а заняться делом.
Жесткость этого ответа вызвала недовольство почти всех встречающих, но выпендриваться в присутствии Наоки не рискнули даже самые спесивые и самовлюбленные представители местного высшего света, невесть для чего приперевшиеся в отель. Впрочем, «солирование» моей родительницы они пережили более-менее спокойно. Зато «подчиненное положение» правнучки верховного сюзерена, державшейся рядом с нею, но молча,
 
вызвало тихий, но чрезвычайно недовольный ропот. Но мы его «не услышали» — спросили, готовы ли наши покои, получили утвердительный ответ из уст владельца «Аматэрасу», коротко поблагодарили народ за «теплую встречу», сообщили, что намерены отдохнуть после долгой дороги, и начали движение по направлению к лифтам.
  
Кстати, именно на этом этапе Аямэ, подключившаяся к камерам СКН отеля с помощью «тропинки», предоставленной кем-то из должников, подала сигнал «Внимание!» и уронила в тактический канал доклад об обнаружении аж семи человек из красного и оранжевого списков.
Нет, паниковать мы, естественно, не стали. Тем не менее, на пятый этаж, арендованный целиком, поднялись пешком и порядка десяти минут скучали в лифтовом холле. После того, как Барыня и Кнут закончили инструментальную проверку зала для приемов, перебрались туда и отправили группу из шести человек за «дежурными» контейнерами с алхимией, шмотьем и личными вещами. А до своих покоев добрались только в девятом часу вечера, неспешно ополоснулись, оделись, собрались в небольшом банкетном зале и «решили», что закажем ужин в номера. Ибо два посещения ресторана один день — это перебор.
Пока Аямэ вызванивала официанта, я стоял у панорамного окна и делал вид, что любуюсь панорамой вечернего Киото. Хотя нет, не так — городом я любовался на самом деле. Причем не один, а вместе с Валей, Катей, Наоки и Эиру. Кроме того, краем уха прислушивался к Онна-Бугэйсе, показывавшей крыши отдельных зданий и рассказывавшей, что под ними скрывается. Но в то же самое время читал инструкции, появлявшиеся в тактическом канале, «привязывал» каждую к трехмерным планам этажа и впечатывал в память последовательность действий в той или иной ситуации.
Визит управляющего рестораном при отеле я, по сути, проигнорировал. Да, заказал по десять суши с лососем, копченым угрем и тунцом плюс литр сока манго, но сделал это, не отвлекаясь от разглядывания столицы. Минут через двенадцать-пятнадцать, то есть, после того, как Наоки иссякла, проводил ее к креслам, которые в дополненной реальности светились нашими цветами, помог своей японочке опуститься в ее, ответил на вопрос «старшей сестренки» о мотоциклах и, «задумавшись», развернул свое так, чтобы оказаться лицом к ней. С тезисом, озвученным Волной, не согласился. Не принял и аргумент Агрессии. Поэтому сел на самый край и включился в спор. Одним из первых, но ни разу не последним. А для того, чтобы мои утверждения не выглядели голословными, вывесил перед собой трехмерные изображения двигателей аж семи моделей, начиная с арабского «Акинака» и заканчивая нашим «Вихрем». Ну, и слегка завелся. Поэтому «не обратил внимания» на первое появление и суету целой бригады вышколенных горничных и официантов, доказывал свою правоту все время второго, а когда в помещении нарисовались новые лица, притащившие часть наших заказов, страшно обидел матушку, заявив, что ее представления о правильном тюнинге двигателей спортивных и гоночных мотоциклов устарели лет на двадцать.
Реакция отставной Валькирии не заставила себя ждать — «оскорбленная женщина» раздраженно хлопнула ладонями по полированным деревянным подлокотникам, что, конечно же, привлекло внимание толпы, накрывавшей на стол, и мы, ближники, выстрелили собой к фигурам, выделенным красным.
Мой «клиент», старательно изображавший обычного официанта,
 
был без защиты и не ожидал атаки со скачка. Поэтому, поймав головой локоть, усиленный искрящимся кастетом, мгновенно отъехал в страну грез. Все три «горничные», приголубленные Варей, Наоки и Эиру, тоже даже не квакнули. А мужичок, выделенный Суккубе, как-то умудрился почувствовать начало движения и поднял молниевый щит девятой ступени ранга мастер. Зря: Раису Александровну страховали Кнут с Икой, поэтому возникшую защиту секунды за полторы-две перегрузило сразу тремя сминающими касаниями и добрым десятком атак ближнего боя. Вот личный телохранитель Харуки Мацунаги и сложился.
Настоящим официантам и горничным, естественно, резко поплохело, но поднимать шум не рискнул ни один. Ибо наши дальники, развернувшие ауры, переключившиеся в боевой режим и поднявшие мощнейшие защиты, напрочь отбили всякое желание шевелиться. Так что за процессом упаковки всех пяти «засланцев» в блокираторы магии смертельно побледневшие «аборигены» наблюдали молча. И без каких-либо возражений выполнили приказ Аямэ отойти к дальней стене. А потом пришло время слов. В смысле, моя матушка набрала Ярослава Третьего и перешла на командно-штабной: