Курсант (СИ)

Зарипов упал в обморок после того, как услышал про корону. Причем не изобразил обморок, а реально отъехал, чуть не разбив себе голову об стену. Вот Волконский и прервался. Совсем ненадолго — Незаменимая, выскользнувшая из-за моей спины, быстренько «реанимировала» Великого Архитектора и снова вернулась на облюбованную позицию. А самодержец очередным рыком заставил «родственничка» встать, повторил предложение, которое тот не услышал, и продолжил в том же духе:
— Так вот, дуэль состоится в тренировочном зале Конвоя, благо, он не пострадал, и будет транслироваться на всю страну. И если вам посчастливится выжить, то я отправлю вас в действующую армию. В частности, в инженерные войска. Применять свой Дар для создания главных шедевров, требующихся Империи во время мировой войны — качественных окопов первой линии!
— Не губите, Ваше Императорское Величество! — взвыл Земляк, рухнул на колени и запричитал: — Я архитектор, а не военный строитель! Я создаю шедевры архитектуры, а не уродливые дыры в земле!! Я… я построю вам величайший дворец в истории Человечества!!!
«Где-то я это уже видел…» — подумал я, борясь с омерзением, а Ярослав Георгиевич, которого эти причитания взбесили еще сильнее, непроизвольно окутал сжатые кулаки жаром и… по-простецки рубанул левым предплечьем по сгибу правого локтя:
— Жить во дворце, построенном трусом⁈ Да ни за что на свете…
 
Глава 14 
Часть 2 
…Переоделся я без особой спешки, передал Барыне на хранение оружие, электронику и «ненужные» артефакты, вышел из раздевалки в «предбанник» и обнаружил там двух «посторонних» — Мирославу Михайловну и на редкость красивую татарочку лет двадцати пяти, несмотря на ранний час, облаченную в роскошное темно-бордовое бархатное платье.
 
Пока я оценивал выдающиеся стати этой Землянички, судя по плотности ауры, раскачавшей Дар до третьей-четвертой ступени ранга подмастерье, государыня анализировала мои эмоции. Потом чуть-чуть расслабилась, представила свою спутницу и… добавила очень интересную фразу:
— Лютобор Игоревич, выслушайте ее, пожалуйста — Наиля настолько добрая, честная и бескорыстная девочка, что в свое время обаяла не только Олежку, но и меня!
Слово «девочка» сначала покоробило, ибо Наиля Каримовна являлась старшей сестрой Азата, которому было за полтинник. Но стоило вспомнить, что государыне далеко за сотню, как все вопросы снялись сами собой, и я, поклонившись в знак согласия, поймал взгляд жены одного из достойнейших родичей Ярослава Георгиевича.
Земляничка, не разучившаяся краснеть даже в таком гадюшнике, как Императорский дворец, оклемалась от похвалы достаточно быстро и мрачно вздохнула:
— Лютобор Игоревич, у меня четверо братьев. Самый старший, Бахтияр, унаследовал дело покойного отца — управляет предприятиями рода и строит. Жилые дома и целые районы, промышленные предприятия, дачные поселки и так далее. Строит достойно, за что был награжден орденом «За заслуги перед Империей» четвертой степени и несколькими благодарственными дипломами. Зайнулла и Марат пошли по военной стезе. И тоже служат своей стране не за страх, а за совесть…
— … первый очень неплохо воюет в Германии, а второй уже прошел всю Британию и вот-вот отправится в САШ… — уточнила Императрица-Мать.
— А Азат, наш непризнанный гений, слеплен из другого теста… — угрюмо признала Наиля Каримовна. — Его спесь, тщеславие, завистливость, подлость и жадность создали роду такое количество проблем, что не передать словами. Но Бахтияр любит младшенького слепой братской любовью, искренне верит в его талант и поддерживает во всех начинаниях. Вот и называет любые, даже самые гнусные поступки Азата, озорными проделками мальчишки, никак не желающего взрослеть', возмещает пострадавшим моральный и материальный ущерб, при любой возможности дерется вместо брата на дуэлях и так далее! Да, я считаю это идиотизмом и миллион раз пыталась доказать Бахтияру, что его избирательная слепота рано или поздно выйдет боком всему роду, но без толку: Азат продолжает строить из себя гения и всесильного родича Ярослава Третьего, а Бахтияр выбрасывает бешеные деньги на компенсации и решает проблему за проблемой…
  
После этих слов Земляничка сделала паузу, собралась с мыслями и криво усмехнулась:
— Я давным-давно смирилась с тем, что Азата когда-нибудь убьют. Ибо множество раз представляла себя на месте тех, кого он обманул, унизил или обокрал. Поэтому будь он моим единственным братом, ни за что на свете не просила бы сохранить ему жизнь. Но я не готова потерять остальных, ибо не только люблю, но и горжусь. Каждым! А они, вне всякого сомнения, сделают все, чтобы защитить честь рода, то есть, вызовут вас на дуэль… и тоже умрут!
— Вы так уверены в исходах этих поединков? — спросил я.
Женщина насмешливо фыркнула:
— Лютобор Игоревич, я не просто разряженная кукла, а личный аналитик Ярослава Георгиевича. Соответственно, точно знаю, что один гражданский и два военных строителя вам не соперники. Вот и нашла выход, не умаляющий вашего достоинства: поломайте Азата так, чтобы он запомнил пережитую боль на всю жизнь. И позвольте государю законопатить его в армию. Рядовым. Лет, эдак, на десять. Вдруг служба Родине сделает «гения» достойным человеком?
Не знаю, почему, но я был уверен, что Наиля Каримовна говорит именно то, что думает. А еще обрадовался, что эта женщина не стала обещать золотые горы, всемерную поддержку или что-либо еще. Вот и ответил откровенностью на откровенность:
— Убивать его я и не собирался. Ибо не считаю вашего брата настоящим врагом. Так что можете смело подбирать ему место службы. Само собой, если это в вашей компетенции.
— В моей. Но не буду: на войне, бывает, убивают… — неожиданно заявила Земляничка, сделала небольшую паузу, чтобы я успел сообразить, на что она намекнула вторым предложением, и… склонила голову в знак уважения…
…Государь, как и обещал, освободился ровно в одиннадцать. За час с четвертью ожидания в зал успела набиться толпа придворных из семидесяти, все стратегически важные места оказались заняты сотрудниками Конвоя, а в воздухе запорхали дроны аудио- и видеофиксации пресс-службы Волконских. Само собой, появилось и возвышение для Особо Важных Персон аж с шестью массивными креслами, которые, если мне не изменяла память, обычно стояли в большой гостиной третьего этажа «Пряничного домика». В момент моего появления из мужской раздевалки многоголосый гомон на мгновение стих, а затем возобновился с новой силой. Правда, я в него не вслушивался — вышел на песчаную площадку, огороженную столбиками с артефактной защитой для дуэльных комплексов от торгового дома «Щит-М», «сдался» судье и прошел слишком уж придирчивую проверку на наличие запрещенных артефактов.
Господин Зарипов нарисовался в поле зрения только минут через пять-семь и развеселил зрителей не только тем, что вышел из женской раздевалки, но и неуверенностью во взгляде.
— Кажется, ему рассказали, кто вы такой и на чем специализируетесь! — еле слышно хихикнула Валя, допущенная в мой угол, как личный целитель.
Я пожал плечами, дождался, пока мой противник доберется до судьи, и, понаблюдав за очередной проверкой, пришел к выводу, что Азату Каримовичу доверяют значительно сильнее, чем мне. Ярость, мгновенно ударившая в голову, вытолкнула меня на песок. Вернее, отправила в скачок. К Воздушнику пятой ступени ранга мастер, шепотом желавшему Земляку удачи!
Моего выхода из перемещения возле них не ожидал ни один, ни второй, так что их обмен любезностями был вынужденно прерван. А через пару секунд в зале наступила мертвая тишина, ибо я нарушил регламент, а это случалось нечасто. В общем, мой голос услышали все: