Курсант (СИ)

— Неприятно, однако… — буркнула Раиса Александровна, и Императрица-Мать согласно кивнула:
— Не то слово! Но «быстренько исправить это недоразумение», увы, не получится — по утверждениям специалистов, в условиях войны на это уйдет порядка полутора месяцев.
— Получается, что мы переселились во дворец? — спросил я и удивился, увидев, что Волконская отрицательно помотала головой:
— Откровенно говоря, не хотелось бы: как ни обидно это признавать, но дворцовый комплекс — огромный проходной двор, а Флигель Мятущихся Душ не входит в список объектов, защищенных по верхней планке!
Напоминать, что в их список не входит и жилой комплекс «Парус» я не стал, так как прекрасно понимал, что государыня это знает не хуже меня. Вот и превратился в слух. Чтобы выслушать ее предложение, которого не могло не последовать. И не ошибся:
— Мы с Ярославом пришли к выводу, что самое безопасное место для вашей команды — это Военная Академия имени Шуйского. В частности, Пятый факультет…
Последнее словосочетание мне не говорило ровным счетом ни о чем. А само предложение не понравилось от слова «очень». Но высказать свое «фи» я не успел — почувствовав соответствующую вспышку эмоций, государыня выставила вперед обе ладони и заявила, что чтит наши договоренности, поэтому ни в коем случае не настаивает, а просто предлагает. Ибо искренне считает, что лучшего варианта для нас просто нет. А еще готова рассмотреть любой наш и оказать любую помощь в его реализации.
Я мысленно напомнил себе о том, что она меня ни разу не обманывала или, по крайней мере, не попадалась на обмане, потер переносицу и начал издалека:
— Мирослава Михайловна, я, Физик-Молниевик, буду нужен Ярославу Георгиевичу и вам что с дипломом нашего лицея, что без него. Что касается других членов ко— …
Тут Императрица-Мать расплылась в ехидной усмешке, извинилась за то, что перебивает, и напомнила, что Императорский Лицей номер один — учебное заведение, курируемое родом Волконских:
— Лютобор Игоревич, вы, кажется, забыли фамилию любимого ректора. А зря: Ираида Федосеевна — не только моя родственница, но и проводник моей воли. Говоря другими словами, никаких проблем с дипломами у вас и ваших подруг не будет. Поэтому предлагаю вынести за скобки все несущественные мелочи вроде этой и обсудить вопрос вашего выживания. Кстати, кажется, я поняла, что вас беспокоит больше всего, поэтому повторю еще раз: мы с сыном предложили вам учебу на Пятом факультете. А у нее есть свои особенности…
Глава 4 
Часть 1 
22 апреля 850 г. от ОВД. 
…Не знаю, по какой причине, но очередная партия из десяти Одаренных прибыла в Флигель Мятущихся Душ с тридцатипятиминутным опозданием. К процедуре усиления готовилась еще порядка десяти-двенадцати, так что до их тушек я дорвался аж без четверти семь вечера. Слепки и клише раскидал, что называется, бегом и с внешней подпитки, а после того, как закончил, поймал Валино обновление, поэтому бодренько попрощался с «прабабкой» и на пару с Незаменимой выбежал в коридор. Пока шел к лифтовому холлу, равнодушно «смахнул» с экрана комма уведомление о получении трех миллионов золотых рублей, набрал матушку, услышал характерный рев движка и удивился:
— Вы что, уже в вертушках?
— Ага! — проорала она. — Ждем только вас.
— Сейчас будем… — пообещал я и сорвался на бег.
На первый этаж сбежали по лестнице, вылетели из «пряничного домика» через заднюю дверь и ускорились еще чуть-чуть. Хотя лично мне хотелось дать по тормозам и полюбоваться новенькими «Беркутами» армейской сине-зеленой расцветки.
Выяснять, к какой именно винтокрылой машине бежать, не пришлось — в проеме боковой двери ближней стояла Янка и призывно махала рукой. Так что через считанные мгновения мы запрыгнули в нужный десантный отсек и на миг выпали в осадок, обнаружив в нем не привычные откидные скамеечки, а пять пар высокотехнологичных энергопоглощающих сидений, рассчитанных на бойцов в полном обвесе.
  
«Миленько…» — подумал я и рванул ко второму ряду, оставленному для нас с Валентиной. А после того, как зафиксировал тушку ремнями, выдернул из специального крепления авиационную гарнитуру с шумоподавлением, нацепил на голову и услышал ехидный голос Раисы Александровны:
— Че стоим? Ждем разрешения гражданского диспетчера?
Вертолет тут же «прыгнул» в небо, поднялся над деревьями дворцового парка и с набором скорости пошел на юго-юго-запад. Когда перелетел через внешнюю ограду, чуть-чуть скорректировал курс, забрался метров на сорок с гаком и вписался в «створ» между высоченной фиолетово-зеленой призмой Дворянского Собрания и монументальным небоскребом Министерства Связи. Ну да, хамил. Но не так уж и долго — пронесся над проспектом Императрицы Марии до его пересечения с Черноморским бульваром
 
и пересек по диагонали Измайловский парк. А перед храмом Трех Святителей заложил лихой разворот и с пикирования притерся к одному из посадочных квадратов на краю летного поля Военной Академии имени Шуйского.
Как ни странно, комитетом по торжественной встрече нашей компании и не пахло, поэтому мы, никуда не торопясь, прогулялись к рампе за баулами со шмотьем и личными вещами, попрощались с экипажем боевой машины и выбрались наружу. Там состыковались со второй половиной команды, прошли порядка пятидесяти метров по направлению к КПП и увидели, как от башенки КДП стартует какой-то внедорожник.
То, что он врубил всю «иллюминацию», удивило, но не так уж и сильно, ибо к этому времени начало темнеть. А режим разгона и траектория движения заставили переключиться в боевой режим — машина, оказавшаяся старенькой армейской «Росомахой», строила из себя «Искорку» на гоночном треке, только шла не по прямой, а по синусоиде! Но больше всего напряг последний маневр — метрах в тридцати от нас тяжеленный автомобиль вдруг протаранил бордюр, перепахал аккуратный газон, по инерции пересек пешеходную дорожку и, не снижая скорости, попробовал снова вернуться на нее. Но в момент поворота колес влево Варвара прострелила правое переднее, как раз оказавшееся под нагрузкой, а матушка «помогла» законам физики мощнейшим порывом. Вот трехтонного монстрика и перевернуло. Вернее, закрутило. Вокруг продольной оси. А через два оборота немного покачало на смятой левой двери и снова поставило на колеса.
 
К этому моменту мы — в смысле, молодежь — успели попадать в траву и раскатиться в разные стороны, пестуны выдвинулись вперед и приготовились вдарить на полную катушку, а ближний «Беркут», как потом выяснилось, навел ствол скорострельной пушки на эту таратайку. Короче говоря, Суккуба, закрывшаяся каменным панцирем молний, взлетевшая на капот и вбившая в салон потрескавшееся лобовое стекло, рисковала не так уж и сильно. Тем не менее, я был готов сорваться в скачок. Но моя помощь не понадобилась — стремительно подавшись вперед, Раиса Александровна вдруг выдернула наружу… мертвецки пьяного Огневика в такой же общевойсковой «песчанке», как у нас, только с погонами штабс-капитана. А через мгновение чудовищной затрещиной пробила остатки средненького огненного щита, судя по всему, вывешенного на одних рефлексах, воткнула пьянь мордой в землю, заломила левую руку чуть ли не к затылку и жестом подозвала к себе Кнута…
…В допросе вояки поучаствовало аж пять специалистов по экстренному потрошению. Незаменимая убрала опьянение и купировала боль от порванных связок, Щелчок, получивший официальное разрешение на использование части ментальных заклинаний, подавил волю, Ика отслеживала изменения эмофона, а матушка и «старшая сестричка» задавали вопросы. Опыта у двух последних оказалось предостаточно, так что к моменту прибытия «Росомах» нового начальника Академии и его свиты у гвардии полковника Светланы Романовны Волконской-Шаховой появились все основания включить режим Большого Начальства. А вторую причину любезно предоставил какой-то майор, выскочивший из головного внедорожника самым первым и имевший глупость рявкнуть на весь аэродром: