Универсал (СИ)

— Мне самому это неприятно, — поморщился княжич. — Однако, есть реалии, и они таковы. Тебе необходимо порвать с ним, выбрать достойного мужа и тогда всем угодишь.
Они еще долго говорили и даже спорили. Все доводы Софи разбивались о жестокие и жесткие слова брата. Он не щадил ее чувства, просто не обращал на них внимания. А почти под конец разговора предупредил, что если общественность узнает о том, что она и господин Воронов ближе, чем друзья, то тот окажется в опале, как и она сама. Их на каждом углу начнут поносить, а то и вовсе откроют охоту. Будущего у Воронова не будет, за его жизнь не дадут и ломаного гроша. А если девушка хочет добра всем, в том числе и врачевателю, она обязана подумать и сыграть пышную свадьбу с тем, на кого укажет отец или он. Из-за чего сдалась княжна? Она сама не готова ответить. Однако, Саша пришел и вся ее уверенность в правильности расставания, мгновенно улетучилась. Вот только, как набраться смелости и в его глаза посмотреть? А что, если увидит в них презрение? Она не так давно ему клялась в верности, убеждала, что никогда не бросит и не отступится. В душе презирала Островскую, разорвавшую отношения с врачевателем и тем самым дав ей шанс. И что в итоге?
— Черт! Как же мне хреново, — проскулила Софи и сев на пол руками обхватила свои коленки. — Еще рядом ни одной подруги, никто не поддержит и не подскажет, — она шмыгнула носом, ощутив, как по щекам катятся слезы.
Под грудью заскреблась ящерка, на душе тошно и противно. Княжна на долю секунды представила, что больше никогда не встретится с Сашей. В душе что-то надломилось, и она осознала — не простит себя, а без него будет лишь существовать. Долго ли? Вряд ли, зачахнет и угаснет.
— Ну я и дура, — сделала себя признание, еще раз шмыгнула носом и резко встала на ноги. — Мария! — крикнула, зовя служанку.
— Что вы хотели? — почти мгновенно появилась та перед госпожой.
— Готовь платье, я пока приму ванну, а потом сделаешь мне прическу, — произнесла Софи.
— Поняла, не беспокойтесь, — обрадованно произнесла горничная, а потом уточнила: — Косметику приготовить? Сбегать за кремом, скроющим вчерашние последствия?
— Конечно, мне необходимо быть неотразимой, а времени у нас слишком мало! — произнесла Софи и скрылась в ванной комнате.
Сборы и приведения себя в порядок заняли рекордно короткое время. Примерно через час княжна уже выходила из своих покоев. Перед всеми предстала красивая, молодая, уверенная в себе дама, но вот в ее глазах беспокойство, грусть и тревога. Она ужасно боится, что господин Воронов не захочет ее видеть. Глупость и те ошибки, которые совершила ее гнетут. Пока ехала до университета в голову лезли всевозможные мысли. Долго не могла решиться и подняться на этаж, где находится кабинет ректора. Когда же себя пересилила, то ей встретился профессор Штерн и сообщил, что Александр Иванович куда-то уехал. На сердце у княжны стало еще тяжелее, почему-то скрутило живот от плохого предчувствия. Ноги сами-собой привели к больнице, перед которой нервно расхаживает целительница. Лисицина внимательно посмотрела на замершую Софью, а потом медленно подошла к ней и сказала:
— Если ты его бросишь, будешь большой дурой. Саша очень хороший человек, я поняла это не сразу, о чем сильно сожалею.
— О чем ты говоришь? — уточнила княжна, стараясь унять задрожавшие руки.
— Выбор за тобой, — не стала отвечать целительница.
— Его уже сделала, но не знаю, простит ли он меня, — чуть слышно произнесла девушка.
— Не бойся осуждений, косых взглядов и перешептыванию за спиной, — улыбнулась Оксана. — Он тебя точно ото всех защитит. Если бы не видела, как господин Воронов на тебя смотрит, то не завела этот разговор.
— Что-то случилось? — уточнила Софи.
— Думаю, он сейчас неоправданно рискует, решая мои с сестрой проблемы, — призналась целительница. — Слишком долго его нет, уже пятый час вечера.
Княжна прислушалась к себе и ощутила, как внутри нарастает паника, точнее, она там уже некоторое время. Что-то ее гложет, заставляет ощущать страх и боль, которая подбирается к сердцу.
  
— Ты побледнела, — нахмурилась Лисицина.
— Нормально все, — вяло отмахнулась княжна и развернувшись побрела в сторону общежития.
Каждый шаг дается все труднее, на плечи давит груз, на душе муторно, глаза наполнились слезами и дышать стало тяжелее. Княжна схватилась за тонкий ствол березы, внутри как будто что-то оборвалось. Перед глазами все потемнело, и она стала медленно оседать на землю. Уже не слышала, как Оксана к ней подбежала и стала вливать жизненную силу.
* * *
 Повествование от лица господина Воронова.
Отставной генерал абсолютно спокоен, словно не попал в магическую ловушку. Он на одно мгновение растерялся, а сейчас даже криво улыбается.
— Итак? — задаю банальный вопрос.
— Знал ли про то, как Богдан обращается с супругой и какие планы строит? — хмыкнул Лев Борисович. — А ты догадайся.
— Думаю, еще и способствовал, — пожал я плечами, подумал и добавил: — Хотя, скорее его направлял. Только не пойму зачем.
— Первые шаги он сделал сам, а потом все сильно закрутилось, — ответил Сучков. — Чтобы овладеть силой, требуется приложить немало стараний, желательно, чтобы никто об этом не узнал на определенном этапе. Говорил ему, чтобы от супруги быстрее избавился, но, нет, он захотел позабавиться и развлечься, — вокруг отставного генерала появилась темная дымка.
Как я пропустил такой огромный сгусток черной магии⁈ Ее не наблюдал и даже предпосылок не имелось. Дернул на себя сеть, чтобы сбить врага с ног, но тот остался стоять на месте, а моя трость затрещала. Заклинание ловушки стало с Сучкова сползать, разодранное в клочья.
— Не ожидал? — хмыкнул Лев Борисович и хлопнул в ладоши.
Вокруг меня образовался темный круг, в двери вошли трое громил с револьверами в руках.
— Оружие уберите, олухи! — крикнул Сучков. — Этого господина пулями не испугать.
— Так чего ты добиваешься? — обращаюсь к отставному генералу, вставшему на темную сторону.
Вот только не его аурный слепок считал с яда, и отставной генерал не контактировал с Бергером, в этом уверен на сто процентов.
— Если скажу, что справедливости, то такой ответ устроит? — рассматривая меня склонив голову к плечу, ответил Сучков.
— Поясни, — говорю, а сам оцениваю свои шансы.
Впрочем, противник тоже не глуп, в необдуманную атаку не лезет. Следовательно, знает, что из себя представляю. Ну, или догадывается. Наверняка не раз пытался оценить мои возможности и пришел к определенным выводам.
— Обиды и разочарования есть у каждого, — хмыкнул Лев Борисович. — Разве тебя по достоинству оценили? Или считаешь, что не знаю, как думает император? Он же тебя использует в своих целях и не задумываясь выбросит. Да, возможно бросит с княжеского стола подачку. Разве ты или я этого достойны? Хочешь получить шанс и стать сильнее? Знаю, ты заглядываешься на дочь Коршунова. Не вопрос — получишь!
— И для этого надо к тебе примкнуть? — усмехнулся я, а диагностикой прощупываю темный круг.
Отставной генерал использует чистую силу, получая ту от скрытого в доме алтаря. На нем приносились жертвы, их жизненная сила поглощалась, а потом возвращалась в виде магии смерти. Вот только отставной генерал не столь грозен, как желает казаться. Или продолжает прикидываться?
— Разумеется, подчинись и обретешь огромные возможности и силу! — Лев Борисович поднял вверх правую руку и на его пальцах заплясало черное пламя. — Еще немного и во главе империи встану.
— Это вряд ли, — хмыкнул я. — Впрочем, к этому вопросу еще вернемся, скажи, как внука твоего найти? Необходимо его подпись и аурный слепок на бумагах о разводе получить. Дал обещание его сбежавшей супруге.
— Так ты прибыл только из-за глупой целительницы? — рассмеялся Лев Борисович. — Я-то посчитал это предлогом! Все думал, когда меня начнешь обвинять. Получается — ошибся, гхм, — он кашлянул в кулак. — Ладно, надоело с тобой валандаться. Последний раз спрашиваю, присягнешь мне или нет?