Твое величество. Истинный облик

Димас не просто так сам по себе поднялся, считай, из грязи в князи, нищий, безземельный эрр, приехавший из провинции, был королю предан больше любой собаки. И его брак с Марией, кстати, тоже Димас устроил во времена оны. Посодействовал.
Сейчас это может сыграть против Димаса, если правильно выложить на стол карты.
Вот и разговаривал эрр Виталис с личным духовником короля – кардиналом Рентским. Осторожно, намеками прощупывал почву.
  
Понятно, пойти против Престола и Конклава кардинал не осмелится. Не тот у него вес, не тот характер. Исайя Рентский – трусливый слизняк, но при том жадный и умный, изворотливый и льстивый, считай, идеальный царедворец.
Но важно ведь правильно подать документы в Конклав. И представить ситуацию нужным образом, и знать, кому занести и сколько, что предложить, расклады и ниточки… что-то знал сам Эрсон, а вот что-то мог знать только Исайя. Если они сейчас сойдутся в цене, то и короля им будет легче обрабатывать с двух сторон, и опять же, свое решение будет легче протащить. Но…
Исайя был жаден до одурения, да и страх за свою шкуру еще добавлялся. Саймон Картенский не из тех королей, которым на мантию плюнешь, а они и не заметят. А тут все куда как серьезнее.
Кто-то верит, что разведенная королева будет жить долго и счастливо? Серьезно верит? Дайте, дайте сюда этого идиота, мы его в кунсткамеру отправим! Там, поди, таких беспримесных и не видывали!
Это сегодня Мария может дрогнуть и согласиться на развод, а что она завтра выкинет? Баба же? Пойдет и Престолу в ноги кинется, мол, опоили, околдовали, одурманили, угрожали… да мало ли что придумает обиженная баба? А Престолу тоже такое не надо, опять же, Триумвират штука такая, сложная. Баба другую бабу завсегда поймет, а и не поймет, так просто из солидарности нагадит!
И что еще Многоликий придумает?
Для начала Виталис хотел перетянуть на свою сторону мужскую часть триумвирата. Правильно подать дело – это важно! Королю ведь нужен наследник, а жена его родить уже не способна. В таких случаях женщины действительно своей волей уходят в монастырь или еще как-то освобождают мужа… всякое бывало. И если бы ее величество изъявила свое добровольное желание…
Тогда, считай, решение уже будет принято. И даже служитель Многоликого ни на что не повлияет.
Епископ был не против.
Димас и ему успел ногу отдавить, да еще как отдавить! С огоньком и радостно!
Дело в том, что люди благочестивы. И особенно они проникаются любовью к Богу накануне скорой встречи с Ним. Чувствует богатый эрр, что смерть приходит? Ну как тут не завещать церкви что-то хорошее и вкусненькое? А вдруг ему зачтется?
А вдруг ТАМ и финансовый вопрос рассматривать будут? А он вот, искренне, от всей души, завещает или дарит… и всем хорошо. И ему душевное спокойствие, и церкви денежка на карман, и Престолу процент. Честная десятина.
И в эту прекрасную и стройную схему влез Димас! Да как!
Двумя ногами, еще и грязи натащил, гад!!!
Как он вообще смел такое придумать!? Чтобы половину от полученного церковь добровольно отдавала в казну!?
Да тут каждое слово, считай, кощунство! А король-то это одобрил! И принял, и в других странах, на такое непотребство глядя, облизываться начали… Убивать за такое мало!!!
Так что план Эрсона у Исайи никакого отторжения не вызывал. Это ж как вкусно получается! От королевы они избавляются, а Дианочка начинает мужу объяснять, что Димас уже… слегка устарел. Нет-нет, не надо его разжаловать. Но, к примеру, не слишком ли он много сам берет? Не по чину, нет… опять же, слишком у него сильные связи с Картеном, а это плохо. Возьмет он так, да и порадеет Саймону, а чем это королевству обернется?
Нельзя, совершенно нельзя так безоглядно доверять всяким безземельным и наглым! Лучше на его место кого-то проверенного, к примеру, дядюшку. Неужели он своей племяннице хоть что-то во вред сделает? Да никогда, все у него на пользу семье, все для дела.
Чьего дела? Какого?
А это совершенно неважно, главное, вы его назначьте, ваше величество, а там уж мы разберемся.
Проблема в том, что назначение Виталиса уже не повлияло бы на королевское решение, относительно церковных денег. Когда это король от денег отказывался? Да от дармовых?
Но может, как-то это можно будет обыграть? К примеру, от завещанного, конечно, придется отчислять. И от подаренного тоже. Но ведь есть и третий вариант? К примеру, хочет человек завещать крупную сумму монастырю в другой стране? Ну и пусть завещает. На другие страны правило «королевской доли» не распространяется. А потом монастырь, к примеру, тоже что-то захочет подарить служителям в Эрланде. Деньги, к примеру, или земельные участки?
Понятно, что тут королю тоже ничего не отломится, но проворачивать такие махинации можно, только если у тебя есть прикрытие. Да-да, канцлер, к примеру. И казначейство, опять же, не будет акцентировать ненужное внимание на мелочах.
Так что предварительная договоренность уже была достигнута, оставалось воплотить план в жизнь. А вот КАК это сделать…
Как-то надо.
И в глазах двоих интриганов жизни Дианы, Марии, да и много кого еще, значения не имели.
– Королева вчера тайно отбыла в монастырь святой Варвары. После того, как ее пытались отравить.
– Одна или с дочерью?
– С дочерью.
– Это хуже, намного хуже, – кардинал нахмурился. Вот если что-то случится с королевой, его величество… он будет расследовать дело, но не очень тщательно. А вот если с принцессой, то его величество озвереет. Единственный ребенок, оставшийся в живых.
Единственный законный ребенок.
Пока Анна в немилости у короля, но это до поры, до времени. Надо отдать Иоанну должное, своих детей он любит, причем законных больше, но и незаконным достается его внимание. Особенно сыновьям.
От эрры Ирены у его величества сын, ему уже семнадцать лет, от эрры Маргариты, с которой у него была длительная связь, есть сын, ему двенадцать, и дочь, которой около десяти лет.
Да-да, король себя не слишком ограничивал. Когда у королевы наступала беременность, он переставал к ней приходить. Как сам он говорил епископу, беременные женщины внушали ему отвращение. Но воздержание вредно для мужского здоровья, а потому его величество искал утешения на стороне. Вот и получались у него побочные дети примерно одного возраста с законными, плюс-минус полгода – год.
– Хуже, – согласился Виталис. – Но все вполне решаемо. Правда, я мало что знаю о монастыре святой Варвары…
– Настоятельницей там матушка Евгения, – не потаил информацию кардинал. Да и чего скрывать? – Очень умная, очень властная, хваткая женщина. Я ее давно знаю, уже лет двадцать точно. В монастырь она пришла сама, по велению сердца, принесла небольшое приданое и все эти годы усердно работала, чтобы занять свое место. Молила Богиню…
Мужчины переглянулись.
– Эрра?
– Незаконная дочь, воспитывалась при отце, потом он умер, примерно через пару лет после ее ухода в обитель. С семьей она практически не общается, но помогает… иногда.
Виталис кивнул с пониманием. Бывает и такое… незаконные дети короля – одно. У них и перспективы, и титулы, и вообще, это – дети короля! А вот незаконные дети даже эрра…
Их особенно признавать не торопятся, разве уж род вообще без наследника останется. К примеру, есть эрр. У него нет законных сыновей, нет законных дочерей, вот тогда начинают рассматривать побочных. А так – или сын, или внук, или дочь и ее супруг, или кто-то из детей дочери… уж найдется, кому передать титул и земли.
Но незаконные дети их получают в последнюю очередь.
  
А все ж таки это дети. И родители по-разному относятся к своей крови. Кто-то признает их и воспитывает в своем доме, понимая, что свои люди – это ценный ресурс. И получаются из них хорошие управляющие, казначеи, воины – да много кто! И девочек воспитать тоже можно, и замуж их выдать правильно, чтобы привязать к семье нужного человека. Красивая, умная, образованная жена ценилась и будет цениться всегда, особенно если в приданое за ней идут не только деньги, но и связи с хорошей семьей.