Ведьма, пришедшая с холода (сборник)

В конце коридора находилась другая дверь, которая вела в кабинет: кожаное кресло, старинный деревянный стол, так густо заваленный разными травами и заставленный мазями, что запахи смешивались и перекрывали друг друга, и на ум Гейбу приходило только одно слово: «джунгли». Джордан поставила свечу, которую несла все это время, в железный подсвечник.
— Закрой дверь. Сядь.
— Что, — спросил он, — никакого черепа? Я думал, свеча должна стоять на черепе.
— Может, я приспособлю твой для этих целей. Сядь.
Он сел. Пульсирующая головная боль вернулась. Он прижал талисман ко лбу.
Она сняла бронзовую чашу с полки, поставила на стол, зажгла маленькую газовую горелку под закопченным чайником и обошла комнату, собирая травы и плотно закрытые банки.
— Что ты делаешь?
— Пытаюсь сохранить тебя в целости. Это твоя худшая мигрень, верно? Самая сильная со времен Каира?
Он скрестил руки.
— Не твое дело.
Она вылила в чашу ложку чего-то, похожего на черную смолу, добавила три пригоршни разных трав, перемешала все лопаткой.
— Все это и мое дело, отнюдь не только твое. По правде, ты не должен был входить в этот мир. Ты пытался игнорировать это. Пытался ковбойствовать и, пожалуй, теперь ты видишь, что это не помогает? Отмахиваясь от своей беды, ты лишь вредишь себе и своей миссии.
— Я знаю, к чему ты клонишь, — заявил он. — Готовишься сделать мне какое-то предложение.
— Я пытаюсь тебе помочь.
— Я не предам своих.
Чайник засвистел. Джордан налила воду в чашу, размешала содержимое, будто разводила какао, добавила еще воды.
— Увы, без козьего молока, но должно получиться. Пей, быстро. Это снимет боль.
Он отложил талисман и поднял чашу. Бронза согрела его руки.
— Горячо.
— Тебе это не повредит. Обещаю. Старайся не вдыхать пары.
Он встретился с ней взглядом и выпил. Маслянистая жидкость с каким-то порошком, пеплом и травами скользнула по горлу. Боль стихла. Его взгляд прояснился.
— Я не пытаюсь ничего тебе продать, — объяснила она. — И не хочу, чтобы ты предавал кого-то. Люди сталкивались с бедами, подобными твоей, задолго до твоего рождения, задолго до рождения твоей страны. Тебе помогут, и ты снова сможешь работать. Ты хотя бы выслушаешь меня?
Гейб допил из чаши, опустил ее и передал Джордан. Отголоски боли напоминали включенное в другой комнате радио — легко не замечать.
— Ладно, — согласился он. — Говори.
Джордан сжала его плечо и улыбнулась.
— В Каире ты окунулся в новый мир — мир, на границе которого я живу всю свою жизнь. Существуют две стороны: зови их Льдом и Пламенем. Их предводители ведут тайную войну уже очень давно, и люди вроде меня оказываются меж двух огней. — В ее улыбке засквозила грусть. — Звучит знакомо?
Он кивнул.
— Хорошо. Захочешь сблевать — ведро у тебя под боком.
***
Таня с Надей пели, расцвечивая переулок оттенками синего и золотого, даже когда конструкт избавился от пут. Свет проникал в его каменные суставы, пустые глазницы горели белым. Он снова рванулся к крыше, в которую вжималась Андула, испуганная студентка. Но ведьмы не отвлекались, позволяя древним фразам литься свободно.
А затем все случилось разом: Андула закричала, искры посыпались из суставов конструкта, вспышка света ударила Таню в грудь, словно кулак. Ее рука выскользнула из руки Нади, и Таня упала спиной на груду сломанных деревянных ящиков. Ей на колени посыпались обрывки проволоки и кристаллы — элементарные составляющие существа.
У них получилось. Они перегрузили конструкт энергией силовых линий, и тот не выдержал. Рассыпался на базовые части, а вся мощь, которую создатели заключили в нем, вырвалась при взрыве.
Что же до создателей... Им с Надей придется вскоре ими заняться.
— Блядь, — выругалась Надя, освободив руку от зажавших ее камней. Девушку отбросило на мостовую, темные волосы чуть смягчили удар. Тане пришлось моргнуть пару раз, чтобы избавиться от послеобразов и убедиться, что это не кровь.
— Что это, черт возьми, было? — провизжала Андула.
Таня с Надей переглянулись.
 
— Мне нужно собрать компоненты, — объявила Надя, — чтобы выследить создателей.
Таня вздохнула и вновь забралась на крышу к Андуле.
— Как я и говорила... Ты Носительница. Ты родилась настроенной на определенный элементаль, и в какой-то момент он активировался. Твой элементаль вернулся домой, так сказать. — Таня мрачно улыбнулась. — Ведьмы вроде меня умеют использовать элементали во благо, но есть волшебники, которые хотят задействовать их в темных целях. И они очень хотят забрать твой элементаль.
— Забрать? Забрать? — Андула отползла назад, повыше и подальше от Тани. — Что это значит?
Таня решила не отвечать прямо.
— Волшебники — служители Пламени — создали это существо. Элементарный конструкт. Его единственной задачей было поймать тебя. К счастью, не только служители Пламени владеют магией элементалей.
Глаза девушки выдавали ее ужас.
— И что бы он сделал, если бы поймал?
Надя расхохоталась.
— О, милая девушка. Поверь мне, ты не хочешь знать ответ.
Какое-то время морозный ночной воздух звенел в мрачной тишине.
— Он выслеживал меня, — наконец выдала Андула. Она смотрела, как Надя разделила два сплавленных куска кристалла. — Как радар или вроде того.
— Да, в целом верно. Служители Пламени пытаются собрать всех Носителей вроде тебя, — объяснила Таня. — Они хотят забрать элементали себе.
— Так что-то сидит внутри меня? Прямо сейчас? — Андула ткнула в себя пальцем. — Что такое этот элементаль, что ему от меня надо?
— Он хочет тебя. Вы были созданы друг для друга, ты призвана стать Носительницей той элементарной энергии, которую он представляет, — воды, электричества или земли, — чтобы ты могла использовать его силу на полную. Вспомни, Андула: может, у тебя есть тяга к воде или определенному сорту цветов? Но только когда произошла какая-то сильная вспышка энергии, твой элементаль смог тебя найти. — Выражение Таниного лица смягчилось. — Не волнуйся, он не причинит тебе вред. Ты была рождена для него.
Андула рассмеялась сухо и горько.
— Вот уж не знала, что кагэбэшники верят в судьбу.
Надя с Таней разом вздрогнули. Они переглянулись — долгий, бессловесный спор, затем Таня закрыла глаза и слегка кивнула.
— Мы здесь не как кагэбэшники, — наконец объявила Надя.
— Нет? Тогда кто вы? Чего вы на самом деле от меня хотите? — Андула сложила руки на груди. — Как я могу вам верить? Откуда мне знать, что именно эта группа «Пламя» желает мне зла, а не вы?
— Мы из Консорциума Льда, — объявила Таня, опустив руку на колено Андулы. Она осторожно сложила ладонь лодочкой, скрыв в ней крошечный талисман. — И мы здесь, чтобы помочь.
***
Гейб думал, что после третьего приступа рвоты в нем уже ничего не осталось. Он ошибался.
Джордан раскачивалась в кресле и продолжала разглагольствовать, словно в ведре между ними не лежало содержимое его желудка.
— Лед — это мир в общем и целом, как он есть. Они... снобы по большей части, но не такие злобные, как Пламя. У меня есть с ними связь. Если уж кто знает, как совладать с твоей болью, так это они. — Она передала ему салфетку.
— Мне не нужна их помощь. — Фраза прозвучала бы чуть увереннее, если бы желудок не выбрал именно этот момент, чтобы исторгнуть остатки содержимого.
— Похоже, последний приступ. — Она протянула Гейбу стакан с чистой водой, когда он закончил. — Как следует сполосни рот. Ты же не хочешь, чтобы эта дрянь застряла у тебя в зубах.
Он побулькал, сплюнул, вытер губы, бросил салфетку в ведро.
— Куда мне это слить?
Она кивнула на дверь, которую он прежде не замечал.
— В уборную.
Когда он вернулся, она уже вытерла чашу и сожгла в ней пригоршню трав.
Гейб снова сел.
— Я справлюсь сам.
Она расхохоталась.
— Как с Драгомиром? — Джордан не позволила паузе затянуться настолько, чтобы Гейбу пришлось отвечать. — Как долго ты сможешь скрывать это от своих коллег в посольстве? Или от начальства в Лэнгли [8]? Лед научит тебя справляться с этим.