Золотая туфелька для гувернантки (СИ)

Конечно, выбираться из королевской спальни на втором этаже через окно — задача не из лёгких. Но зелье, которое на полчасика делает моё тело неуязвимым, у меня тоже имелось — я просто не могла не взять его в столь опасную поездку.
Опасалась я ещё того, что меня может заметить кто-то из охраны, но рассудила, что вниз — не вверх. Я же не лезла куда попало, а открыла окно, торопливо забралась на подоконник и просто спрыгнула куда-то в глубину кустов. Если бы не зелье я бы себе точно что-нибудь сломала, а так пострадали только кусты, в которых я изувечила все ветки. На мне же не осталось ни царапинки.
  
Выползала я осторожно, вдоль стеночки и, к счастью, вышла прямиком на территорию нужного мне сада.
Свет здесь, как и в прошлый раз не горел, но браслет я с собой тоже прихватила.
Было страшно. Даже не того, что меня поймают и посадят в темницу, а того, что я вот уже так далеко зашла в этот раз. Почти добралась до цели! Вдруг всё сорвётся?
Однако удача сегодня оказалась на моей стороне. Мне никто не помешал. Забравшись на дерево как матёрый древолаз, я набила литровую банку нужными ягодами до краёв — воровать так масштабно!
Спустилась тоже без проблем и торопливо ринулась в служебное крыло.
  
44.
 
Теперь я боялась, что нужная мне служанка сейчас сплит, но правильные имперские шпионы отличались от обычных людей круглосуточной готовностью. Связная встретила меня идеально собранной.
— Вот — показала я ей банку со своей добычей и зашептала: Надо доставить куда следует. И меня бы доставить куда следует, потому что утром меня начнут искать, а может даже и ночью.
Хотя я, конечно, надеялась, что зелье подействует до утра. Оно так-то хорошее, стойкое, но главное, чтобы никто не начал будить короля.
Связная сосредоточенно кивнула и, накинув на меня плащ, повела куда-то в сторону ворот для поставщиков продуктов. Всё шло неплохо, только очень долго. Пока мы добрались до входа, пока прошли часть города, пока нашли гонца, который принял у нас банку с драгоценным грузом — уже светать начало.
Экипаж для меня достать оказалось ещё труднее, и я уже трижды прокляла своё неумение ездить на лошади. Но вот, наконец, я загрузилась в повозку, и мы помчали к империи.
Уезжала я со смешанными чувствами. Тяжело было оставлять девочек и Терренса, роман с которым так и не состоялся, хотя имелись все шансы. Я всё напоминала себе, что приехала сюда не за этим и вообще заняла неположенное мне место. Но тоска не оставляла.
Я грустила, глядя в окно. Ещё и погода стала такой... отвратительно тоскливой. Дождь с каждой минутой шёл всё сильнее. Как будто уже и видимость стала никакая. За пределами столицы, когда весёлые фонари и симпатичные домики пропали, сменившись частым лесом, стало ещё хуже.
`Однако всю мою ностальгию и тоску как ветром сдуло, когда я услышала топот копыт и окрик:
— Королевская гвардия! Немедленно остановитесь!
Наверное, если бы возницей был человек императора Йена, мы бы сейчас погнали. Но, кажется, мы договорились с кем-то обычным, чтобы привлекать меньше внимания. Я уже намеревалась спасать себя сама и распахнула дверь... однако перед ней стояли гвардейцы.
— Леди Унара, будьте любезны, не покидайте, пожалуйста, экипаж, — попросил старший из них. — Его величество настойчиво попросил вернуть вас во дворец. Надеюсь, вы не станете сопротивляться?
— Как прикажете, — вздохнула я, захлопнув дверь кареты и плюхнувшись обратно на сиденье.
Пока возница разворачивался, я сидела с закрытыми глазами, откинувшись на сплинку. Сперва просто посчитала до ста, потом немного успокоилась и смирилась с неизбежным. Какой-то паразит всё же разбудил Терренса посреди ночи, и меня поймали. И везут в тёмный и сырой подвал за то, что я своровала королевскую собственность, так ещё и самого правителя опоила и обломала.
Узнаю кто — научу Джинни варить оборотное зелье и превращу гада в лягушку на пару недель! Наверняка же она будет меня навещать. И остальные принцессы тоже не бросят:
А вот как смотреть в глаза Терренсу, я даже представить себе не могла. И в душе даже надеялась, что он тоже не захочет меня видеть и предоставит все допросы следователям.
  
45.
 
Однако надеждам моим не суждено было сбыться. Меня привезли обратно во дворец, так ещё и, судя по коридорам, вели в столовую, где мы обычно обедали со всей королевской семьёй. Несмотря на ранний час, за столом собрались все девочки, и даже не зевали. Терренс сидел во главе стола, но немного помятый и явно недовольный. Недовольство его периодически громыхало громом и молниями за окном.
Нежданным гостем на дальнем конце стола почему-то оказалась сеньорита Сауко. Её я вообще не ожидала увидеть, но зато точно знала, кто испортил мой триумфальный побег и разбудил короля.
— Когда мы с вами танцевали на балу, — самозабвенно вещала сеньорита Сауко, — я поняла, что это судьба!
Вы ведь тоже взглянули на меня по-другому, правда, ваше величество?
В этот момент конвой завёл в зал меня, поэтому отвечать Терренсу не пришлось. Я ожидала осуждающих взглядов, но в глазах короля отразилось удивительное облегчение. Подскочив с места, он, игнорируя сеньориту Сауко, направился прямиком ко мне.
— Мы заждались вас, леди Унара, — поприветствовал он меня, взяв мои ладони в свои руки.
Сердце пропустило удар. Я была безмерно раза подобной встрече, но здравый смысл не давал расслабиться. Возможно, он ещё не знает о пропаже ягод. И ключевое слово тут «ещё».
— Да, я немного... задержалась, — несмело проговорила я, оглядывая зал в поисках поддержки.
Хоть бы кто подмигнул мне или просемафорил, а то я даже не представляла, как себя вести.
— Камергер! — позвал Терренс своего слугу и приказал: — Принесите, пожалуйста, туфельки.
Моментально королевский камергер принёс подушечку, на которой стояла злополучная золотая пара: одна, которую я оставила на дереве перед Терренсом, и вторая, которую выбросила в озеро Джинни. Похоже, что бросок тогда заметили слуги сеньориты Сауко, и достали ей трофей со дна. А мы ещё подивились, кто это там плывет...
Пока я рассуждала, мои конвоиры не терялись — позади меня оказался стул, куда я от неожиданности присела.
— Погодите! — встрепенулась сеньорита Сауко, когда король лично встал передо мной на одно колено и принялся меня переобувать. — Что вы делаете с моими туфельками? Ваше величество, почему вы ухаживаете за какой-то посторонней девицей прямо на глазах у вашей будущей королевы?
— Вы помните, что я попросил вас сказать на балу, если вы захотите после пообщаться со мной наедине? —внезапно спросил король словно в воздух.
То ли у возмущенной сеньориты Сауко, то ли у ошарашенной меня, которая сидела в идеально подошедших по размеру золотых «уликах».
— Ах, ваше величество! Я тогда была так взволнованна, что всё совершенно вылетело из головы! —попыьталась отвертеться назойливая невеста, но глаза у неё подозрительно забегали.
А я вот всё прекрасно помнила. Помнила и от этих воспоминаний на душе становилось невероятно тепло.
Почему-то в свете всего, что произошло после между мной и королём, его предложение на том балу казалось безумно романтичным. Тогда я лишь посмеялась, не приняв его всерьёз. Сейчас же оно как будто несло совершенно иной смысл.
Вот только мой ответ практически приравнивался к признанию. И вовсе не в любви.
  
46.
   
Конечно, я не хотела сдавать себя с потрохами, но рассудила, что Терренс обо всём уже догадался, а так я смогу хотя бы «скосить» себе срок примерным поведением. Или вообще обойдёмся домашним арестом.
— Ты сказал сообщить, что к Терренсу пришла его прекрасная леди-незнакомка, — призналась я, и половина зала ахнула.