Аленушка. Уж попала, так попала (СИ)

Картина в голове такая яркая и реальная, что я с бешенством кидаю в Ранура всё своё отчаяние, разочарование, гнев и боль, представляя их сгустками кипящей энергии. Пусть поймет, как мне плохо.
И больно… сейчас будет… потому что первая дрянь, забравшись на ногу, находит участок открытой кожи между туфелькой и манжетой брюк и довольно разевает пасть.
* * *
Со мной впервые в жизни приключается такая дилемма, когда я теряюсь, как поступить: не то открыть глаза и смотреть, как мне сделает больно черно-красное мохнатое чудовище, не то зажмуриться, чтобы этого кошмара не видеть.
Вот же несправедливость!
Отражать эмоции я могу совершенно не напрягаясь, а мысленно запулить тварюшку в стену, чтоб от неё и мокрого месте не осталось — фигушки!
«Эта опция прокачки для Избранной Алёнушки недоступна…», — так и представляю высвечивающуюся надпись в мониторе у демиургов, создавших этот мир и закинувших меня в него.
Ладно, Алёнка, хватит мечтать!
Лучше вообрази, что это не укус зубастого паука, а обязательная прививка от гриппа. А раз грипп постоянно у нас видоизменяется: птичий, свиной, коровий, атипичный, уханьский. То и делают от него укольчик в чуть-чуть непривычном месте.
М-да, не легко, но что делать? Если больше ничего не получается…
Признаю себя стопроцентно слабой и несчастной девушкой и закрываю глаза, дабы не видеть разинутую пасть монстрика, а до кучи и его собратьев, решивших меня окружить.
Напрягаюсь, уже ощущая фантомную боль от первого укуса, как яркая вспышка разрезает пространство, ослепляя на секунду сквозь опущенные веки.
Что за?
Приоткрываю один глаз и в следующую секунду наслаждаюсь изумительным зрелищем, в котором пауки-мохнатики один за одним начинают вспыхивать бенгальскими огоньками… и симпатичненько так гореть, схлопываясь и исчезая.
Я же в этот момент со всей ответственностью себе признаюсь: я — не Гринпис. И предложи мне кто сшить из шкурок этих уродцев шубу, соглашусь с удовольствием!
Назло врагам, точнее паукам.
— Алёнушка, — слышу голос Ранура, а через секунду он склоняется ко мне.
Вижу его лицо, и сердце начинает болеть. Оно не просто обеспокоенное, нет. Там такая паника в глазах, такое цунами из страха и шока бушует, что я вновь устраиваю слезопотоп.
— Милая, родная, любимая, тише-тише, — прижимает к себе демон, укачивая в объятиях, и глубоко вдыхает воздух у моей макушки.
Я же бессовестно заливаю рубашку солёными ручейками.
— Ранур, отпусти её, дай осмотреть, — слышу где-то рядом голос Саджа.
Однако, угрожающий рык, издаваемый в груди, куда я уткнулась носом, явно предупреждает не подходить. Даже на меня производит впечатление. Пусть не страшно, но чуточку не по себе.
— Не пугай её, — тут же осаживает брата Закир. — Отодвинь демона и почувствуй, что Алёна не реагирует на тебя. У неё даже голова не держится.
Э-э-э, ну да. Ощущаю себя куклой из советских времен, которую, захотели, подняли, захотели, положили, она же только глазками моргает.
— Что? — брюнетик немного отстраняет меня от своей груди и заглядывает в глаза. — Алёнушка, ты меня боишься?
Нет.
Говорю мысленно, поскольку губы немы.
— Ну, вот, не боится, — подтверждает Ранур, считывая мои эмоции.
— Уверен? — ехидно переспрашивает рыжий великан. — А-то так-то она молчала.
— Алёна, посмотри на меня, — откуда-то сбоку слышу Саджа.
Блинчики-оладушки, да я бы с удовольствием, только голову мне поверните.
— Но её не кусали, — хмурится демон, повторно изучая меня с ног до головы, — я бы почувствовал.
— Не сомневаюсь. У вас, кажется, скоро связь без похода к алтарь-камню сама собой образуется. Вы же уже общение одними эмоциями освоили.
— Милая, посмотри на Саджа, пожалуйста, — просит Ранур, прищуриваясь.
Перевожу взгляд в ту сторону, откуда предположительно слышался голос блондинчика, но замечаю его, только когда он подходит совсем близко.
— А теперь на Закира.
Пытаюсь, результат аналогичный.
— Говорить не может, двигаться тоже, — перечисляет первый из высших драконов. Я же краем глаза фиксирую, что он держит мою руку. Хотя этого не ощущаю, как и самой конечности. — Ты что-то пила или ела?
 
Да. Райса угощала водой.
Моргаю глазами, глядя на своего жениха. Понимает и сразу сообщает остальным.
— Перемещайтесь в комнату Алёны и ждите нас, мы с Закиром выдвигаемся следом, — планирует следующие действия блондин. — Там уже спокойно разберёмся.
— Поскорее, — командует Ранур, стараясь скрыть одолевающую его панику, мне же мягче добавляет. — Закрой глаза, милая, и считай до пяти.
Делаю, как попросил, а за веками уже что-то ярко вспыхивает.
— На месте, — выдыхает мой высший, когда я дохожу до цифры «два». — Сейчас Садж придёт и тебе поможет. Он самый сильный лекарь в нашем королевстве. Не переживай.
Жених склоняется надо мной, поглаживая по щеке и успокаивая. Я же поднимаю глаза и замечаю свой родной балдахин над кроватью и… пауков на нём, таких же, как были в неизвестной каморке, где меня нашли.
Только крупнее раза в два. Они тихонько копошатся, а после по нитям начинают опускаться на спину Ранура, раскрывая пасти и демонстрируя немаленькие зубы.
Да что за ужасы происходят? Откуда их столько?
Перевожу взгляд на демона, а потом ему за спину. Пытаюсь глазами показать, что сзади опасность.
Мысленно кричу, умоляя его обернуться. Спастись.
Но он словно не слышит меня и не чувствует, а продолжает размеренно поглаживать.
Паника накрывает с головой. За этого брюнета я переживаю еще сильнее, чем за себя.
Ранур!!!
Миленький, сзади!
Но нет, он словно оглох или разорвал нашу связь.
Начинаю задыхаться от ужаса и вновь на секунду ощущаю своё тело, а потом сильнейшая приторная вонь выделяется из пор моего тела, забивая нос.
Только не это!
Мамочки!
— Вот теперь понятно, — раздаётся откуда-то сбоку серьезный голос Саджа, а пауки просто тают в воздухе, словно их кто-то стирает.
— Ты о чём? — резко оборачивается к блондину мой брюнет и хмурится. — И как вы вошли, если я вас обоих не услышал?
— Прости, братишка, нам пришлось воспользоваться скрывающим амулетом и немного напугать Алёну. Другого способа, чтобы выявить дрянь, которую в неё влили, не придумали.
— Что? — оборачивается ко мне демон, ловя взгляд, и в этот момент происходит щелчок.
Словно пробка вылетает из бутылки.
Я вновь чувствую его, а он меня. Да так, что эмоции с ног сбивают, пусть и лежу неподвижно.
— Поможешь моей единственной, а потом я тебе хвост откушу, — говорит тихо и безэмоционально Ранур, прожигая Саджа карими очами и сжимая до хруста кулаки.
Я же ощущаю, какую мощь гнева он в себе сейчас удерживает, чтобы не прибить чудо-родственничков.
М-да, уверена, мальчики повеселятся.
— И тебе тоже, — достаётся и Закиру.
— Ладно, только Избранную сначала восстановим, — подмигивает мне блондин, нисколько не пугаясь, и кладёт руку на лоб. — Найдите Аю, она скоро понадобится.
  
Глава 49
 
— Так, и что было дальше? — пытает меня подруга, когда мы направляемся с ней к залу Памяти.
И это не считая братьев-близнецов, Аи и Шаны, и двух эльфов, которых Люсик приставил к Риде для охраны.
Симпатичненькая такая процессия вырисовывается, с какой стороны не посмотри. И демоны, и драконы, и эльфы, и человечки мирно-дружно топают на прогулку.
Хотя, не совсем.
Два дня назад, когда ко мне в покои, наконец-то, допустили первых посетителей, белоруска пришла вместе со своим уже официальным женихом.
Да-да, блондиночка не стала вертеть хвостом и «мучить бедного мальчика», а сразу согласилась на «любовь и переезд». Вот и выходило, что через четыре дня моя чудная подружка планировала меня покинуть, чтобы покорять Эльфийское Королевство.
Эта новость одновременно и расстроила, и порадовала. Так как за себя, остающуюся без моральной поддержки «из родного края», было грустно, но за обретенное счастье Риды тепло и радостно на душе.