Аленушка. Уж попала, так попала (СИ)

В связи с этим Зариль попросили подыграть настоящим злоумышленникам и находиться у себя, якобы под конвоем, чтобы дать настоящей злодейке поверить в собственную удачу и великолепность и заставить расслабиться, дабы совершить ошибку.
Мне обо всем этом вчера вечером поведал Ранур, забежав в гости.
У нас с ним вообще сложилась традиция — встречаться в конце трудового дня у меня в комнате, когда уже все дела переделаны, никуда не нужно спешить и никто не помешает разговору.
Прямо как семейная пара, вернувшаяся с работы, мы вместе ужинаем и позже, выпив по чашечке каде, размещаемся на диване и делимся друг с другом всем, что заметили подозрительного или узнали нового.
И сидим обязательно рядышком, Ранур меня обнимает и непременно рисует пальцем на моей ладони какие-нибудь символы или просто поглаживает.
Иногда мне даже страшно становится от того, какой зависимой я себя чувствую от него, от его настроения, от наших встреч. Как они мне нужны и важны. Правда, и мой демон-дракон говорит о том же. А еще он с каждым днём ощущает меня все лучше. Даже на большом расстоянии распознаёт эмоции, что я испытываю в конкретный момент.
А я чувствую его. Однако, всё ещё слабо. Но и это — прекрасный результат, как говорит Ранур. Обычно до образования пары, такого ни у кого не бывает вообще.
— А что? — скашивает глаза в мою сторону блондинка, выдергивая из задумчивости и мечтаний о прекрасном брюнете.
— Просто интересно, — пожимаю плечами. — Почему вы с ним раньше не виделись? Разве эльфы не приезжали, когда устраивали празднование в твою честь?
— Приезжали, конечно. Только были другие. Высокомерные и чванливые, как павлины. Честное слово, если бы у них были хвосты, они их обязательно бы распушили.
— Павлиньи хвосты у эльфов? — произношу и тут же представляю картину, нарисованную шаловливым воображением.
Потом переглядываюсь с идущей под руку подругой, и мы, не сговариваясь, начинаем смеяться.
Вот что значит: близкий по духу человечек с родины!
Как же здорово, что Ираида мне повстречалась.
— Ой, не могу, живот болит, — фыркает белоруска, обмахиваясь ладошкой. А, спустя минуту, добавляет. — В галерее мы с Люсиком встретились. Представляешь, я решила рано утром прогуляться и картины рассмотреть. А-то всё бегом и бегом. Совершенно не до искусства последнее время было. А тут проснулась и понимаю: стоит сходить. Вот прямо очень-очень. Незачем оттягивать такое прекрасное дело.
— Ага, представляю, — киваю, пряча улыбку.
Вот же лиса хитрющая.
Прознала про приехавшего кавалера и тут же стартанула на абордаж.
А в прочем, молодец, Рида!
Так и надо. Особенно с реалиями нашего прошлого мира, где либо успеваешь себе хорошего мужика отхватить вовремя, либо забираешь то, что осталось. Потому что куковать жизнь одной совсем горестно и скучно, даже поругаться не с кем и сковородкой погонять.
— Ну и вот! Эльфик тоже туда пришел, — продолжает блондинка, жестикулируя свободной рукой, — хотя, нет, влетел, как ангел.
Потому что от Хануша ноги делал. Чтобы «благословения» по заду от учителя не словить.
Добавляю про себя.
— Наверное, тоже вдохновения искал, — рассуждает Рида. — Не поверишь, он же великий художник. Особыми техниками нанесения мазков на холст владеет.
— Да ты что?
— Сама в шоке! Такой красавец, свободный, да еще и творит, как Бог.
— Уже видела?
— Что? — удивляется разоткровенничавшаяся подружка.
— Ну-у-у, творения Бога, — подталкиваю в шутку плечом девушку.
— А-а-а, не! — отмахивается рукой, как от надоедливой мухи. — Потом гляну.
— И что? Побеседовали? — уточняю с подколкой, вспоминая, как мне «прекрасный Люсик» и слова в свой монолог вставить не давал.
— Ага. Только он всё больше отмалчивался, кивал или поддакивал. И на вопросы отвечал, если спрашивала. Скромняшка.
— Мы точно про Лильеносиниэля говорим? — останавливаюсь, с удивлением рассматривая Риду.
— Конечно. А что?
— Интересненько. Очень. А вел себя как?
— Не поверишь, смотрел влюбленными глазами, словно чудо узрел. И руку несколько раз поцеловал.
 
— Да нет, верю, — киваю в сторону приближающихся к нам Ранура и Люсика.
Последний действительно ведёт себя немного странно. А точнее так, как и сказала белоруска. Глаз с девушки не сводит, словно не верит, что вот она перед ним. И улыбка безумно-довольная с лица не сходит.
— Прекрасная, — мурлыкает эльф, приближаясь, и, перехватив свободную ладошку Риды, прикладывается к ней поцелуем. — Безмерно счастлив видеть.
— И это взаимно, светлейший, — ахает в ответ белоруска.
— Пожалуй, мы вас оставим ненадолго, — хмыкает Ранур и, подмигнув мне, уводит подальше от парочки. 
Те же, уверена, нас совершенно не видят и не слышат.
* * *
— Ты готова к празднику, Алёнушка? — немного склоняет голову Ранур, заглядывая с улыбкой мне в лицо.
Когда он так близко, у нас особенно чувствуется разница по росту. Мои 167 и его 190, как минимум, это просто ого-го.
Вот сидя на диване в гостиной — совершенно не заметно, а стоя — даже очень.
— Наверное, — пожимаю плечами, смотря в самые красивые глаза на свете, взирающие на меня внимательно и с теплотой.
Замечаю, как пульсирует зрачок в темно-карей радужке. Как он постепенно вытягивается, превращаясь в ниточку. Буквально проваливаюсь в глубину, куда меня безудержно тянет магнитом.
А потом в чуть посветлевшей радужке пробегает алый огонёк. И я знаю, что сейчас рядом со мной больше демон, чем дракон.
— Наверное? — приподнимает бровь высший, совсем останавливаясь и поворачиваясь ко мне так, что кроме него я никого и ничего не замечаю.
Есть только Он.
И всё.
Ах, да, еще хитринка в глазах и спрятанная улыбка на устах, которую совсем немного выдают подрагивающие краешки губ.
— Я Ае полностью доверяю в выборе наряда. Да и вкусы у нас с ней идеально совпадают, — улыбаюсь в ответ и кладу ладошку туда, где громко бьется сердце.
Да-да, справа.
Четкий ритм постепенно овладевает мной, словно прошивает насквозь, и уже через пару мгновений кажется, что наши сердца стучат в унисон. А в душе разливается удовлетворение, теплота и нежность.
— Что сейчас чувствуешь? — тихонько спрашивает Ранур, не разрывая зрительного контакта и накрывая мою кисть своей.
— Радость, душевность, — перечисляю не торопясь, чтобы ощутить и запомнить каждую яркую нотку, — потребность, обожание?
— И это только малая часть того, что кипит во мне постоянно, — шепчет дракон, чуть касаясь губами кончика уха.
А у меня по телу уже во всю бегают мурашки, и хочется прижаться к мужчине близко-близко, обнять и никогда не отпускать… слиться душевно и навсегда, оберегать и заботиться, как о самом ценном в своей жизни. Ведь я так сильно переживаю, нуждаюсь и безумно боюсь потерять своё богатство… свою Избранную.
— Ранур? — резко поднимаю голову, вглядываясь удивленно в… любимые глаза? — Что это? Я…
— Это мои мысли. Моя жажда и потребность в тебе.
— Но как?
— Связь еще больше укрепилась, — поглаживает по щеке демон-дракон, взирая на меня, как на личное солнце. — И я этому безумно рад.
— Но я же…
— Тш-ш, не бойся. И всегда помни, что ты — моё всё. Единственная. Сокровище дракона. Жемчужина души демона. 
— А невесты? — наконец-то, успеваю оформить связную мысль.
— Мои останутся тут ненадолго, до тех пор, пока не найдем преступницу. И то только номинально в этом звании.
— А потом?
— Уедут к себе домой.
— А как же?..
— Нет других, Алёнушка, — поглаживает мои губы большим пальцем Ранур, смотря на них голодным взглядом. — Никого нет. Демоны однолюбы по природе. Забудь о том, что тебя кто-то заставит делать выбор или приведет еще кого-то в семью. Никаких вторых и прочих жен. Не волнуйся и выбрось из головы, как лишний мусор. Поняла?
— Ты чувствуешь и это?
— Сильно. Твои переживания, как осколок стекла, постоянно ворочающийся в области сердца. Колючий и неприятный. Поэтому не мучай больше ни себя, ни меня. Обещаешь?