Снегурочка для босса (СИ)
— Поэтому игра и называется «горячим мороженым»? — спрашиваю его задыхающимся шепотом. — Опасная игра… Если есть мороженое так быстро, то у тебя есть риск заболеть…
— Заболеть рядом с тобой? — на его лице вспыхивает мимолетная улыбка, полная жаркого желания и завораживающей белозубой красоты. — Нет, Ника. Ведь ты и есть мое лекарство, — он порывисто наклоняется и начинает вжиматься интенсивнее, готовясь овладеть мной по-настоящему. И лихорадочно шепчет прямо в губы: — Я забираю его себе…
Упругий сильный толчок вырывает у меня легкий вскрик.
Морозов останавливается на секунду, давая мне привыкнуть, но времени не теряет — живо просовывает между нами руку и возобновляет шокирующе умелые и бесстыдные ласки. Как будто боится, что если я вырвусь из-под власти древнего, как мир, инстинкта, то оттолкну его и потребую прекратить.
Ох, Морозов, Морозов!..
Любимый мой мужчина, раненый судьбой человек…
Вспышка острого удовольствия застает меня врасплох. Дрожу всем телом.
— Я люблю тебя, Матвей… — вырывается у меня жалобный стон. — Люблю тебя… люблю, люблю…
Чувствую, как он глубоко вздыхает. И тут же с жаром ловит мои слова глубоким жадным поцелуем. Я даже в себя прийти не успеваю после второго в моей жизни ярчайшего удовольствия, а Морозов снова бросает меня за грань невероятных ощущений.
Сладко, остро, наполненно…
И очень, очень динамично.
Наша близость напоминает мне эйфорию полета на самых длинных качелях, вот только к этому феерическому чувству добавляется сумасшедший пульсирующий жар. Он тикает внутри, как таймер грядушего взрыва…
… и он настигает меня со скоростью огненной торпеды в самое средоточие моего женского естества.
— А-ах..! — я выгибаюсь на столе туго натянутой струной, закатив глаза и цепляясь за шею Морозова.
Такое впечатление, будто на одно мгновение я вся рассыпалась на тысячи хрустальных осколков… которые расплавились и мгновенно выстроились обратно, как в фильме про терминатора из жидкого сплава.
От тишины звенит в ушах. И кажется, что наше синхронное частое дыхание слышно во всех уголках вселенной.
— И я люблю тебя, моя Снегурочка, — доносится до меня умиротворенно-низкий голос Морозова. — Хочешь верь, хочешь, не верь… но с самой первой нашей встречи в прошлом году.
Эта необычная подробность мигом вытряхивает меня из обессиленно-блаженного забытья.
— Ты серьёзно? — я распахиваю глаза, чтобы повернуть голову и уставиться на него с немым изумлением.
— Абсолютно.
— Но ведь ты меня тогда вообще не знал и сразу же забыл! А потом вообще игнорировал…
— Это уже детали и погрешности из-за травмы и раздражающего фактора в лице Павы, — он перекатывается на бок, освобождая меня от своей тяжести, и лениво подпирает голову рукой. — Когда мы встретились тем декабрьским вечером, я был поражён тобой в первые же пять минут. Наповал.
— Почему? — зачарованно шепчу я.
Его взгляд полон откровенного любования моим удивленным лицом в растаявших потеках мороженого. Но сейчас это меня почти не конфузит.
— Потому что всё в тебе — слова, выражения, тысяча мелких жестов и даже манера смотреть… робко и смело, два в одном… всё это выбило меня из равновесия сразу же. Ты была как призрак из моего прошлого. Поразительное, стопроцентное попадание в самое яблочко творческой иллюзии… — он криво усмехается в циничной насмешке над своим давним любовным триггером. — Девочка-виденье, которую я любил и которая, как оказалось, никогда не существовала в реальности… Ты вдруг появилась в парке и покорила меня всего парой фраз, даже не подозревая о своей власти надо мной. И победила меня, Ника. Я сдался сразу же, потому что за последние годы отточил свое чутье на женщин практически до совершенства. И если бы не те обстоятельства…
Он задумчиво качает головой, не договорив, и я с трепетом спрашиваю:
— То что бы ты сделал?..
— Взял бы тебя в оборот на первом же свидании. И никогда бы больше не отпустил.
Глава 43. Подружка невесты, или Кролик снова отжигает
Тот спорный январский тендер корпорация «Сэвэн» всё-таки выиграла.
Правда, накануне поздним вечером, когда я с упоением нежилась на плече у Морозова, на мой телефон поступил звонок с неизвестного номера.
В тот момент мы только что расположились на диване и собирались вместе посмотреть старый рождественский фильм на огромном экране домашнего кинотеатра. И я испытала изрядную долю досады, что не выключила доставучий девайс.
Хотела уже сбросить вызов, но Морозов вдруг глянул на экран через мою голову и стремительно перехватил руку.
— Ответь, Ника. Это номер заказчика. Надо узнать, что ему нужно перед завтрашним тендером.
Насторожившись я ткнула в зелёную кнопку, и вместо обыденного вежливого приветствия услышала:
— Вероника, извиняюсь, что звоню так поздно, но у меня мало времени. Можете ответить на один вопрос? Только честно.
— Да, — растерянно ответила я и, спохватившись, добавила: — Здравствуйте, Сергей Евгеньевич.
Его голос вдруг оживил в моей памяти нашу последнюю встречу с его сыном. И то, о чём тот меня наспех расспрашивал и предостерегал. Совсем об этом забыла за счастливой суетой последних дней.
— Вопрос этот очень важный, — медленно и сурово говорит отец Кольки. — Так что от вашего ответа, Вероника, зависит судьба тендера.
Сидящему рядом Морозову было прекрасно слышно всё, что говорит мой собеседник. И я почувствовала, как его плечо слегка напряглось под моей головой.
— Я поняла вас. Готова ответить.
— Сегодня ко мне в гости заявилась одна очень интересная девушка. И вместе с ней и моим сыном у нас состоялся занятнейший разговор. Я не сторонник ходить вокруг да около. А потому скажите-ка мне откровенно… Матвей Морозов действительно вас то ли избил, то ли изнасиловал?
Так, понятно.
Похоже, Павлина решила нанести подлый удар исподтишка в самый последний момент перед тендером. Только она явно не рассчитывала, что заказчик окажется настолько обескураживающе прямолинейным, чтобы позвонить и уточнить информацию из первоисточника.
Кстати, самое верное решение в данной ситуации. И Сергею Евгеньевичу явно не требуются те уроки, которые пришлось пройти мне, чтобы уяснить эту истину.
— Нет, — твёрдо ответила я. — У нас с Матвеем прекрасные и здоровые отношения. А та девушка, которая наговорила всю эту чушь, действует из интересов своего дяди Германа Мрачко.
— А-а. Понял, — заметно смягчился голос в трубке. — Спасибо за информацию, принял к сведению. Мрачко, значит… хм-м… а он грязно играет, однако.
— Очень грязно! — возмущённо подтвердила я.
- Буду иметь в виду. Приятного вечера, Вероника.
Когда он отключился, мы с Морозовым синхронно переглянулись и выдохнули. Он с ласковым восхищением притянул к губам мою руку и поцеловал костяшки пальцев.
— Ты настоящий талисман победы, Ника, — проговорил удовлетворенно. — Теперь тендер точно наш. Батянин будет доволен.
А в конце апреля, после нелёгкой весенней сессии в универе наконец состоялась свадьба моей лучшей подруги и её грозного жениха Волчарина.
И вот теперь я стою среди толпы нарядных гостей в платье цвета утренней зари с серебристым поясом и болеро того же оттенка. Прикидываю, есть ли еще какие-то обязанности на этот напряжённый праздничный день, которые мне надо выполнить. А то пора бы уже и расслабиться.
Как ни крути, но быть подружкой невесты на свадьбе — довольно тяжёлая обязанность. Хотя звучит она очень красиво. И это даже несмотря на очень креативного тамаду в высоком английском цилиндре, черном сюртуке и элегантной шелковой маске.
Краем глаза засекаю приближение в мою сторону высокой тёмно-серой фигуры Волчарина.
О нет, только не это!
После той угрозы, которую он мне высказал через подругу по телефону, общаться с ним нет ни малейшего желания. К тому же я жутко устала, чтобы держать на лице вежливую-приветливую гримасу, а поддержка моего Морозова сейчас не светит. Его только что утащил на какие-то важные переговоры один из высокостатусных гостей из мира шоу-бизнеса.