Снегурочка для босса (СИ)
Блин, ну почему это оказалась не какая-нибудь подсобка? Уж лучше бы со швабрами и тряпками в тепле посидела-переждала, чем тут на морозе!
Самое неприятное, что совершенно непонятно, можно ли уже вернуться в дом или нет. Потерплю еще пять минут для надежности…
Чтобы отвлечься от холода, я прогуливаюсь по снежной террасе туда-сюда. Тут очень красиво, особенно сейчас, в утренние часы с ясной погодой. Солнце хоть и не греет, но так чудесно серебрит иней на мраморных плитах пола!
С раскидистого дерева напротив дома срывается ярко-красное пятнышко и садится на перила. Это снегирь. Прыгает туда-сюда, любопытно поглядывая на меня черными глазками-бусинками, и я дружелюбно ему улыбаюсь.
— Извини, с собой ничего нет, — говорю ему тихо и подхожу к перилам, любуясь красивым оперением крошечного гостя.
Птичка-снегирëк будто понимает меня. Топорщит перья, быстро качая крошечной головой, а затем срывается в сад — клевать подмороженные ягоды рябины.
— … нет! — раздается чье-то шипение снизу, прямо под террасой, и, слегка перегнувшись, я вижу Павлину, которая спускается с парадной лестницы в своей белоснежной шубке с мобильником в руке. — У меня ничего не вышло, дядя Герман! Эта штука на него не подействовала, халтурят ваши поставщики!
Я застываю на месте, позабыв даже о холоде.
Несмотря на то, что нечто подобное я и подозревала, фактическое признание Павлины в злоумышленности шокирует меня, будто в первый раз. Нет, конечно, я уже понимаю после её недавнего ложного обвинения в мою сторону, что она самая настоящая чертовка под шкуркой невинного ангела…
Но, честное слово, подсыпать втихаря своему бывшему мужчине какую-то «штуку» с явно противоестественным возбуждающим воздействием на организм — это уже какой-то новый уровень подлости!
На несколько секунд Павлина умолкает и даже останавливается под террасой, внимательно слушая собеседника. И смысл его слов ей определенно не нравится, потому что девушка взрывается еще более яростным, но отчетливым шепотом:
— А при чем здесь я и твой дурацкий тендер на земельные участки?! Ну… не в моих это силах, дядя Герман, ты пойми! Не получится ничего… он меня вообще не подпускает! Понятно, что твоя помощь никогда не бывает безвозмездной, но у тебя какие-то совсем нереальные запросы… — снова пауза и настороженно вопрос: — В смысле… серьезно достанешь психотроп… А! Молчу, молчу.
Она снова возобновляет неспешно грациозное движение в сторону выезда. А когда охранник в будке открывает ворота, ей приходится посторониться, пропуская машину разношерстной съемочной бригады для «закулисного» шоу рок-группы.
Я разворачиваюсь и опрометью бегу с террасы в дом.
Надо срочно предупредить Морозова о грозящей ему опасности. Нельзя, чтобы у Павлины и ее зловещего «дяди Германа» получилось навредить ему. Я этого не допущу!
Пока Морозов из спальни еще не вышел, разговор с ним я прокручиваю в голове только мысленно. На душе очень муторно и неспокойно.
Если эгоистично-вредительские планы Павлины настолько серьезны, то, пожалуй, и вчерашнюю улику — ëмкость с соком из сауны, — следует сохранить. На тот случай, если Морозов решит задействовать свои связи и провести анализ его состава на опасные добавки, чтобы точно узнать, что за дрянь ему подсыпали…
Сам он наверняка еще принимает душ, так что у меня есть время проверить, успела ли Павлина подсуетиться и смыть следы своего преступления или всë-таки нет..?
Поглощенная этой мыслью, я торопливо сбегаю вниз по лестнице.
А на пролёте первого этажа неожиданно врезаюсь в плотную горячую массу… целой компании крепких мужских тел.
— И-извините! — отпрыгиваю ошеломленно.
Передо мной знакомые лица пятерых красавцев-парней из морозовской рок-группы. Озорной рыжий барабанщик Жека, темноволосые близнецы-гитаристы Дэн и Алек, роковой брюнет-клавишник Мрак и романтически сахарный блондин Фёдор.
Глава 13. Горячие парни Морозного клана
— Приветик! А ты у нас поздняя пташка, а? — улыбается рыжий Жека и кивает куда-то в район моей груди. — Утро в самом разгаре, а ты по дому в пижаме не по дресс-коду бегаешь.
— Ой… — я опускаю взгляд на свою одежду и с испугом осознаю, что действительно вышла из гостевой спальни в своей теплой зимней пижаме в светло-голубую клеточку. — Совсем забыла переодеться! — дергаюсь вверх. — Я сейчас же…
— Да забей! — с беспечной гримасой останавливает меня белокурый Федя. — Девушке нашего босса можно всë! Тем более, что пижама у тебя голубая. Сойдет. Что скажете, а..?
Он оглядывается за спины безобидно посмеивающихся Дэна и Алека. И я в смятении вижу там кругляши нацеленных на меня видеокамер съемочной бригады.
— Мы спускаемся в студию, давай с нами, — близнецы-гитаристы подхватывают меня под локти с обеих сторон, пользуясь моей растерянностью, и я машинально переставляю ноги вниз по ступенькам.
— Ребят, только разбавьте обычное бла-бла чем-нибудь новеньким, ага? — просительно бубнит позади один из операторов. — Наши рейтинги после вчерашнего материала взлетели до небес, надо поддержать этот уровень хотя бы еще пару недель..!
— Тогда только импровизация, без вариантов, — откликается вокалист Федя. — Народ! Устроим внеплановую утреннюю разминку..?
— В такую рань? — ворчит кто-то из близнецов. — Это ж вечерняя тема. Раскачаться надо.
— Ну, уж напрягись ради дела, лентяй!
Всю эту болтовню про импровизацию я не воспринимаю всерьез ровно до того момента, как близнецы дружно отрывают меня за подмышки от пола и усаживают на сиденье барабанной установки.
Отстраненно-равнодушный Мрак принимается наигрывать на своем синтезаторе спокойную фоновую мелодию — наверное, вступление к какой-то музыкальной композиции… а рыжий Жека встает рядом со мной и с заметно привычной ловкостью вертит в пальцах барабанные палочки.
Я с любопытством смотрю на Федю, который настраивает микрофон, а затем настороженно поворачиваю голову к Жеке.
— Итак… вот ты и здесь, — с лукавой улыбочкой громко заявляет он и виртуозно отбивает на барабанах короткую дробь. — Муза Золотого голоса! Ты подарила ему второе дыхание, судя по вчерашнему. Давненько Матвей не сочинял таких ванильных песен, как прошлым вечером!
— Не уверена, что дело во мне, — бормочу я.
И вдруг со смущением слышу, как Федя тут же многозначительно и певуче тянет в микрофон, словно дразнящее эхо-пересмешник:
— Она не уверена…
— Это было для меня неожиданностью, — продолжаю я, пытаясь игнорировать вокалиста, но тот мгновенно подхватывает:
— И очень растеряна…
— Может, я лучше пойду?
— Лишь ей, ей одной, сердце барда доверено… — пафосно простирает руку в мою сторону Федя, не прекращая свою то ли песню, то ли нахальную импровизацию-потешку.
— Не хочу вам мешать! — пытаюсь выбраться из барабанной установки.
И тут, к моему полнейшему изумлению, относительно спокойная атмосфера музыкальной студии вдруг стремительно перевоплощается в какое-то странное подобие живого мюзикла.
Клавишник Мрак наращивает темп своей мелодии, и к ней синхронно подключаются бас-гитары близнецов. А улыбчивый барабанщик блокирует мне выход, аккомпанируя ребятам легкими ударными.
Так и сижу на своем месте в дурацкой клетчато-голубой пижаме, растерянно хлопая глазами. Не знаю, то ли возмутиться, то ли рассмеяться.
Дурдом какой-то. Да они просто сговорились!
— Дай добро, хэй! Хэй! Хо! — задорно выкрикивает в микрофон Федя, и ребята «Морозного клана» синхронно подхватывают: — Или зло, хэй! Хэй! Хо!
А затем в очень харизматичном и неузнаваемо низком исполнении Феди начинается та самая «импровизация», на которую меня угораздило случайно попасть по недоразумению.
Боль подобна стону — Не нужна корона! Бард в тоске ядрëной — Музу хочет в жëны! Дамы и господа, Это не шутка вам, Это не ерунда, Это — шерше-ля-фам! В городе Новый Год, Бард бродит сам не свой. Прошлое жрëт его, Музой ошибся! Хой! Боль подобна стону — Не нужна корона! Бард в тоске ядрëной — Музу хочет в жëны! Что ли совсем слепой? Глянь, кто пришел в пальто! Песней встречай ее — Бард ты душой иль кто? Где?! Где музыка? Кто-нибудь врубай! У, у, у, Уйдет ведь, ну! Клан мой, выручай! Ты! Та самая Муза, эй, скажи? На-а-астоящая… Свет мой для души! Реальной музе нужен дом. Но он под Новый Год вверх дном! Сам на себя озлоблен бард. Поет, как бог, А в жилах — ад. Боль подобна стону — Не нужна корона! Бард в тоске ядрëной — Музу хочет в жëны! Ход он провëл конем, Искренне пел, легко. Жар его слов огнëм Музу согрел, хо-хо! Песня лилась рекой, Ну да мы не о том. Муза сняла пальто — Здравствуй, пижама! Хой! Где?! Где музыка? Кто-нибудь врубай! У, у, у, Уйдет ведь, ну! Клан мой, выручай! Ты! Та самая Муза, эй, скажи? На-а-астоящая… Свет мой для души! [*]