Якудза из другого мира. Том XII (СИ)

— Но для чего это нужно? — спросила Кацуми.
— Для того, чтобы показать настоящую силу, быстроту и смекалку курсантов, — ответил полковник.
— А без браслетов они разве не покажут свою силу, быстроту и смекалку? — задал вопрос Норобу.
— Отчего же, могут и показать. Однако, без дополнительного усиления в виде оммёдо будет ясно видно — какая из стран наиболее приспособлена к ведению боевых действий в трудных условиях. Конечно, вы можете отказаться, но тогда наша страна окажется снятой с соревнований, — проговорил полковник.
Мне почему-то это не понравилось. Конечно, я слышал о развитии нанороботов во всем мире, но вот чтобы так… Тут явно что-то было не то. Да ещё и такая секретность…
Полковник посмотрел на циферблат наручных часов:
— У вас две минуты на размышление. По истечении времени жду вашего решения.
После этого он отошел на несколько шагов и начал наблюдать за информационной доской, словно там показывали цветастый мультик Миядзаки. Мы же собрались кучкой для обсуждения.
— Мне это не нравится, — тут же озвучил мои мысли Норобу. — Слишком это всё неожиданно и непонятно.
— Да-да, здравствуйте, господин Таканава, — услышал я голос Окамото, разговаривающего по телефону. — Позвольте поинтересоваться — наших курсантов военной академии в аэропорту встретил господин Хамада, что это за человек? Можно ли ему доверять? Да? Да, похож. Да, светлые волосы. Да, полковник. Спасибо, господин Таканава, рад слышать ваш голос и в ближайшее время ожидаю вас в гости. Всего доброго.
После этого господин Окамото посмотрел на нас:
— Этот человек и в самом деле от Сил Самообороны Японии. Генерал Таканава лично знаком с ним.
— И бумаги у него были в полном порядке, — сказал ректор Одзава. — Я сам сначала удивился подобному раскладу, но… веяния времен приносят свои изменения. И больше чем уверен, что наши дети справятся и без оммёдо на соревнованиях.
— Я тоже уверен в своих силах, — тут же напряг руку Малыш и показал бугристый бицепс. — Я даже один стою десятка других игроков.
— Ну да, ну да, — одернула его Шакко. — Ты же воин хоть куда!
— На самом деле я бы отказался, — выразил я своё мнение. — Как и сэнсэй Норобу я считаю эту ситуацию слишком неожиданной. Нас не предупреждали о подобном.
— Во время войны может случиться много неожиданностей, — проговорил ректор задумчиво. — Если лучших курсантов решили поместить в подобные условия, тогда это означает, что и в самом деле верят в пророчество об уходе магии прочь из мира. Наложенные Доспехи Духа в самом деле лишают возможности повредить курсантам. Но вот прочее… Ребята, вы уверены в своих силах?
— В своих силах мы больше, чем уверены, — проговорил я. — Однако, эти условия… Почему они испытываются на курсантах, а не на опытных воинах?
— На самом деле должен признаться, что наши костюмы уже испытывали опытные воины. И они показали, что компания Окамото не зря коптит небо, — проговорил Сейташи Окамото. — Но тогда было разрешено оммёдо, а сейчас… Похоже, что сейчас решили совместить наблюдение за боевыми действиями в условиях полного отсутствия магии с военными играми. И да, мне тоже будет интересно понаблюдать за нашими костюмами. Мы учли все прошлые ошибки и довели костюмы если не до совершенства, то стали очень близко к нему.
— И к тому же мне звонил лично император и просил проследить за тем, чтобы наша группа курсантов не ударила в грязь лицом, — подхватил ректор Одзава.
— За моей дочерью будет смотреть лично император? — спросил Кенджи Утида.
— Да, международные военные игры будут освещаться на весь мир, — кивнул Одзава.
— Ох, а если я буду ненакрашенная? — спросила Шакко.
— Тогда мне придется сгореть со стыда, — покачал головой Малыш и приобнял невесту за плечи. — Чудачка, на тебе же будет лицевой щиток! Никто не увидит.
— Зато я буду знать, — буркнула Шакко в ответ.
— Ну что, дети, решать вам. Если вы согласны, то поднимите руки, — хмыкнул ректор Одзава.
Малыш и Шакко тут же подняли руки. Кацуми посмотрела на меня, а потом тоже подняла пальцы на уровень плеч.
 
— И всё равно мне это не нравится, — покачал я головой. — Чуйка у меня какая-то дурная…
— Да ладно, босс, мы же всех и без оммёдо сделаем! Чего нам бояться? Или ты опасаешься за Кацуми? Вон, даже она сама за себя не опасается, а ты…
Насмешливые взгляды Шакко и Малыша сыграли свою роль. Не хотелось подводить страну в такое время. Да и Окамото тоже не просто так давал нам свои костюмы — он явно рассчитывал на нашу победу. Получалось, что только мы с Норобу были против. Двое против большинства…
И если я сейчас откажусь, то Япония не будет участвовать в играх. И наша с Кацуми свадьба, как и свадьба Малыша с Шакко, которые уже были назначены на определенный день после игр, тоже могут не состояться? Или состоятся, но без того флера, который планировался? Конечно, мне это не нравилось, но я всё-таки поднял руку.
По возвращении полковника Хамада мы ответили, что согласны. Сами же и защелкнули на запястьях браслеты.
Дальше последовали прощания, путь на отдельно стоящий самолет и погрузка. Мы тронулись, оторвались от асфальта и полетели. Долго летели. Очень долго… Ещё и две пересадки за два дня сделали…
Наконец мы приземлились в аэропорту Кахулуи. Да, именно так было написано на фасаде здания.
— Ого, да мы на Гаити? Что же вы не сказали? — возмущенно проговорила Шакко. — Я бы купальник взяла…
— Он вам не понадобится, — проговорил полковник. — Перегружаемся в вертолеты и летим на место первого соревнования.
— А костюмы? — спросил я.
— Можете в вертолете переодеться, — буркнул полкан.
— Ну, там не вполне удобно, — проговорил Малыш. — Нам лучше надеть костюмы перед полетом, чтобы ничего не потерять.
— Десять минут достаточно? — спросил Хамада.
— Думаю, что и раньше управимся, — ответил я.
Управились за восемь. Дальше нас провезли автобусами до отдельно стоящей вертолетной площадки, откуда мы все вчетвером погрузились в небольшой вертолет. Винтокрылая птица после нашего проглатывания раскочегарила винты и вознеслась ввысь.
Так высоко поднялась, что погрузилась в облака. И сквозь эту пелену продолжила движение, словно скрываясь от каких-то других хищных птиц. Ещё одно похожее на нас винтокрылое создание мелькнуло чуть поодаль. Мелькнуло и пропало.
Вскоре вертолет окутал синеватый туман. Он словно заключил нас в голубую сферу, непроглядную, плотную. Я увидел сквозь синий туман летящих неподалеку соседей, далекая же Земля скрывалась в дымке.
С какой скоростью мы летели, что находилось под нами? Ветер не проходил сквозь тонкие стенки, вообще никакого потока воздуха не ощущалось. Зато этот синий туман не мешал дышать — он ничем не пах, и если бы не цвет волнистых завитков за стеклами иллюминаторов, то можно и не обращать внимания.
По внутреннему хронометру мы летели около получаса, когда под платформой из дымки возник контур черной земли. Мы начали спускаться. Защитная сфера словно лопнула и резкий ветер в отместку за то, что его не пустили во время полета на борт вертолета, разодрал синий туман в клочья, как сторожевой пес разрывает штаны на неудачливом воре. Летающая птица села аккуратно, без толчков и подергиваний.
Наш вертолет остановился на черной каменистой поверхности. Она выглядела окаменевшей ноздреватой губкой, тут и там валялись мелкие камешки. Я огляделся по сторонам. Ещё одна гора возвышалась вдалеке, словно огромный прыщ на лбу подростка, который должен вот-вот прорваться.
Каменистая площадка, где мы остановились, обрывалась с одной стороны и образовывала огромный круг внизу. С другой же стороны коричневая поверхность с черными проплешинами тихо спускалась вниз, к зеленеющему подножью. Всюду лежат обожженные валуны — как большой лошадиный навоз, как большая черная живучка. Край кратера растянулся на огромное расстояние, будто бортиком окружил арену, а в центре клокотала, бурлила и плевалась вверх алыми языками пламени жидкая кровь Земли.