Фанатка: до взлета (СИ)

Кстати, фильм выбрали вместе, а не споря друг с другом, отдавая предпочтение разным жанрам, как это мы часто делаем с Любаней. Сюжет фильма наравне с оживленными комментариями Валика захватил меня настолько, что мысли о Филатове на время покинули мою голову. Как-никак, три рок-звезды больше одной, хоть и самой яркой. Но на выходе из кинотеатра меня накрыло.
Поначалу я как бы невзначай спрашивала о Леониде, а когда напрямую предложила ему позвонить и пригласить присоединиться к нам, по взгляду Сергея поняла, что выдала себя с головой со всеми вытекающими. Но разве это преступление…?
— Надя, — серьезным тоном заявил он. — Не строй иллюзий. Ты нам вчера понравилась, сегодня скрасила нам компанию. А завтра мы разойдемся. Договорились?
Я на автомате кивнула. Только что мне красноречиво указали на мое место, причем в весьма грубой форме. От этого мгновенно стало не по себе, и на глазах навернулись нежданные слезы.
Мне на помощь пришел барабанщик, который быстро сгладил ситуацию одним вопросом:
— Хочешь, я тебе номер свой оставлю?
Номер…? Номер чего? Аккаунта в социальных сетях? Я ведь и так подписана на новости каждого из участников группы «Внедорожник» и ежедневно просматриваю их обновления. Для фанатов подобные selfie-story от первых лиц неоценимы.
— Позвонишь мне, когда будет скучно, — предложил Валик, и до меня, наконец, дошло, что именно он имеет в виду. Не переставая удивляться, я протянула барабанщику свой телефон. И сразу же пожалела об этом. Включив дисплей, Валик понимающе посмотрел на меня, а мне хотелось сквозь землю провалиться. На экранной заставке у меня стала фотография Филатова…
Никак не прокомментировав увиденное, видимо, благоразумно решив, что это не его дело, мужчина быстро записал в моем мобильнике свой номер и вернул телефон мне. Неодобряющий взгляд Сергея, направленный в сторону серебристого кирпичика в моей руке, заметили все.
А после музыканты неожиданно пригласили меня в ресторан, так сказать, в знак признательности за прогулку.
— Почему бы нет? — ответил за меня Валентин. — Ты сделала приятное нам, мы хотим ответить тем же. Считай это жестом благодарности от нас!
Узнав, что у меня есть старшая сестра, они позвали и ее — разнообразить компанию. И даже довезли до дома.
Любанька сначала не поверила и отмахнулась, назвав меня начисто помешанной на «Внедорожнике» фанаткой, у которой крыша поехала, но я совсем на нее не обиделась, понимая, что мои слова звучат в высшей степени неправдоподобно. Еще бы: рок-звезды обратили свое внимание на ничем не примечательную студентку. Сюжет для сказок о Золушке, никак не связанных с реальностью. Но когда показала сестре сделанные селфи на мой простенький телефон — та рот открыла от изумления, после чего провела допрос с пристрастием, да так, что любой следователь бы позавидовал!
Мне пришлось подробно пересказать знакомство в гримерке и сегодняшнюю прогулку.
— Ты точно ничего не придумываешь? — в который раз переспросила Люба, судорожно перебирая вещи в шкафу и решая, что ей надеть к вечеру.
В отличие от меня, Любанька ярой фанаткой «Внедорожника» никогда не была, и за их творчеством следила издали, спокойно. Но все же произвести впечатление о себе она хотела, а потому выудила из шкафа короткое черное платье, назвав его лучшим помощником всех девушек. Это платье она надевала только по особым случаям. И, кажется, встречаясь два года с Денисом, она ни разу не наряжалась так для него.
— А ты не замерзнешь? — кивнула я на погоду за окном. — Все-таки не лето.
— Так и компанию будем составлять не дворовым парням! — подмигнула сестра, рассматривая себя в зеркало.
Вечер скрасил все разочарования этого дня, ведь Леонид Александрович Филатов собственной персоной решил выбраться из гостиничного номера и составить всем компанию! Он даже пропустил меня вперед, придержав дверь ресторана. Я случайно толкнулась в его грудь и тут же в нос ударил запах его парфюма. На короткое мгновение я даже прикрыла глаза, наслаждаясь и пытаясь запомнить этот аромат. Именно так пахнет идеальный мужчина.
 
Официантка узнала солиста «Внедорожника» и попросила его о совместной фотографии, даже не взглянув в сторону других участников коллектива. Наверное, потому что именно Филатов был лицом группы, и на всех альбомах рисовался только его тщательно отредактированный образ. Итогом этой импровизированной фотосессии послужило мое с трудом скрываемое раздражение. Хотя кого я, по сути, ревную? У этого человека миллионы поклонниц, таких же, как и я, сходящих с ума от его голоса и внешности. Но, глядя на красивое лицо Леонида, на его морщинки в уголках глаз, когда он улыбался в камеру, обнимая официантку, я снова хотела, чтобы он принадлежал только мне и больше никому. Эгоистичное желание, не укрывшееся ни от кого за столом, но на тот момент меня больше ничего не интересовало. Хотелось оттолкнуть наглую девицу и заявить о своих правах на этого мужчину, а вместо этого чувствовала себя лишней на чужом празднике жизни. О каких правах может идти речь? Мы только второй день как вживую видимся, к тому же Леня не обращает на меня ровным счетом никакого внимания.
А вот Люба, в отличие от меня, времени зря не теряла и активно заигрывала с Алексеем, который оказывал ей знаки внимания в ответ. Я хорошо знала старшую сестру и спинным мозгом чувствовала, что добром этот выходящий за рамки флирт не закончится. Что может быть общего у взрослого мужчины под сорок и девушки на порядок младше его?
И тут же представила себя рядом с Леонидом, который так же держал бы меня за коленку и шептал на ушко неприличные милости, от которых я бы краснела и нравилась ему еще больше. А потом бы он прижал меня к себе и крепко поцеловал, так, что земля бы ушла из-под ног, и расстегнул пуговицы на моей блузке… К щекам прихлынула кровь, лицо тут же загорелось от развратных мыслей, и я с трудом подавила в себе разбушевавшееся воображение, рисующее совершенно ненужные картинки.
А Филатов после фотосессии с официанткой больше не принимал участия в беседе, отделываясь однословными репликами, как и вчера в гримерке. Он что, социофоб? Совершенно некомпанейский мужчина, которого в данный момент интересовали только две вещи — собственный телефон и принесенное той самой официанткой пиво. Понимая, что никто не спалит меня за неприличным разглядыванием, я стала из-подтишка наблюдать за ним. Немного приглушенный свет в зале ресторана только подчеркнул красивые черты лица, отчего они казались острыми, резкими, будто нарисованы штрихами.
— Не надо на него так откровенно пялиться, — прошептала мне на ухо Любаня.
Неужели это так заметно? Переспрашивать я не стала, ей со стороны виднее. Но ОН здесь, я за одним столом С НИМ, и это самая настоящая реальность, а не вымысел многочисленных фанфиков. Стоило протянуть руку — и я смогу к нему прикоснуться… Однозначно, я поймала за хвост синюю птицу, и она исполнила мое желание. Только вот мой единственно любимый человек равнодушен ко всему, что происходит сейчас вокруг него.
Видимо, ощущая на себе чужой взгляд, Леонид дернул плечами и поднял голову, тут же встретившись с моими испуганными глазами. Он смотрел на меня тяжело, сощурив свои яркие синие глаза, будто припечатывая меня к стулу и не давая шевелиться. Единственным показателем, что я еще жива и не сгорела от внезапно накатившегося волнения, было колотящееся в груди сердце. Леонид на меня посмотрел, а значит, не такое уж я и пустое место. Но в следующее мгновение Филатов вновь от меня отвернулся, заставляя меня подавиться собственной радостью, словно виноградной косточкой.
Чтобы немного прийти в себя, я отошла, нет — сбежала в дамскую комнату. И только после того, как окатила лицо холодной водой, постаралась прийти в себя и собраться с мыслями. Все равно перестать думать о Филатове никак не получалось. Все мои мысли и желания в этот вечер были заняты только им. И да, я прекрасно осознавала, что со мной происходит, но понятия не имела, что со всем этим делать и как справиться с неожиданно одолевшим возбуждением. Хоть мне и семнадцать лет, почти совершеннолетняя, но опыт с противоположным полом отсутствует как таковой. А еще я не знала, как остановить взволнованное воображение, рисующее наши с Леонидом обнаженные тела на большой постели, и что нужно сделать, чтобы внизу живота не было так горячо, что аж до боли. Мне очень хотелось прекратить это мучение, но волны накрывали все больше и выше. С одной стороны — это взрослый мужчина, в два с половиной раза старше меня самой, с другой — человек, которого я самозабвенно любила последние десять лет. А я даже заговорить с ним не могу от волнения и какого-то детского стеснения…