Земледельцы (СИ)

Михаил не ответил, тяжело вздохнул и, опустив взгляд, произнёс:
– На этом плюсы второго кандидата… как ни прискорбно… заканчиваются. Я поклялся вам быть объективным, поэтому заявляю: он не разбирается ни во внешней, ни во внутренней политике, ни уж тем более в глобальной экономике, одним словом, он не сможет, как его брат, самостоятельно справляться с государственными делами. Он вспыльчив, самонадеян, легко поддаётся влиянию извне…
– Ну это уж, скорее, плюс! – встрял сэр Октавиан, и мистер Вэрт в знак согласия гулко расхохотался. 
–…он обладает крайне опасной степенью решимости – упрямством, а ещё… – тут дроид, как бы прося прощения, обернулся на Лизу и Фейриса. – А ещё он думает жениться на землянке и тем самым осознанно нарушить Основной Мирный Договор. 
Изабелла знала о происхождении Лизы ещё со вчерашнего дня, но пока ещё ни разу не высказалась об этом негативно. Она ждала лишь подходящего момента, и сейчас решила, что он наступил. 
– Вам всё ясно, господа?! – нарочно смеясь, прокричала она министру внутренних дел и начальнику таможни. – Да если вы его выберете, нас наша «родня» в порошок сотрёт! Какое у нас с вами, право, глупое заседание! О чём мы вообще разговариваем, если его, эм… минутное увлечение грозит нам многолетней войной?! Нет, вы не подумайте, я не против землянок, я общалась и общаюсь с самыми просвещёнными неоатлантами своего времени… Но я чту Договор и презираю всех, кто ставит личные интересы превыше государственных! Так что думать здесь нечего. Просто поднимите свои правые руки и скажите: «Изабелла»! И мы пойдём пировать, и поднимем бокалы за досрочную коронацию Фейриса пятого, и выпьем за стабильное процветание нашей цивилизации на протяжении всего будущего века! 
Услышав про своё «минутное увлечение», младший принц счёл себя и Лизу глубоко оскорблёнными, и в сердцах в полный голос высказал всё, что думает об Изабелле и её моральных принципах. У той от неожиданности округлились глаза и отвисла челюсть, но она быстро пришла в себя и проговорила:
– Вот, что и требовалось доказать! Ну солдафон! Ну натуральный солдафон! И вы доверите такому неоатланту управление государством?! Сэр Октавиан? Мистер Вэрт? Я вообще-то к вам обращаюсь! Чего вы молчите?!
Министр внутренних дел и начальник таможни не слушали её, так как были очень заняты какими-то важными переговорами. Они громко перешёптывались и чуть ли не шипели друг на друга, в ход шла агрессивная жестикуляция. Михаил, Лиза, Фейрис, Изабелла и слуги наблюдали за ними в течение двух минут, пока те не развернулись к трибуне и хором не объявили:
– Парламент требует перерыв! 
– Перерыв! – провозгласил дроид, ударив в гонг, и все поднялись со своих мест. Каждый из них остался при своём, никак не изменившемся мнении. 
* ** 
Перерывы между первым и вторым отделениями заседания обычно длились по часу или по два, но в данном случае на это должно было уйти не более пятнадцати минут. Парламент сейчас был неполным, он состоял не из трёхсот, а всего лишь из двух неоатлантов, соответственно, и время на «разговоры в неформальной обстановке» сокращалось многократно. В былые годы члены парламента даже шутили, что не настолько важен главный зал, как внутренний дворик Парламентского дворца, потому что именно там зачастую проходила бо́льшая часть продуктивного общения. 
– А что, Октавиан, помните ли вы первый раз, когда попали сюда? – по-товарищески спросил начальник таможни, выйдя с министром в этот внутренний дворик. 
– Эх, Вэрт… прошло больше полувека, а всё как будто вчера! 
– Не напомните, что мы тогда обсуждали? 
– Конечно, это было увеличение финансирования для колоний на материке! 
– Важное дело… Не то, что сейчас – короля выбираем! – с сарказмом воскликнул начальник таможни.
– Ха-ха, да! Это же плёвое дело – возвести кого-то на престол! – поддержал его сарказм министр.
– А если по существу, Октавиан? – посерьёзнел вдруг мистер Вэрт. – Мне не дают покоя ваши слова в зале… Все ваши выводы слишком противоречивы! Я до сих пор не могу понять, кто из них, по-вашему, лучше: жена третьего или его брат? У меня такое ощущение, что вы против обоих! Давайте спрошу прямо: вы сами-то к кому склоняетесь? 
 
Этот вопрос мучал Октавиана ещё с тех пор, когда он впервые увидел Изабеллу и Фейриса вместе в тронном зале Королевского Дворца. С одной стороны, младший принц был молод и неопытен, и им было бы легко манипулировать, однако на него, полного сил профессионального солдата, организовать покушение было бы в разы сложнее, чем на его маломобильную, беременную сноху. В случае, если бы к верховной власти пришла Изабелла, ситуация изменилась бы с точностью до наоборот: никого и близко не подпускают к принятию решений, но расправиться с королевой вообще не представляет трудностей. А при более трезвом взгляде: какая разница? Через неделю-две всё равно запланирован глобальный передел вселенной, и какой монарх встретит его на троне – ни на что не повлияет. Государственный переворот случится независимо от личности правителя – это министр внутренних дел знал непременно. Получалось, можно «ткнуть пальцем в небо», «подбросить монетку»? Нет, такой расклад Октавиана тоже не устраивал. Он пока слишком плохо изучил Фейриса и Изабеллу, чтобы убедиться в их общей несостоятельности как «подавителей бунтов», поэтому он не мог быть уверен, что ни тот, ни другой не станут с ним бороться. Выходил замкнутый круг…
– Не знаю! – рассмеялся министр, так и не найдя нужных слов. – А как вы думаете?
– За такое короткое отделение я не успел даже с мыслями собраться! – сказал начальник таможни. – Хотя, если честно, то… я всё-таки поддерживаю четвёртого. 
– Вот как! – удивился министр. – И с чем же это связано?
– Понимаете, Октавиан… – начал Вэрт. – Я знаком с Изабеллой с её младенчества, а с четвёртым – всего два дня, но уже сейчас я могу заявить, что четвёртый… порядочнее…
– «Вам кто нужен – монарх или священник?» – подумал Октавиан, но не помешал Вэрту договорить.
– Изабелла видит в верховной власти лишь желанную награду, а Фейрис – тяжкое бремя… Фейрис не добивается её всеми правдами и неправдами, в отличие от неё… Я уверен, если бы у Изабеллы была возможность организовать заговор, она бы это сделала, не колеблясь… Возможно, это именно она стоит за всеми событиями на Земле! А Фейрис… он бы не дерзнул нарушать неписанные законы и плести интриги. Он… не хочет стать королём, но он понимает, что он долженимстать, чтобы спасти наш мир от смуты. Даже не имея нужных знаний, он обязательно будет стремиться к всеобщей справедливости и благу, он – альтруист, а наша «сверхобразованная» эгоистка первым делом накупит себе бриллиантов на полбюджета… Именно поэтому мы должны выбрать Фейриса. 
– Погодите-погодите! То есть, по-вашему, Изабелла – главарь заговорщиков? – обрадовался министр, поняв, что находится вне подозрения.
– Конечно! Да вы что, она даже траур не носит, какие могут быть сомнения?! Помните, вчера за обедом: «К чему мне эти чёрные тряпки? Мне сейчас нельзя волноваться и грустить!». 
Мистер Вэрт передал голос «без-пяти-минут-королевы» как можно неправдоподобнее. Это рассмешило Октавиана.
– Зря смеётесь, друг мой! – оборвал его начальник таможни. – Это действительно одно из доказательств её причастности! 
– Косвенное, не более, – огорчил Вэрта министр. – Вы не сможете доказать, что Изабелла имела контакт с землянами. Она практически не отлучалась из дворца! А если у неё были сообщники – то кто? 
Начальник таможни остановился и с подозрением уставился на своего спутника.
– Знаете, Октавиан… меня до сих пор волнуют обстоятельства вашего спасения с «Кита»… Ну какой идиот мог принять вас за королевскую особу, когда рядом стоял сам Фейрис первый?! 
– Люди действовали стремительно, у них не было времени на размышления, – попытался оправдаться министр. 
– И им даже примерно не описали того, кого они должны забрать? Чушь! В вашем спасении определённо был какой-то смысл… Оно было заранее запланировано… Может, это вы – тот самый пособник Изабеллы?!