Дневник наемника (СИ)

— Давайте не будем пока его убивать, — пророкотал большой черепах, — хотелось бы узнать ответ на мой вопрос.
— Ну ладно, — согласился я, сбив бандита с ног, — вот и разговаривай с ним, а я пойду дела доделаю.
Сказав это, я пошел к барной стойке, за которой прятался последний кобольд. Я не силен в эмоциях ящероподобных, но по-моему, при моем приближении на его морде отразился ужас. Думаю, я был не далек от правды, так как ящер попытался броситься наутек, но лезвие моего меча остановило его, пронзив насквозь.
С того места где я стоял через распахнутую дверь мне был виден кусочек улицы, его озаряли всполохи света. Похоже налетчики, с которыми мы расправились, были тут не единственными. Но пока не было понятно насколько большие неприятности обрушились на город.
После того как тушка несчастного кобольда сползла с клинка, я вернулся что бы понаблюдать за допросом в исполнении тортла. А тортл уже держал пленного налетчика за шею и, приподняв над землей, злобно рычал.
— Зачем напали? — угрожающе спросил он.
— Ради денег и всего ценного, что сможем унести, — испугано прохрипел бандит.
— Сколько вас?
— Сколько точно не знаю, много банд собралось, — отвечал бандит.
— Какие банды? — продолжал тортл.
— Мы — «Красные» и еще «Лихо Севера», остальных не знаю, — хрипел бандит.
— Ну раз не знаешь, значит ты не нужен, — с этими словами тортл сдавил шею бандита до хруста и бросил труп на пол.
После смерти последнего налетчика, внимание тортла переключилось на нас.
— Я — Вубли, — сказал он уже спокойным голосом, — а вы кто? Хотелось бы узнать имена тех с кем пришлось биться плечом к плечу.
— Я — Маркус, — ответил я.
— Ты наверно книжек не читал, иначе бы узнал всемирно известного волшебника Гицерина Бофора, — представился маг.
— Я вот книжки читал, но тебя все равно не знаю, — осадил я высокомерного колдуна.
Взгляд Вубли переместился на дварфа, последнего из нашей компании, от чего тот засмущался.
— А я чего, я простой дварф, — промямлил он, хотя по-моему, это просто алкоголь все еще мешал ему трезво оценить ситуацию.
— Его зовут Чорба, — представил я его.
Ну раз мы все познакомились, настало время посмотреть, с чем пожаловали к нам налетчики. Из их карманов мы извлекли некоторую сумму денег и два целебных зелья. Маг и дварф взяли по одному зелью, видимо любят жидкости в сосудах. Мы с Вубли поделили деньги.
Пока мы рассовывали трофеи по сумкам и карманам, снаружи раздался детский крик. Мы поспешили наружу. Столпившись у входа в таверну мы увидели с другой стороны улицы мужчину с рассеченным боком, вокруг него сгрудились трое детей. От надвигавшихся на них из переулка отряда кобольдов их прикрывала женщина с копьем и плетеным щитом.
Вубли что-то прорычал на неизвестном мне языке, но кобольды, подгоняемые выкриками со своей стороны, видимо приказами командира, бросились на горожан. Мы не успели придти им на помощь. Женщина отбивалась с яростью и не позволила тварям обойти себя и добраться до детей, но была пронзена сразу несколькими копьями врагов. Жизнь покинула ее тело и она осела на землю.
После расправы над защитницей, к отряду кобольдов присоединился их командир. Такой же кобольд как и те что мы видели, но с крыльями. Он завис в воздухе над своим отрядом и метнул в нашу черепаху камень, угодив прямо в голову. Этой выходкой он только разозлил Вубли, он подбежал к ближайшему кобольду и одним ударом секиры развалил его напополам. Чорба не отставал от него, подбежав к краю дома, он из-за угла огрел одного кобольда по морде, сломав тому нос. Гицерин метнул огонь в летучего командира и опалил его одежду, затем спрятался внутри таверны. Я воспользовался моментом и выстрелил в летуна из лука, надеясь, что смерть командира заставит ящеров отступить или хотя бы приведет в замешательство. Но все вышло наоборот, после того как я прикончил командира, кобольды озверели и бросились вперед, успев убить двоих детей прежде чем столкнулись с нашим оружием и броней. Раненый мужчина с последним ребенком успели отбежать на безопасное расстояние.
 
Когда между нами и врагами не осталось препятствий мы быстро перебили оставшихся кобольдов, несмотря на всю их ярость. Последнего гада, того которому Чорба сломал нос, Вубли оставил в живых для допроса. Я все удивлялся, как эта черепаха, круша врагов в приступе ярости, не забывает взять языка.
После боя, пнув напоследок бессознательного кобольда, Чорба отправился лечить раненого мужика. Как только его рана затянулась и вернулись силы от целебной магии, он сказал, что нам надо скорее бежать в крепость. Я обшарил тело крылатого командира, но нашел только целебное зелье. У других кобольдов обнаружились мешочки с монетами и другими вещами разной ценности, видимо уже награбили. Вубли попытался привести пленника в сознание, но тот не реагировал. Возиться с ним было некогда да и спасенный мужчина поторапливал.
Наскоро связав кобольда и закинув на плечо Вубли, мы поспешили в центр города к крепости. Город целиком погрузился в хаос, со всех сторон доносились крики нападавших или их жертв. По пути мы несколько раз отбивались от бандитов и спасли еще несколько горожан из лап налетчиков. Еще мы видели огромную тень, взобравшуюся по стене дома и умчавшуюся по крышам, но что это было мы не смогли разглядеть.
Когда мы добрались до крепости, массивные ворота уже закрывались, но стражник на стене, увидевший группу выживших людей, велел придержать ворота, что бы мы успели заскочить внутрь.
Внутри крепости выжившие жители, которых мы привели, присоединились к другим таким же бедолагам, а мы остались во дворе. К нам подошел рыжебородый дварф в доспехах в сопровождении нескольких стражников, явно командир гарнизона.
— Благодарю за спасение людей, — сказал он, осматривая нас, — вы, я вижу, за себя постоять умеете. Для вас тут найдется работка, но сначала сходите к брату Флоренсу, он залечит ваши раны.
— У нас тут пленный кобольд, — Вубли потряс связанной тушкой перед дварфом.
— Это хорошо, губернатор Найтхилл захочет допросить его, а пока пусть посидит в камере, — распорядился дварф-командир, — Эй, Ричи, забери эту ящерицу и запри в казематах.
Мы отправились в местный лазарет. По дороге осмотрели внутренности крепости, которая больше походила на склад, чем на оборонное сооружение. Похоже мирная жизнь совсем расслабила местных.
— Маркус, они же совсем не готовы к обороне, — прошипел Вубли, толкая меня в локоть.
Я пожал плечами, а что я еще мог сделать. Тем временем мы дошли до лазарета. Там жрец в мантии с символом богини Чонтеи заботился о раненых. И делал он это крайне эффективно, но без какого либо намека на эмпатию к пациентам. Суровый профессионал, таким был брат Флоренс. Быстро осмотрев нас, он сказал:
— Вы еще в хорошем состоянии, в отличие от некоторых здесь.
Но поразмыслив пару секунд, все же велел следовать за ним. В соседней комнате он достал из шкафа шесть склянок с зельем.
— Вот целебные зелья, — сказал Флоренс, — вам они могут пригодиться, но не тратьте понапрасну. Не известно когда все это закончиться.
Так же брат Флоренс наложил на меня исцеляющую магию, чтобы залечит рану от копья кобольда, которая до сих пор кровоточила, так как не было времени перевязать ее.
— С нами тут есть жрец, — кивнул Вубли на Чорбу, — он тоже может исцелять.
— Вот и отлично, — ответил Флоренс, — пусть вас и исцеляет, а зелья сохраните на крайний случай.
Дав нам таким образом понять, что здесь он и сам со всем справиться, а нам лучше бы пойти заняться чем-нибудь более полезным, он вернулся к своим пациентам. Мы распределили выданные нам склянки между собой и отправились обратно во двор.
Во дворе все тот же дварф-командир разговаривал с человеком в синем камзоле. У человека была перевязана рука, а лицо измазано в крови.
— А теперь давайте познакомимся как следует, — начал дварф, — Я командир гарнизона Гринеста Эскаберт. Это губернатор Гринеста и окрестных земель Тарбо Найтхилл, — указал он на человека в камзоле.