Мы сделаем это вдвоём (СИ)

За размышлениями я едва не проморгала тот момент, когда пригласили за стол. Меня, правда, позвали отдельно, и усадили между хозяевами – генералом и господином Асканио. Ели пироги сверху и снизу, соленья снизу и сыры сверху, и какое-то пирожное, которое испёк здешний повар Марсо, кажется – песочное тесто с начинкой и медовой помадкой, и ещё пирог с необыкновенно вкусными яблоками и корицей, его б сметаной помазать, вообще было бы необыкновенно, но и так хорошо.
Так, и ещё нужно попросить у Марсо хорошего оливкового масла, у него есть, я знаю. И сделать майонез – заправлять салаты к Рождеству. И вообще – варить холодец, запечь буженину, на горячее вроде говорили про поросёнка. И тортик, тортик постряпать какой-нибудь. Самое простое – медовый, на него всё есть. Ладно, это потом, Женя, сейчас не отвлекайся и не забывай рассказывать хозяевам, какие они тут замечательные.
Господин Асканио в зелёном с золотом камзоле был неплох, весьма неплох, но – он не сводил глаз с Дуни. Впрочем, с неё теперь много кто глаз не сводит, но – обычно упирались в ответный взгляд Алексей Кириллыча, и тушевались. А Асканио не тушевался нисколько. И наверное, заработал этим какие-то баллы, я на это даже немного надеялась. Потому что… он сноб, конечно, но в целом не так уж и плох. И уж всяко лучше любого здешнего героя, не с рыбаками же ей дальше жизнь жить? Впрочем, тоже сначала нужно спросить, а ей-то самой как. Вообще – поговорить.
Что, ещё и Марьюшке кого-нибудь подобрать? А не совсем ли ты состарилась, дорогая, что подумываешь о сводничестве?
Не знаю, до чего бы я додумалась, но полковник Трюшон выбрался из-за стола, скомандовал кому-то – и в угол потянулись здешние парни, а в углу-то лежали музыкальные инструменты! И что, будут играть?
Оказалось – ещё как будут. И полковник возник возле меня, и пригласил на что-то там, я не опознала название, и с лёгким сердцем отказалась. Женевьев не танцевала? И мне можно.
Правда, он не огорчился и позвал всех, кто хочет, и таких набралось немало. Он построил их в колонну, и объяснял, куда сейчас эта колонна пойдёт, и что будет делать – что-то там про два притопа и три прихлопа. Оказалось – бодро и весело, я прямо пожалела, что осталась за столом. Но генерал тоже сидел за столом, и по его лицу бродили отсветы огня из камина, и внезапно это лицо показалось мне… едва ли не прекрасным.
Вообще я, конечно, видела не только лицо – пока лечила его у себя. И надо сказать, что для его возраста – божечки, я ведь толком так и не знаю, сколько ему лет! – в общем, вряд ли он младше меня, и сохранился очень неплохо. Потому что маг или потому что военный, и на месте не сидит, на лавке не лежит? Или всё вместе?
В сером с серебром камзоле, с тонким кружевом жабо и драгоценной брошью в том жабо он выглядел… очень солидно. И кольца на пальцах обеих рук – наверное, ему по статусу положено? Но тоже – это вам не печатки у иных деятелей от бизнеса у меня дома. Я даже вздохнула про себя.
Музыканты заиграли что-то душевное, полковник командовал – ходить плавно, улыбаться всем, мимо кого ходите, ручку подавать важно, принимать с почтением. Я огляделась.
За столом оставались Асканио, Дуня, Алексей Кириллыч со своим Венедиктом, Федора Феоктистовна, Рогатьен и Пелагея. И генерал, но если остальные вели какой-то общий разговор, то он смотрел на танцующих – и я не могла понять, что или кого он там видел.
И тут меня всё равно что кто-то подтолкнул. Музыка располагает, света не то, чтобы очень много, все магические шары над танцующими, а у нас тут полумрак…
- Генерал, научить вас плохому? – спросила я тихонько, как заговорщица.
Он глянул с изумлением. Вот припадочная, подумал наверное.
- Вы о чём, маркиза?
- Да или нет? Если нет – мгновенно отстану и приставать больше не буду, я в целом понятливая.
Он рассмеялся…
- Хорошо, пусть будет «да».
- Отлично, выбираемся из-за стола.
Я увлекла его в ещё более тёмную часть залы и поставила перед собой.
- Я не танцор, да вы это знаете. Но… можно ведь чтобы и не танцор, правда? Руки сюда, - я положила одну его ладонь себе на талию, вторую повыше, сама легонько обхватила его за плечи. – И движемся в такт музыке.
 
- Куда… движемся? – усмехнулся он.
О, с некоторым интересом, это хорошо.
- Практически на месте. Переносим вес с ноги на ногу. Вот так, да.
Эх, сюда бы кое-какую мою любимую музыку… но я такое не сыграю. А если вдруг сыграю, то танцевать-то кто будет?
В общем, прокатило. Мы перетаптывались в такт, его руки расположились на моей спине вполне уверенно, я тоже держала его спокойно и осторожно, без хищничества. Но почему сердце-то колотится?
- И… что это такое?
- Разновидность простейшего танца, я полагаю, - усмехаюсь задорно.
Он даже немного шевелит пальцами – там, у меня на спине. Но на мне столько ткани, что шевели иль нет, толку не особо.
Или?
Впрочем, долго раздумывать не вышло, потому что музыка закончилась. Мы синхронно опустили руки… и рассмеялись.
- Это танец, который вы знаете? – поднял он бровь.
- Вроде того, да, - я чувствовала себя на удивление глупо. – Тут… нечего знать. Простите, если что не так.
- Маркиза, вы просто не умеете делать «не так», - покачал он головой. – Я даже не знаю, что предложить вам в ответ.
- Выйдем на улицу? – неуверенно проговорила я.
- Извольте. У вас есть тёплая одежда, или вам найти?
- Есть, - даже обувь, не только одежда.
Я проскользнула краем танцующего сообщества и вышла в придверный холл, где мы сложили на лавку одежду. Развязала башмачки, сунула ноги в унты, дальше снять чепец, надеть платок, и шубу. И капюшон ещё можно накинуть, сегодня никак не оттепель.
Генерал вышел – он надел плащ и шляпу. Вот холера, никак не хочет одеться тепло!
- Идёмте? – он кивнул на двери.
Открыл, придержал – и мы вышли во двор крепости. Сегодня ворота были наглухо заперты, на стенах никого не было, все сидели внутри. Мороз тут же начал щипать за щёки.
- Хотите подняться на стену?
- Хочу, - кивнула я.
Над нами поплыл яркий шар, двор был подметён, ступени лестницы – очищены от снега, и генерал подал мне руку и держал меня всё время, пока мы не оказались наверху. Впрочем, не отпустил и там.
Там я увидела внешнюю стену с зубцами и проход – человека три могут пройти в ряд, неплохо, наверное.
- Здесь невероятные звёзды, - я задрала голову наверх, капюшон тут же свалился, а я порадовалась, что не надела шапку.
Капюшон-то можно рукой придержать.
- Да, я тоже никогда таких ярких не видел, - согласился генерал. Даже в океане.
- Вы бывали?
- Доводилось.
Наверное, его можно расспросить о его путешествиях? Я бы и о звёздах расспросила, потому что ничего знакомого в этом небе не было. Как там в песне? «Я сижу и смотрю в чужое небо из чужого окна, и не вижу ни одной знакомой звезды». Песня про попаданцев, короче.
Тем временем мы дошли за ручку до площадки над воротами – довольно просторной, тут можно и десятка полтора разместить. Я подошла к краю, заглянула вниз – откуда-то оттуда шла дорога, знакомая мне дорога. И… что это там такое, внизу, у ворот?
- Генерал… Анри… смотрите, это вообще что? – спросила я придушенным шёпотом и затрясла его руку.
- Простите, где? Ох ты ж… - конец фразы он качественно проглотил, а я бы не отказалась послушать, как ругаются высокопоставленные франкийские военные.
Наши-то ругались зачётно, мне доводилось слышать. Но он мгновенно отодвинул меня за спину, достал откуда-то из недр одежды зеркало и негромко командовал – Асканио, Северину, полковнику. Я же рискнула снова глянуть внутрь.
У ворот клубилась тьма. Вот прямо клубилась, и прямо тьма. Всё время шевелилась, меняла форму и размер, не меняла только плотность – внутри клубка ничего не разглядеть. Мне стало страшно, наверное, я сильнее сжала руку, за которую цеплялась…
- Спокойнее, маркиза. Эти стены… достаточно неприступны, - он глянул на меня и снова взял мою ладонь. – Сейчас придёт Северин и проводит вас в башню.