Мы сделаем это вдвоём (СИ)

- Тогда вместе с Дуней консультантами будете.
- С Дуней? – она привычно повернула голову в привычную сторону, и обомлела. – Дуня! То-то в воздухе носится что-то этакое, что я никак понять не могу, а вон оно как!
Что же, Дарёна, выходит, не всей деревне ещё наши новости рассказала? Ну и хорошо тогда.
Ульяна села на лавку рядом с Дуней, взяла её за руку, что-то зашептала. А я глянула на Северина.
- Господин Северин сможете нас всех переправить к вам на гору?
- Я-то смогу, - кивнул мальчик, - но всех – это кого?
- Дуню с Ульянкой, - пояснила я. – они про здешнее понимают, мы вместе посмотрим. Понимаете, господа, зима – она длинная. Конечно, весна придёт непременно, только когда это ещё будет! И наша задача – дожить. Как вообще раньше выживали-то?
Сидевший неподалёку сержант по прозванию Бочка только хмыкнул.
- Как-как… как могли, - усмехнулся он. – Знаете, сколько в первые зимы умирало? Где-то в летописях форта это записано, можно прочитать. Уже при мне так обычно делали – жили в большом зале внизу да на кухне, где тепло, на улицу ни ногой, ели да спали, да пили, если было, что пить. А господин генерал нас на стражу гоняет. Но мы часто меняемся, и там, на стенах да на дороге, на месте стоять не велено, поэтому замёрзнуть не успеваем. И валенки в помощь.
Ага, валенки есть, уже хорошо. И хорошо, что есть тёплые части в этой холодной крепости. Ладно, поглядим, да?
У Ульяны прямо глаза загорелись, как у кошки, когда она поняла, что я затеяла. Дуня только усмехнулась, сказала, что готова присоединиться, но чуть позже, а сначала ей нужно заглянуть в пару домов, где больные.
- Госпожа Евдокия, может быть, вы дозволите сопровождать вас? Я тоже понимаю в больных, но в здешних болезнях от холода – недостаточно, - кротко сказал Асканио.
- Вы бы за другом своим приглядели, пока здесь никого не будет, - проворчала Дуня, и Асканио безмолвно это снёс, только поклонился.
Ничего себе, как бывает-то!
В общем, мы с Ульяной навострили лыжи на гору, и с нами Рогатьен – как человек, понимающий в магическом утеплении. Северин сначала отвёл его, а потом вернулся за нами.
- Не бойся, - тихо сказала я Ульяне. – Очень страшно, но очень быстро.
Она только вздохнула. Я, правда, зажмурилась, и во время перехода не отважилась открыть глаза и посмотреть, но второй раз уже проще, чем первый.
- Ерунда, - усмехнулась Ульяна. – Не самое страшное, что бывает на свете.
А я задумалась – там, похоже, тоже какая-то непростая история. Но это потом, а сейчас…
Мы вышли в большом зале.
- Маркиза, какой сюрприз, - к нам уже спешил полковник Трюшон. – А ну, олухи, поднимайтесь живо и приветствуйте маркизу, как подобает доблестным франкийским солдатам!
Нас приветствовали и удивлённо оглядывали Ульянку – в валенках, тулупчике и цветастом платке. Местные дамы их тут не навещают, судя по всему.
- Так, господа, давайте сразу к делу. Я хочу осмотреть покои господина генерала, вдруг там можно что-то улучшить?
- Когда вы отпустите его, госпожа маркиза? – усмехнулся полковник.
- Как ноги будут держать, так сразу же, - вернула усмешку я. – Ему никак нельзя в холод, понимаете?
- Понимаю, - вздохнул полковник. – И весьма благодарен вам и госпоже целительнице, тут мы бы его не вытащили. Я как услышал, что он под лёд провалился, так внутри всё оборвалось, среди наших, как рассказывают, ни одного случая не было, чтоб выжили потом.
О как.
- Так, наверное, не судьба была договориться внизу, чтоб помогли? Тащили наверх по холоду, и здесь потом в холоде тоже, да?
Да. На меня тут же обрушили массу информации – кто, когда и почему провалился, и как скоро после скончался. И договориться с деревенскими не догадались почему-то, и ту же Дуню попросить помочь тоже была не судьба.
- Значит, нужно как-то иначе, нет? – я обвела суровым взглядом лица вокруг меня. – Идёмте наверх.
Комната генерала, такая, гм, знакомая комната. Сегодня за окном нет метели, и отличная видимость, я прямо зависла – бескрайняя ширь завораживала. Ульяна встала рядом и тоже ахнула.
 
- Есть что-то хорошее и в этой каменюке, - вздохнула она. – Благодать-то какая!
- Холодно только, - усмехнулась я.
Даже в шерстяной юбке да кафтанчике было не жарко. И на той стене, которая наружная, вполне себе ледок местами. Особенно вокруг окна. Рама-то не двойная ни разу. Тьфу. И стены бы каменные утеплить.
- Рогатьен, скажите, почему в этом, гм, помещении нельзя сделать магическое утепление, как вы сделали у меня внизу?
Он вздохнул.
- Потому что, госпожа маркиза, в вашем доме граф Ренар предусмотрел такую возможность при строительстве. Очевидно, он хорошо понимал, куда его занесла судьба и воля его величества, и, гм, не только его величества, - паршивец выразительно посмотрел на меня.
Что ж, я ещё не дочитала до того момента, как Женевьев расправлялась с врагами и неугодными, но кажется, мне это ещё предстоит. Мне уже было интересно – кто и чем ей не угодил, кроме отца, мужа и графа де Реньяна.
- Неужели нельзя предусмотреть ничего подобного в уже готовом строении? – я понимаю, что переделывать бывает сложнее, чем делать новое, но далеко не всегда.
- Понимаете, у вас в доме есть внешняя стена, из толстых брёвен, и внутренние – из досок. А здесь – только голый камень, и всё.
- А если мы изнутри закроем всё это досками? Доски есть?
- Нужно спросить у интенданта Дрю, - поскрёб затылок Рогатьен.
- Почему они сразу-то не догадались досками внутри обшить? – изумилась Ульяна. – По-всякому теплее было бы.
- Да не привыкли.
- Можно было посмотреть, как мы внизу живём.
- Ну ты что, где ж они на вас-то будут смотреть, с горы-то, - усмехнулась я.
Господин интендант Дрю был спешно призван снизу, тоже поскрёб затылок и сказал – доски есть на чердаке. Запасали ещё на ремонт крыши, и использовали не все. Да, на то, о чём говорит госпожа маркиза, должно хватить.
- Позовите Ивашку, который Сучок, или вот ещё Егорку, соседа Женевьевы, у него тоже руки из плеч растут в этом деле, - сказала Ульяна. – Они оба с деревом запросто, подскажут и помогут.
- Если прекрасная госпожа составит нам протекцию, мы будем только рады, - поклонился интендант Дрю.
- Ладно, и что, обошьём мы стены деревом, а потом можно будет утепляться магически? – я сурово глянула на Рогатьена.
Конечно, и так станет лучше, но – нужно сделать всё, что можно.
- Я думаю, да, - важно кивнул Рогатьен.
- Вот и славно, - ответила я. – Значит, приступаем.
И если какие-то простые действия помогут что-то здесь улучшить – их следует сделать, и как можно скорее.
  
30. Считаем доски, шьём портьеры
 
Нарисовавшиеся вдруг простые действия на самом деле оказались не такими уж и простыми.
По минимальному плану я предположила – привести в жилой вид комнату генерала. По максимальному – ещё две, комнату господина Асканио и комнату полковника Трюшона, хоть последний и отмахивался – мол, как-нибудь до весны дотянем. Но я тоже умела отмахиваться, и говорила – где две, там и три. И думала про себя – неужели вы и в своей родимой Франкии живёте в холодных каменных замках?
Что в холодных – наверное, так и есть. Если в моём прошлом в Европе зимой центральное отопление считалось роскошью, то что говорить о каком-то аналоге восемнадцатого века?
Но у них же магия, так их растак! И магия позволяет улучшить жизнь, в быту в том числе! И какой холеры ради они этого не делают?
Ладно, предположим, что раньше сюда не ссылали магов, только обычных людей, которых снобы от магии зовут простецами. Но спуститься вниз и посмотреть внимательно, как там люди живут – неужели не судьба? И как жил этот их граф Ренар? Почему-то он не остался в каменной крепости, а соорудил себе внизу отличный деревянный дом, вполне подходящий. Сочетал между собой, так сказать, лучшее из обеих культур – и от местных, и от франкийцев. Дом большой и тёплый, и уютный, и вообще отличный во всех отношениях – таким он мне сейчас виделся. Я бы сама лучше не построила. И я уже прикидываю понемногу, как летом займусь вторым этажом, сделаю там себе и кабинет, и спальню. А ещё одну комнату внизу освобожу – пригодится.