Черная вдова поместья РоузХолл

Тем временем дверь в обеденный зал распахнулась. Не так сильно, как хлопал Дортас ее «сестрой» в гостиной. Но странный гость, появившийся на пороге, тоже силушки не пожалел.
Высокий широкоплечий брюнет, лет на десять старше Аделины, то есть примерно мой ровесник, был настроен решительно. Тонкие черты его лица твердили о многочисленных благородных предках. Губы – поджаты, брови сведены к переносице. В глазах – недовольство, раздражение, гнев, что-то еще, не особо радостное.
Одетый элегантно, явно обшивавшийся у дорогого портного, а значит, не местный, мужчина требовательно произнес:
– Хватит прятаться от меня, Аделина. Ты обещала, что мы поговорим и все выясним. И что же я вижу? Ты отклоняешь моих вестников. Где твоя храбрость?!
Боги, сколько пафоса. Знала бы я еще, кто передо мной. Тогда смогла бы что-то ответить. До нынешней минуты я понятия не имела, что можно отклонять нежелательных вестников. Иначе уже давно установила бы это функцию на письма от Ирасы. Но этот аристократ говорил так уверенно, что я практически не сомневалась в том, что он говорит правду.
В дневниках Аделины не было и намека на таинственного красавца, который осаждал ее письмами. Вот, кстати, еще вопрос: а кто он такой? И почему не боится дурной славы, которая тянется за Аделиной?
– Кто вы и по какому праву кричите на мою дочь?! – решила подключиться к нашему общению Ираса.
Происходившее все больше напоминало мне дурдом. Обычный такой, земной, для особо буйных. А я, видимо, в роли врача. Решаю, кому из пациентов первому вручить лекарства.
А если учесть еще и любопытных слуг, толпившихся за дверью обеденного зала, становится совсем смешно. Кстати, где Лита? Тоже подслушивает? Не удивлюсь.
Незнакомец повернулся к Ирасе, согнулся в поклоне и сообщил:
– Прошу простить мою дерзость, я совсем забыл о правилах этикета, подверженный буре чувств. Мое имя – Стивен альт Горастарский, герцог Щарсанский, и я прошу у вас руки вашей дочери.
И тишина. Прямо по классике.
 
Глава 11
 
– Стивен альт Горастарский? – Ираса отмерла быстрее меня. Сказывался опыт семейной жизни с кучей детей, когда любая минута может принести уйму сюрпризов. У меня такого опыта не имелось. И потому я все еще старалась осознать, что Аделина, та самая, настоящая, крупно меня подставила. В ее дневниках не было ни намека на типа с таким именем. – Племянник императора? Тот самый? Мне, конечно, лестно, не спорю. Моя дочь и будущая придворная дама – о таком любая мать может только мечтать. Но вам не кажется, что мы для вас не того полета птицы? Наш род всегда был провинциальным и дальше этого края не появлялся.
– Мы с вашей дочерью давно любим друг друга, ваше сиятельство. Она уверяла меня в своих письмах, что ее родственники не станут противиться нашему браку.
И оба взгляда скрестились на мне. Как мечи, право слово. Мужской требовал: «Подтверди!» Женский уточнял: «Это правда?! И ты молчала?!»
Я сделала глубокий вдох, мило улыбнулась и заверила:
– Да, матушка, мы со Стивеном действительно давно любим друг друга. Но подобный брак не входил в ваши планы, и я не знала, как правильно сообщить вам об этом.
Да-да. Это не я сволочь, это все вокруг не дают жить бедной несчастной черной вдове. То один герцог сватается, то второй. Не дом, а проходной двор. Житья от этих женихов нет.
– Со Стивеном, значит, – задумчиво произнесла Ираса, неспешно поднимаясь со своего места. Я прикусила губу изнутри, чтобы не выдать своих чувств. Опростоволосилась, считай, перед собственной матерью, продемонстрировала ей то, что следовало до свадьбы держать в тайне. По имени в этом патриархальном обществе называли или кровных родственников, или вот таких вот женихов, когда дело было практически слажено. – Ваше сиятельство, мне следует переговорить с мужем. Мы, конечно, будем рады подобному браку. Здесь нет ни малейших сомнений. Но вы понимаете, все так неожиданно… Пока же прошу меня простить. Племянница заждалась во дворе.
Сказала, повернулась и поспешила на выход. Даже не взглянула в мою сторону. И деньги оказались не нужны. Впрочем, насчет последнего я не сомневалась – Ираса еще напомнит мне об этих золотых монетах, но позже, не сейчас. Пока что ей нужно было время, чтобы все обдумать.
 
Да и мне тоже не мешало бы это время заполучить.
Увы и ах.
Я оставалась наедине с внезапным и, несомненно, дорогим гостем. И нам предстоял сложный разговор.
– Что это за игры, Аделина?! – Стивен дождался, пока будущая теща покинет усадьбу, и жестом фокусника вытащил из пустоты пачку писем, тех самых, которые пересылались вестниками. Не иначе как пространственный карман 4 использовал, магию дорогую, не каждому аристократу доступную. И раз были письма, то были и вестники, которых я нигде в усадьбе не видела. Вообще. Ни разу. – Ты сама мне писала, клялась в своих чувствах, обещала, что прекратишь ввязываться в материнские авантюры! И что теперь?! Даже в столице ходит слух, что богатый бездетный герцог Лостерский внезапно жениться собрался! А невеста у него, как ни странно, молодая красивая черная вдова, похоронившая трех мужей! Зачем ты мне лгала, Аделина?!
Милый темпераментный герцог, была бы я настоящей Аделиной, я бы вам все объяснила, и про авантюры, и про мужей, и про письма. А так… так я могу или выдумывать оправдания, или молчать.
– Не молчи, Аделина!
Ну, значит, первое.
– И я тебя рада видеть, – я постаралась улыбнуться как можно более доброжелательно. – Правда, довольно неожиданно… Стивен! Не рычи! Мне недавно двоюродный брат вынес дверь в гостиную, никак не поставят. Все сильных крестьян не найдут. Теперь ты рычишь. Что ж вы, мужчины, такие несдержанные! Да, подтверждаю, матушка предлагала мне герцога Лостерского в качестве жениха. Я отказалась. И она приехала лично, чтобы убедить меня согласиться. Мы как раз разговаривали на эту тему, когда ты влетел в дом.
О чудо – Стивен покраснел! Да неужели он способен на что-то еще, кроме ора и ругани?
– Почему ты не сказала ей о нас?!
Кому о ком? Ирасе, что ли? Может, потому что не знала ничего об авантюрах милой вдовушки?
– Вот как раз сегодня и собиралась. Мы для того и встретились с ней – надо было обговорить мое семейное положение. Да и вообще… У меня, знаешь ли, замок и два поместья. Мне еще надо заниматься этими делами. Ты в курсе, что в этом году у крестьян недород? Что надо срочно высаживать любые неприхотливые культуры, иначе люди помрут от голода зимой? А что у меня погорельцы появились? И им надо найти жилье до зимы? А что матушка снова требует золота, и много, на дальних родственниц, которых я и видела-то два-три раза за все это время? Ты считаешь, мне легко справляться с ее давлением? Я, вообще-то, слабая женщина, а не выносливый мужчина! Мне не все сразу удается!
– Не уходи от темы, Аделина!
Ну хоть не орет. Вернее, орет, но не так громко. Аделина, девушка с секретами, как мне теперь выкручиваться из того, что ты натворила?
 
Глава 12
 
– И не думала даже, – я вздохнула, весьма натурально изображая усталую землевладелицу. – Я не знала, как подойти к этому весьма щекотливому вопросу. Да, Стивен, щекотливому. Можешь не хмуриться. Матушка требует от меня одно. Ты – другое. Мне что, разорваться? Я не могу вечно выходить замуж по матушкиным приказам. Но и просто так отказать ей я тоже не имею права. Дочерняя почтительность, знаешь ли, воспитание, этикет. И прочее.
– Раньше тебя не волновали ни почтительность, ни этикет, – отрезал Стивен. – Или это тоже была игра с твоей стороны? Как и все остальное?
– Ну почему ты не слушаешь?! – вскинулась я, надеясь, что со стороны мои действия не выглядят излишне наигранно. – При чем тут игра?! Я же говорю: у меня не было возможности просто так отказать!
– Зато теперь она появилась, не правда ли? – ехидно поинтересовался Стивен. – Сейчас, когда твоя мать узнала, что у тебя есть гораздо более выгодный жених, чем старик Лостерский, я уверен, она больше не станет заставлять тебя связывать с ним свою жизнь. Не так ли, Аделина?