Ах, уехал мой любимый (СИ)

- Быстро? – сразу вошёл в ситуацию сын, свесив ноги с кроватки.
- Очень быстро, Ванечка. Иначе опоздаем в садик и на работу.
- Тогда я чистить зубы?
- Беги. Твоя одежда на стуле. Обязательно надень носки.
Выбегая одновременно с сыном из его комнаты, застряли с ним в дверном проеме. Быстро чмокнула в макушку, без слов поблагодарив за понимание и оперативность реагирования.
Ох, и достанется же кому-то идеальный муж!
Разбежались по разным углам. Я – в комнату, наспех надевая простое серой платье и чулки; Ваня в ванную комнату, откуда уже шумела вода, свидетельствующая о том, что сегодня его не нужно было заставлять умыться.
Хоть какой-то плюс у просыпания.
Когда Ваня закончил с гигиеническими процедурами, ванную заняла я. Наспех умылась, причесалась и закрепила волосы на затылке обычной заколкой. Вроде, и распущенные, но в то же время, что-то заплетено.
- Вань!
- Сейчас. Носки только надену.
- Хорошо, - вернулась в комнату и сгребла в сумочку телефон и тетради, которые вчера проверяла после ухода Козырского.
Эти выходные однозначно вымотали меня физически и морально. Не помню, чтобы я хоть раз проспала хоть что-то со студенческих времен.
- Кроссовочки, Ваня, - поставила их перед сыном, который вместе со мной вышел в прихожую. – Куртку.
- Мам, ты чего? Это же твоя куртка, - выпучил глаза сын.
- Ой, точно! Мой плащ, - вдела руки в рукава и достала с вешалки Ванину куртку, помогая ему её надеть. – Застегнем.
- Я сам!
- Конечно-конечно, - закивала согласно и нахлобучила на его макушку тонкую шапку.
Хоть и май месяц за окном, но утром еще прохладно.
- Я всё, - резюмировал сын.
- Я тоже. Идём. Вовремя никуда не придем, но и сильно не опоздаем, - вдела ноги в туфли, закрыла за собой дверь квартиры. Взяла сына за руку и вместе с ним стрелой метнулась вниз по лестнице.
Из подъезда вылетела, едва не прихватив с собой увесистую дверь в качестве сувенира.
- Побежали?
- Ты же не разрешаешь бегать, когда мы с тобой идём в садик, - скептически поднял брови Ваня, глядя на меня снизу вверх.
- Сегодня я побегу вместе с тобой.
- Ого! А ты умеешь? – еще немного и сын спросит всё ли со мной в порядке. – О, Матвей! Привет!
- Привет, старичок.
Чёрт!
Внутренне выругалась, увидев, как Козырский оторвался от разглядывания распахнутого капота своего пикапа. Закатанные рукава старого черного свитера выгодно демонстрировали его руки с проступающими через загорелую кожу тонкими венками.
Мой маленький фетиш. Но и на него у меня нет времени.
- А мы проспали, - гордо заявил Ваня, пока я пыталась увести его в сторону автобусной остановки.
- Проспали? – переспросил Матвей, обтирая руки от мазуты потрепанной временем тряпкой.
- Да. И теперь я не успею поесть кашу в садике.
- Успеешь, если мы пойдём быстрее, - потянула на себя сына, увлекая его в сторону остановки.
- А если я вас подвезу на своей машину, то ты, старичок, еще и на компот успеешь. Прыгайте.
- А можно? – Ваня уже высвободился из моей хватки, так что этот вопрос был для него чистой формальностью.
- Прыгай, конечно, - Козырский распахнул заднюю дверцу своего танка и терпеливо помог Ване взобраться в салон, подхватив на руки.
- Вау! Как здесь круто! – услышала я восхищение сына за мгновение до того, как за ним закрылась дверца.
- Мадмуазель, - улыбнулся уголками губ Матвей, открыв дверцу у переднего пассажирского кресла. – Прошу.
С сомнением посмотрела в его глаза, затем на машину, потом снова на соседа.
Опоздать везде и всюду или разок прокатиться с Козырским?
- Ладно, - выдохнула обреченно и зашагала к машине. – Но это первый и последний раз.
- Такая красивая, когда лохматая, - расплылся в довольной улыбке негодяй.
- Чего?! – вперила в него возмущенный взгляд и оказалась подхвачена за талию и посажена в пассажирское кресло.
Я заколку на макушку для чего лепила?!
  
Глава 21
 
У ворот садика черный танк Козырского остановился со свистом колёс. Не знаю, какой идиот вручил ему права и за какие заслуги, но чем больше мы ехали, тем чаще я приходила к выводу, что заветную карточку со своей фотографией он получил только за то, что смог отличить треугольный дорожный знак от круглого лица инструктора по вождению.
 
- Приехали? – спросил Матвей, отпустив рычаг переключения передач и повернувшись ко мне вполоборота. – Или нужно заехать на территорию?
- Ничего больше не нужно! – смахнула волосы с лица и трясущимися руками отстегнула ремень безопасности. – Кто так, вообще, водит? Ты нас сразу на тот свет хотел подвезти?
- Ты же сказала, что вы опаздываете. Вот я и мчал.
- Кошмар, - ворчала себе под нос. Повернулась в сыну, которому, судя по широкой улыбке, понравилось абсолютно всё в этой поездке. Даже ремень, почти перекрывающий ему лицу, его нисколечко не смущал. – Ваня, отстегивай ремень и пора идти.
- Хорошо, мам, - ловкими пальчики нажал кнопку и проследил за тем, как плотная ткань исчезла в своем гнезде.
- Идём, - открыла дверцу и зависла, пытаясь прикинуть последствия прыжка с высокой подножки. В голове промелькнул вопрос: если я сейчас прыгну, то каблуки войдут в асфальт или мне в пятки?
- Я помогу, - с улыбкой в голосе проговорил Козырский за моей спиной и покинул салон машины. Обошёл со стороны капота и потянул наглые ручонки к моей талии. – Иди ко мне.
- Можно делать такие приглашения без этой особой интонации? – ворчала я старой бабкой, цепляясь за его широкие плечи, пока он вытаскивал меня из салона и ставил рядом с собой на потрескавшийся асфальт.
- А что я такого сказал? – вскинул он лохматые брови. – Просто позвал тебя к себе.
Ага, просто! Всё-то у него просто!
- Может, отпустишь меня? Люди начинают пялиться, - ненавязчиво попыталась смахнуть его руки со своей талии.
- И что? Очередная семья привезла ребенка в садик. Тут таких, наверняка, полно.
- Не идеализируй, Козырский. Мы не в рекламе майонеза, - всё-таки, избавилась от его горячих рук и открыла заднюю дверцу, где Ваня уже был готов спрыгнуть с подножки. – Ваня, здесь высоко.
- Тогда ловите! – почти с боевым кличем сказал сынок, и я опешила, выронив сумку, чтобы было чем его ловить.
Но вместо того, чтобы прыгать в мои распахнутые объятия, Ваня прыгнул прямо в руки Козырскому, который ловко его подхватил и даже еще подкинул над своей головой, вызвав звонкий смех сына.
Что ж… Со стороны выглядит даже круче рекламы майонеза.
Матвей, к счастью, поймал Ваню и аккуратно поставил рядом со мной, не забыв стукнутся на прощание кулаком о детский, протянутый ему кулачок.
- До встречи, старичок, - подмигнул ему мужчина.
- А вечером ты тоже меня покатаешь?
- Если мама разрешит, - свалил на меня всю ответственность Козырский.
Сощурила на него глаза, но предпочла промолчать. Потом выскажусь.
- Ну, всё, идём, Ванюш, - торопливо взяла сына за руку, заметив, как на нас пялилась «тётя лошадь», которая любила встречать всех припозднившихся родителей и их детей у ворот садика. Так ей было удобнее источать укоризну, когда к ней, сбивая ноги и запинаясь, бежали воспитанники.
- Здравствуйте! – первым с ней поздоровался Ваня.
- Здравствуй, - ответила она, скользнув небрежным взглядом по его макушке и снова вернула внимание Козырскому и его машине за нашими спинами. – Опаздываете, Анна Витальевна.
Таким голосом стоит выносить смертные приговоры, а не встречать детишек в садике.
- Да, простите. Будильник не сработал, - ответила ей, желая как можно скорее обойти ее стороной и сдать сына в руки милейших воспитателей.
- Ну, да, - хмыкнула она, продолжая пялиться на черный танк, нас привезший. – Будильник…
Оставила ее шпильку без внимания. Молча завела сына в группу, помогла переодеться, проследила за тем, как он вбежал в игровую и сразу влился в какую-ту местную движуху. Почти бегом выскочила в весеннюю прохладу и ждущему меня у своей машины Козырскому.