Волчья дикость (СИ)
А потом внезапно все огни погасли, лампочки треснули одна за другой, осталась лишь одна у самой двери. По стенам с тихим, но жутким шуршанием черной паутиной поползли тени
Но Габриэль ничего не видел, по спине текла теплая кровь, капая на пол, и его тошнило от боли. Внезапно он почувствовал, как кто-то или что-то начало выдирать из него крылья с мясом. Он не мог кричать, словно онемел, не мог сопротивляться, потому что все его тело опутала вязкая паутина, обездвижила, сковала параличом конечности. Темнота поглотила его сознание почти мгновенно, и окровавленный Габриэль рухнул на пол, вырванные крылья с тихим шелестом опустились рядом. Тени постепенно растворились в сумраке.
Парень уже не видел, как девушка склонилась над ним, приложила пальцы к его шее, прощупывая пульс.
— Дьвол…что за дрянь происходит здесь? Падший Ангел! Твою мать! Это я его…дьявол…чертов девственник, мог и предупредить…вот гадство…
Девушка осмотрелась по сторонам. Потом выскочила в коридор и крикнула в темноту:
— Артем, где ты? Иди сюда, немедленно.
Бармен появился через несколько секунд, увидев парня в луже крови, он отшатнулся и посмотрел на девушку.
— Госпожа, как…он…
— Живой, мать его, он живой. Вот дерьмо! Ты это видел? — она показала на крылья, а потом снова прикоснулась руками к пульсу на шее бесчувственного парня.
— Он истечет кровью, если ты не пошевелишься. Неси его ко мне в машину и убери здесь. Будешь болтать — я вырву тебе язык и сожгу твою гребаную дыру дотла, понял?
Несмотря на худощавое телосложение, Артем с легкостью подхватил Габриэля подмышки и перекинул через плечо. Бармен и девушка уже через несколько секунд оказались возле красивого красного кабриолета. Артем осторожно положил парня на переднее сидение.
— А, может, мы избавимся от него?
— От следов избавься, пока ищейки не пронюхали. Все, давай, вали отсюда и забудь. Я сама с этим разберусь.
Артем все еще не торопился уходить, а потом шепотом сказал:
— Они придут за ним. Очень скоро. У Падшего нет шансов. Демоны заберут его. Лучше бросить его у свалки.
Девушка усмехнулась, и в полумраке блеснули острые, как бритва, клыки. Глаза вампирши полыхнули красным. Артем вздрогнул.
— Это мы еще посмотрим. Пусть попробуют забрать.
* * *— Так я стал Падшим…Она взяла меня. Она создала меня, и она единственная женщина, которую я когда-либо любил.
— Если кто-то пронюхает про деустал то начнется война и камень будет в опасности, а значит не воскреснет никто!
— Я рискну! Оно того стоит!
— Велес помогает тебе, да? Это он заблокировал все дороги в лесу, это он сбил со следа горных?
— Велес хочет вернуть мать! Зарина хочет вернуть мать! Мы все этого хотим! И Влад больше не будет решать за нас. У нас будет свой камень!
— Или вы лишитесь жизни!
— Я встречусь с Императором и выдвину ему свои требования. Если не отдаст камень, то я вначале убью его сестру!
Фэй с недоверием посмотрела на Габриэля.
— Я наполовину демон! Так что не думай, что я не смогу!
— Я не думаю… Ты видел сестру Вахида?
— Нет! И мне незачем ее видеть! Я просто отдам приказ, чтоб ей вырезали сердце хрустальным кинжалом.
— Ей больше трехсот лет, но она выглядит как ребенок. Ее тело — это тело ребенка инвалида. Разум, запертый в кандалы плоти. Я знаю, что это такое. Когда-то я была так же скована в облике девочки-ребенка.
— Мне плевать на нее!
— А младенца ты видел? Ему всего два месяца. Он крошечный…
— Замолчи! Никто пока не причиняет им вред! Они содержатся в роскоши, им комфортно, их кормят.
— Айше горная волчица — чем кормят ее?
— Я решаю этот вопрос!
Фэй рассмеялась.
— Его не надо решать. Она не охотится. Она особенная и не может обращаться. Ты даже этого не знал.
— Даже если я буду знать о них все. Ничего не изменится.
— Я хочу поговорить с пленницами. Можно?
— Зачем?
— Не доверяешь мне?
Падший откинулся на спинку кресла и затянулся сигаретой.
— Доверяю. Ты не станешь мне мешать.
— Помогать тоже не стану. И… Нейтралы уже знают о твоей выходке.
Габриэль побледнел и подался вперед.
— И что?
— Пока ничего. Морт еще не принял решение. Он ждет реакции Вахида.
Глава 19.1
Фэй пока шла думала о том, что именно показала Нику. Что именно открыла ему из их прошлого и какую тайну подняла наружу, то, что скрывала долгое время, годами от всех. То, что стало причиной смерти Лины. И то почему она теперь должна Королю это воскрешение, которое дорогого будет стоить для них.
Нейтрал дал свое согласие. Но они оба хотели увидеть аксагола…увидеть вживую ту, что могла дать вечную жизнь и регенерацию оборотню. Избранная и истинная. Осознает ли Вахид какое сокровище имеет…До вампиров дошли слухи, что бывшая фаворитка лишилась привилегий и теперь она снова в рабстве, не имеет право голоса. Кажется, она изменила своему императору.
Фэй закрыла глаза, вспоминая те картинки, которые показала Нику. Показала так, будто он это видел собственными глазами.
* * *Фэй осталась с Марианной, которая не знала о страшном известии. Ник не хотел думать о том, что будет с его девочкой, когда ей сообщат о смерти Лины. Смерть. Сколько раз он слышал это слово за долгие годы своей вечности, и лишь дважды он его боялся. Сейчас настал третий раз, смерть коснулась их снова черными липкими щупальцами, коснулась всех. Ник посмотрел в зеркало дальнего обзора. Крис не двигалась, застыла как каменное изваяние и вцепилась в руку Габриэля. Хотя бы за нее можно быть спокойным. Вольский будет рядом. Соберет ее по кусочкам, если понадобится. Марианна пока что в неведении. Как долго? Несколько часов у них есть. Больше всего беспокоил Влад. На него было страшно смотреть. Нет, он не бился в истерике, не нервничал, он выглядел слишком спокойным. Это и настораживало больше всего. Они затормозили возле нескольких полицейских машин, территорию склепа оцепили и оградили желтыми лентами. Еще никого не допускали: ни журналистов, ни человеческих полицейских. У Серафима все под контролем. Вначале королевская семья должна дать согласие на огласку, и только потом здесь начнется привычная процедура расследования, допустят репортеров и журналистов. Влад первым вышел из автомобиля. Серафим шел ему навстречу.
Но Влад прошел мимо, Ник последовал за ним, обернулся к Габриэлю и кивнул в сторону Крис. Пусть придержит ее. Потом впустит. Не сейчас. Они отодвинули каменную дверь склепа и вошли внутрь. Тут же замерли — повсюду свечи. Влад пошел вперед. Ник уже видел два тела. Мертвая Лина лежала прямо на могильной плите, ее глаза были широко распахнуты, на лице застыло странное выражение умиротворения. Словно она, в момент смерти, испытала невероятное облегчение. Тело Марго лежало неподалеку, на боку, в луже черной крови. Ник стал позади Влада и положил руку ему на плечо. Прошло несколько минут. Оба молчали. Ник судорожно глотнул воздух. Ему стало страшно. Невероятное чувство дикой пустоты. Когда-то Лина значила для него очень много. Несмотря на то, что его любовь к ней переросла в братскую, он помнил о своих чувствах. Она была дорога ему. Слезы застряли в горле. Он не имел права сейчас плакать, рядом с Владом, которому больнее в тысячу раз. Ник сильнее сжал плечо брата.
— Оставь меня с ней ненадолго, — голос короля скорее напоминал тихий шелест. Ник кивнул сам себе. На негнущихся ногах вышел из склепа, и ему тут же захотелось зажать уши руками.
— Пусти меня! Пусти меня к ней, Габриэль…сейчас, я хочу…пусти…
Крис билась в руках мужа, а тот упрямо сжимал ее в объятиях и не давал вырваться, по его щекам текли слезы. Ник видел, что сам Габриэль едва держится. Ник пришел ему на помощь, привлек Кристину к себе.