Неподъемная ноша. Книга вторая. Часть вторая (СИ)
— Да. Хорошо. Ну, тут вот у нас ещё такое дело… нет верховых лошадей и такого снаряжение — замялся несколько Титов.
— Какое такое снаряжение? — удивляюсь я чему-то новому, о чём я и не подозревал.
— Да слава о вас по городу уже идёт. Уж очень вы много разных и необычных вещей заказываете у мастеров и купцов. Вот многие сейчас и строятся… хотят массово выпускать — как-то неопределенно отвечает он.
— Хо-ро-шо. Ваше снаряжение за мной, но с вычетом из трофеев. Но и к вам, Владимир Павлович, у меня буде срочное дело. Вы знакомы с наручниками на замке? — а вот слухи это плохо. Только их мне и не хватает до полного счастья.
(Некой светлой голове предположительно из компании Hiatt, которая уже работала с 1780 года, удалось придумать наручники со встроенным замком. Кстати, тогда наручники назывались «Darby», в переводе — «ручные кандалы». Пружина позволяла стопору автоматически заблокировать дужку наручников. Этот принцип применяется также в защелках дверных замков — дверь может сама защелкнуться, но чтобы открыть ее — понадобится ключ или нажатие на ручку. — Истор. Справка)
— Слышать слышал, но видеть не приходилось. У нас по старинке, с кандалами. Да так и надёжнее — вздыхает он.
— Может и надёжнее, но неудобно и не быстро, что самое главное. Дайте лист бумаги, я нарисую. А ваша задача, за три дня заставить мастеров сделать десять штук бронзовых наручников с ключами — с этими словами рисую современные наручники. И ничего там такого сложного и нет. — Могут и свои ключи, и замки придумать, только чтобы надёжно. И кожаные чехлы к ним, чтобы на пояс можно одевать. Это мастерам за срочность и качество — закончив рисовать, достаю из бумажника сто рублей и ложу перед Титовым.
— М-да. Теперь я многих мастеров понимаю — смотрит он на деньги и вздыхает…
Мы прощаемся, а я направляюсь к Добрынину. После доклада захожу в кабинет, где кроме хозяина находится ещё один человек.
— А вот и Дмитрий Иванович. Как говорят, на ловца и зверь бежит — улыбается Николай Николаевич. — Знакомься Иван Денисович Сушкин, наш будущий градоначальник.
Глава — 5
Сушкин Иван Денисович был уже довольно пожилой дядька, лет за шестьдесят. Да что там дядька, дед с «уставшими» глазами и хмурым взглядом. Глубокая серия морщинок около глаз. Короткие поредевшие волосы, зачёсанные и уложенные назад, по местной моде. Не принятая здесь слишком короткая прическа, как и у меня, отметил я. И не характерные тут и подстриженные усы и борода клинышком, типа ай-ля Арамис. Явно европейское влияние.
Сушкины, одни из богатейших людей Тулы. Они торговали в гигантских масштабах мёдом и его производным. Имели в Туле воскобельный завод, кожевенные мастерские и несколько лавок. Основная же деятельность торгового дома братьев Сушкиных была в Санкт-Петербурге, они имели постоянного представителя на знаменитой бирже на Стрелке Васильевского острова. Сушкины якшались со старообрядцами и постоянно возили деньги в Грецию на Святую Гору Афон в Афонский монастырь. Монастырская обитель «Крумица» строилась и содержалась на их деньги.
Вот этим-то Сушкины мне больше всего и не нравились. До этого я с ними дел как-то не имел. Эксплуатировать свой народ, выдавливая из него все соки, чтобы содержать чужой? Ну, хочешь что-нибудь сделать хорошего, так построй это в России. Нет им же за границей всё «мёдом» намазанное, а у нас им сиро и убого. Козлы.
Внимание таких финансовых монстров с прямым выходом за границу, мне совсем не нравиться. Рано ещё это для Тулы. Я ещё не успел «запустить маховик» на нормальную работу местных промышленников и мастеров. Они просто не выдержат конкуренции. Причём их давить будут на всех фронтах, а учитывая продажность Нессельроде и К*, то возможно и прямые запреты на производство. Да и всяких теперь шпионов и агентов жди, и разные пакости от них тоже. Чёрт возьми. Надо срочно ставить забор и нанимать дополнительную охрану, когда я уеду.
Спросили меня, где я столько времени был и что делал? Что я видел? Я ответил, что навещал отца. Рассказал, что посещал с ним МРУЗ в Москве, и какие там производятся работы. Заинтересовал отоплением. Ну и так далее…
Наконец перешли к деловым разговорам о Туле. Что удивительно, то Добрынин начал воспринимать меня очень серьёзно. Похоже, в техническом плане я приобрёл у него некий авторитет.
— Ваше предложение прорыть канал до Оби сейчас изучается в столице на состоятельность. Нам передали, что вопрос вроде бы должен решиться положительно. Вот только есть ряд условий… — начал после всего Добрынин и обмена другими новостями.
— И без подарков там тоже не обойтись… а то и прямыми взятками — дополнил, вздыхая Сушкин.
— Вот мы сейчас и обсуждаем все будущее дела и в частности мост через Упу. Старый мост возле кремля может и не выдержать. Будет ли больший уровень воды или ледоход, сломает. Решаем, стоит ли его разобрать, подновить и перенести к деревне Упская Гать. А то там постоянно проблемы с плотами и несчастными случаями.
Ах, же ты, Добрынин, хитрец. Он уже давно понял мою манеру вести дела. Нет, надо менять, а то я слишком становлюсь для него предсказуем. А раз стал затрагивать такой вопрос, значит, планирует вернуться градоначальником или кого-то из своей семьи поставить. Это есть гуд. Ну а с переправой около деревни надо действительно что-то решать. А то там постоянно куча утопленников каждый год будоражит общественность города… и лишние волнения народных масс.
— Так же нам надо отремонтировать дорогу с Москвы и подвести к мосту и центральным улицам — дополнил Сушкин.
Э… ого, у них планы. С учётом того, что Добрынины имеют бизнес в строительстве… а теперь туда хотят влезть и Сушкины. Они решили неплохо поиметь с горожан. Нигде нет так воровства и наживы, как в строительстве, ни тогда, ни сейчас. Ну, подождите, сейчас я вам устрою. С горожан вы столько денег не стрясёте, у них их просто столько нет. Ну, будем надеяться что пока.
— Насчёт дороги я полностью с вами обоими согласен. Я уже Грязьеву объяснял насчёт дорожной плитки Древнего Рима. Но думаю ему при таком начале строительстве в Туле сейчас не до неё, с кирпичами бы разобрался. Ну и надо новый цементный заводик построить. Цемента надо будет много, чтобы не возить хороший из далека… — и смотрю пристально на них.
— Я думаю, этим Иван Денисович займётся — сразу «съехал» с этой темы Добрынин.
— А вот мост предлагаю сделать подъёмный по центру, на всякий случай, как в Санкт-Петербурге. Можно лист бумаги — получаю лист. Вычерчиваю схему чуть выпуклого вверх по центру моста. С поднятием пролета посередине и с большими «быками» по берегу. Черчу вид сверху, где будет не только проезжая часть для телег и карет, но и большая пешеходная.
— Ну а тут с «быков» будет идти цепи для поднятия пролета, поэтому их надо строить крепкие и… красивые — фантазия с меня так и прёт.
— Что вы, что вы — замахал рукой Сушкин. — Откуда у города такие деньги. Да его в столице пять лет как поставили.
— А почему только у города и чем мы хуже? Предлагаю сделать план с чертежом и выставить на всеобщее обозрение. Я обязуюсь профинансировать строительство одного «быка» без подъёмного механизма. Вы с Николаем Николаевичем возьмёте один «бык» на двоих с подъёмным механизмом. Другие купцы в стороне тоже не останутся, особенно если сделаем именные таблички на «быках» и мосту.
— Разрешите посмотреть вашу писчую ручку — пытается меня сбить с темы Добрынин. Вижу, что они уже не рады такому повороту дела. — Какая хорошая вещь. Где вы такое чудо приобрели? Заграничное?
— А вот и нет. Отец в Санкт-Петербурге выпускать начал и мне две подарил. Одну я, правда, Федосееву презентовал за дело. Больше, к сожалению нет — развожу руками.
— Да. Жаль, жаль. Я бы от такой тоже бы не отказался — Добрынин и хитро смотрит на меня.