В плену золотого дракона. Призванная родить (СИ)

И поэтому стал таким бесчувственным.
— Значит, он не просто монстр? — вырывается у меня.
— Он и монстр, и жертва, — отвечает Гарха, указывая на ковшик, плавающий среди лепестко
  
Глава 17
 
Разрушенные печати
 
Я привожу себя в порядок, впервые думая об Андаре без злости или отвращения. Сегодня хозяин не посещает гарем, и я не слишком расстроена — понимаю, в каком состоянии был дракон вчера. Наверное, ему нужно отоспаться. Хотя мне немного грустно, зато теперь есть время посмотреть, что происходит в гареме.
  
Мы с девушками спокойно принимаем пищу, а в перерывах между этим учимся искусству танца и массажа. Вечером я отправляюсь спать. Оставаться в комнате всё ещё страшно, но я напоминаю себе: Зара была единственным проявлением тьмы во дворце. Беспокоиться не о чем.
Натягиваю одеяло, но уснуть нею получается не сразу. Ночью мне снится Андар перед алтарём, на котором лежит светловолосая девушка с большим животом. Её конечности скованы цепями, изо рта течёт чёрная пена, глаза затянуты тьмой.
Андар становится на колени, целует её руку и произносит с болью:
— Любимая, я сделал всё. Настало время отпустить тебя.
Он поднимается и обращается к чему-то, что витает под потолком склепа — я вижу сейчас лишь то как тени мечутся над алтарём, словно обезумевшие птицы.
— Я не отдам тебе ни её, ни дочь! — восклицает Андар, рассекая себе руку ножом. — Ты примешь мою кровь!
Дракон склоняется над женщиной и вонзает клинок ей в сердце.
— Теперь ты свободна, любимая, — звучит под сводами.
Но ее тело не хочет отпускать тьму. Оно выгибается в судорогах, рот искажается, обнажая огромные клыки. Пальцы скручиваются, длинные когти впиваются в бок Андара. Он стонет от боли, но продолжает держать клинок.
— Ты будешь свободна, — шепчет дракон.
Последняя судорога — и тело обмякает. Черты женщины разглаживаются. Элория была красива, словно роза, осквернённая тьмой. Андар падает на её грудь, обессиленный.
— Ты не отдал их добровольно, — звучит над ним хор приглушённых голосов. — Теперь будешь терять жизнь по капле, пока не станешь нашим.
Я вздрагиваю на кровати. Изо рта идёт пар. За окном колышутся зелёные ветки, а в комнате — будто зима. Прикладываю ладонь к стене: она покрыта инеем! Отодвигаюсь, согревая руки дыханием. Боже, что происходит?
В этот момент издалека доносится стон. Голос знакомый — Андар! Он рядом? Ему больно? Вспоминаю его вчерашнюю рану. Зачем он вышел из своих покоев? Неужели тьма вернулась во дворец?
Бросаюсь к двери — она поддаётся! Босые ноги шлёпают по холодному камню. «Нужен факел!» — мелькает мысль. Вчера ведь огонь победил тьму. Вырываю первый попавшийся из кронштейна.
Повороты, коридоры… Стоны ведут к месту, где я недавно убиралась — к колодцу с именем Андара. Сердце замирает: у источника склонилась знакомая фигура.
— Брось! — глухо раздаётся в темноте.
— Что именно? — не решаюсь подойт ближе.
— Факел. Он тебе не поможет. — В голосе Андара неожиданная мягкость. — Подойди сюда.
Вставляю факел в трещину между камнями и осторожно приближаюсь. Руки дракона напряжены.
— Ты всегда появляешься не вовремя? — язвит он.
— А ты… всегда приходишь сюда, когда тебе больно? — стою в двух шагах, сдерживая порыв взять его за руку.
Андар запрокидывает голову и смеётся. Золотые волосы рассыпаются по плечам. Кажется, он пытается скрыть слабость. Вдруг его тело сводит судорогой — на руках проступают чёрные разводы. Я отступаю.
— Не бойся, я контролирую это, — сквозь зубы говорит дракон. — Тьма не проникнет в мой дом.
— Как… она поразила Элорию?
Андар роняет голову, переживая приступ боли. Когда он снова начинает говорить,его голос хриплый:
— Она была целительницей. Жрицей этого источника. — Пальцы впиваются в камень. — В день, когда она понесла, тьма проникла в нее через её страх потерять ребёнка. Ей не простили бы пустой связи с золотым драконом.
Он поворачивается ко мне:
— Она придавала слишком много значения титулу моей избранницы.
— Зря я затеял тот отбор… — его рука сжимает бортик.
— Невест?
Кивок.
— Она не верила, что люблю её просто за то, что она есть, а не за метку истинности.
— Чем всё кончилось? — шепчу.
— Я предложил тьме себя, а Элория переродилась вместе с дочерью. Это… — он указывает на воду, — её магический источник. До тебя он был осквернён.
Делаю шаг назад. Наши взгляды встречаются.
— Значит, тебе тоже можно помочь? — спрашиваю шёпотом.
— Зачав ребёнка, — криво ухмыляется дракон.
Вдруг в коридоре раздаётся шорох. Мы оборачиваемся одновременно — те же тени из моего видения! Из горла вырывается крик.
Андар закрывает меня собой. Холодное дыхание тьмы обжигает даже за его спиной.
— Освободись от боли, — шипят тени. — Просто отдай девчонку.
Девчонку? Это про меня⁈
— Прочь! — Андар бросается вперёд. Его плечи вспыхивают золотым, будто вот-вот раскроются крылья.
Тени отступают. Дракон пошатывается, и я инстинктивно прикасаюсь к его спине. Наши силы сливаются — мой свет и его сияние. Андар перестаёт шататься и поворачивается с удивлением. Я отступаю, прикусывая губу. Кажется, я только что… помогла ему.
  
Глава 18
 
Искра
 
— Тебе пора, — Андар первым прерывает молчание.
Киваю. Что ещё остаётся? Стоять и смотреть, надеясь узнать что-то важное? Дракон поворачивается к галереям, жестом подзывая меня. Его взгляд падает на мои босые ноги. Андар слегка приподнимает веки и накидывает мне на плечи свою лёгкую жилетку.
Доходим до комнаты. Ощущение странное — будто меня провожают после свидания. Но когда дверь захлопывается, иллюзия рассеивается: я всё ещё пленница с неясной судьбой, запертая в опасном дворце.
Утро наступает раньше, чем хотелось бы. На этот раз меня будит не солнце, а Гарха, бесцеремонно распахивающая дверь. Подскакиваю на кровати, осознавая, что выгляжу не как примерная обитательница гарема: растрёпанные волосы, измятое платье. Должно быть, здесь строго следят за внешним видом. Уже готовлюсь к гневной тираде, когда гномиха огорошивает:
— Хозяин хочет, чтобы ты пришла на тренировку!
— Что? — сбрасываю ноги с кровати.
Гарха молча кладёт на постель стопку одежды.
— Приведи себя в порядок и иди в оружейный зал.
Разглядываю вещи — ни одного намёка на гаремный наряд. Плотные кожаные штаны, грубая льняная рубашка, жилет, больше подходящий путешественнику.
— Я что, теперь его солдат? — удивляюсь.
— Хуже, — усмехается Гарха. — Ты его последняя надежда.
В зал меня сопровождает стражник, а не скромная служанка. Останавливаюсь на пороге. Помещение напоминает купол с круглым окном на вершине, откуда льётся солнечный свет. Вижу мелькающих в вышине птиц — и вдруг остро осознаю, как скучаю по простору, по возможности выйти за стены и делать что захочется. Грустно, что в этом мире я ещё не была снаружи.
Перевожу взгляд на стены. Никаких фресок, прославляющих «Андара Великолепного». Только оружие и повреждённая штукатурка — явные следы тренировок.
— Кха-кхм! — раздаётся рядом.
Андар стоит в нескольких шагах. Он в кожаных штанах и распахнутой рубахе. Волосы рассыпаны по плечам. Он выглядел бы прекрасно, если бы не усталость в позе и напряжение во взгляде.
Делаю шаг вперёд, вспоминая, как вчера дракон впервые показал свою уязвимость. Неудивительно, что он смущён.
Двери хлопают за моей спиной — стража закрывает выход.
— Добро пожаловать в мой тренировочный зал! — говорит дракон.
Пол усыпан песком. Кладу на него жилет, который так и не надела.
  
— Что я здесь делаю? — пора узнать правду.
Андар принимает более расслабленную позу:
— Ты умеешь очищать тьму. Но это не всё, на что способна твоя магия.
Скрещиваю руки:
— Значит, ты решил стать моим учителем?
Дракон ухмыляется. Замечаю, как на его щеках появляются милые ямочки.