Астарта. Предназначение. Книга 3 (СИ)

Я поняла. Наконец поняла. У меня есть ключи от этого мира …Лили дала мне право управлять им, вписав меня в его структуру. Я была не просто наблюдателем. Я была частью этого мира, его сердцем, его душой.
— Выходит, я — твой последний шанс? — спросила я, глядя прямо в его глаза. Внутри меня закипала смесь раздражения и растерянности. «Почему эти старики никогда не могут говорить прямо? Всегда загадки, всегда намеки», — пронеслось у меня в голове.
  
Он слегка кивнул, и его губы тронула едва заметная улыбка. Та самая улыбка, которая появляется у человека, уже знающего, что его загадку разгадали.
Неожиданно для самой себя я опустилась на колени. Почему? Я и сама не знала. Может быть, потому что в этот миг я осознала весь масштаб ответственности, которую он пытался мне передать. А может, потому, что впервые по-настоящему почувствовала связь с этим странным миром.
Я закрыла глаза и медленно погрузила руки в теплую, мягкую почву. Она словно дышала в ответ, принимая меня.
И тогда это произошло.
Сначала я ощутила легкий трепет — как будто земля подо мной ожила. Затем по моим рукам, через кончики пальцев, начали проходить едва ощутимые разряды энергии. Секунда за секундой они становились все сильнее, пока не заполнили все мое тело.
Потоки света и тепла пронизывали каждую клеточку, каждую частицу меня. Это было похоже на вспышку молнии, но вместо боли я ощущала лишь свет, силу и бесконечную жизнь. Мое тело перестало быть просто телом. Оно стало чем-то большим — сосудом для чего-то древнего, мощного, бесконечного.
Внутри меня будто зажглась лампа, и ее яркий свет освещал не только меня, но и все вокруг. Я чувствовала, как этот свет растекается, проникая в землю, воздух, в самую суть этого мира.
И с этим светом пришло нечто еще — видения.
Перед моим внутренним взором начали раскрываться картины, такие живые, такие яркие, что я почти ощущала их запахи и звуки. Бескрайние зеленые поля простирались до самого горизонта, их трава мягко колыхалась под ласковым ветром. Величественные горы, увенчанные белоснежными вершинами, уходили своими пиками в небесные облака. Леса, густые и дышащие жизнью, простирались далеко за пределы моего воображения. Реки, серебристые и искрящиеся на солнце, извивались, словно танцующие змеи, отражая его лучи.
Я видела животных, свободно бегающих по равнинам, без страха и тревог. Стаи птиц парили в чистом небе, их мелодичные трели смешивались с шепотом ветра. Это был мир, полный гармонии, красоты и жизни. Мир, который казался таким реальным, что я почти могла прикоснуться к нему.
И в этот момент я поняла: это не просто видение.
Это был мир, который я могла создать. Мир, который ждал меня. Или, может быть, мир, который нуждался во мне.
Теперь я была связана с ним. Теперь я была его частью.
Я не просто сотворила его заново. Я вдохнула в него жизнь, став его сердцем, его душой.
Я стояла, окруженная картинами из моих видений. Люди смеялись, их лица светились счастьем, а природа вокруг них цвела, словно вечная весна обняла этот мир. В воздухе витали спокойствие и радость, будто сама жизнь здесь обрела свою гармонию.
Но больше всего меня поражали те, кого я узнала. Лили — уверенная, спокойная, словно обрела давно искомое равновесие, — сидела на троне, ее взгляд был полон мудрости и силы. Монти и Шелли шли вдоль реки, их отражения мягко колыхались в воде, будто сама природа нежно играла с ними. Яков, сосредоточенный и умиротворенный, сидел на вершине холма с книгой в руках, погруженный в ее страницы, словно искал ответы на вопросы, которые только что сам задал. А кентавр Цирон мчался по бескрайним полям, его копыта гулко отбивали ритм жизни, а за ним стремительно следовала его верная армия.
Над этим миром сияло солнце, наполняя его теплом, светом и нескончаемой жизнью.
Это был идеальный мир. Мир, о котором я даже не могла мечтать. Но он не был иллюзией. Я чувствовала его, как чувствуют тепло солнца на коже, как ощущают аромат свежескошенной травы после дождя. Он был настоящим.
Когда я открыла глаза, все вокруг изменилось. Те печальные развалины, что раньше стояли вокруг меня, превратились в живой город. Дома, утопающие в зелени, улицы, залитые солнечным светом, люди, которые улыбались и смеялись, как будто все печали прошлого остались позади. Это был именно тот мир, который я только что видела в своих видениях. Но теперь он стал реальностью.
В центре этого города стоял старик с посохом. Его глаза сверкали, словно звезды, а на губах играла довольная, но теплая улыбка. Он смотрел на меня, и в его взгляде читалась гордость — не за себя, а за меня.
— Ты это сделала, — произнес он, его голос был глубоким, проникновенным, наполненным уважением. — Это твой мир, твое отражение.
Мои губы дрогнули, но я не нашла слов. Вместо радости, которую я ожидала почувствовать, вдруг накатила странная пустота и меланхолия. Да, этот мир был прекрасен. Он был идеален. Но в нем не было того, чего я действительно искала. Чего-то, что было для меня важнее всего. Или кого-то.
Я стояла, окруженная этим новым миром, но внутри меня росло чувство, что чего-то не хватает. Я не знала, как объяснить это — это было, словно сердце звало, но ответа не было.
И тут, прежде чем я успела разобраться в своих чувствах, меня резко вырвали из раздумий. Кто-то врезался в мою спину. Я пошатнулась от неожиданного удара, но он не был грубым. Скорее, в нем была какая-то отчаянная, неугомонная энергия.
Я повернулась, желая узнать, кто это, но не успела ничего сказать. Меня обняли.
Эти объятия были крепкими, теплыми, такими знакомыми. Словно я наконец вернулась домой после долгих, изнурительных скитаний.
Мое сердце замерло, а затем забилось с бешеной скоростью. Я узнала этот голос, этот запах, это прикосновение — знала его до самой глубины своей души.
— Я думал, что больше никогда тебя не увижу, — прошептал он.
Этот голос... Монти.
Его слова дрожали, звучали так, словно он едва сдерживал эмоции, которые грозили прорваться. Мое сердце сжалось, а глаза наполнились слезами.
Я больше не могла стоять на месте. Я бросилась к нему, обхватив руками так крепко, как только могла, словно боялась, что он исчезнет. Слезы текли по моим щекам, но я их даже не замечала.
В этот момент все остальное перестало существовать. Был только он.
— Ты здесь, — прошептала я, едва находя силы говорить. — Ты здесь.
Он кивнул, не отпуская меня. Его руки крепко держали меня, как будто он боялся, что я исчезну. Это был момент, который я так долго ждала, момент, который я боялась потерять. Все, что было до этого — боль, утраты, страх — теперь казалось лишь туманным, ужасным сном. Но сейчас, когда его объятия дарили мне тепло и надежность, я впервые за долгое время почувствовала, что все это позади.
Мы стояли так, словно время остановилось. Я закрыла глаза, желая запечатлеть этот миг в своей памяти навсегда.
И вдруг я услышала тихие шаги. Подняв взгляд, я увидела Шелли. Ее лицо сияло радостью, но в глазах все еще угадывалась тень усталости — следы всех испытаний, что ей пришлось пережить. Она подошла ближе, и ее улыбка была такой теплой, искренней, словно напоминание о том, что, несмотря ни на что, мы все еще вместе. Я не смогла сдержаться и крепко ее обняла, чувствуя, как мое сердце сжимается от боли за нее.
Сквозь пелену слез я заметила Якова. Он стоял чуть поодаль, рядом с Цироном. В его руках была книга, а взгляд сосредоточен на нас. На его обычно строгом и сдержанном лице теперь отражались облегчение и тихая, глубокая радость. Рядом с ним стоял Цирон. Его гордая осанка, как всегда, излучала силу и уверенность, но теперь в его глазах читался покой.
  
Чуть дальше я увидела Лили. Она стояла, крепко держа за руку старика с посохом. Его лицо было покрыто морщинами, но в нем читались мудрость и спокойствие. Он смотрел на нас с легкой, понимающей улыбкой, как будто знал: все, что мы пережили, привело нас к этому моменту.