Астарта. Предназначение. Книга 3 (СИ)

Ее слова повисли в воздухе, как раскат грома перед бурей. Она замолчала на мгновение, словно вспоминая что-то, что давно пыталась забыть.
— Я помню… как в наш город приходила женщина и уводила людей. Она обещала, что они вернутся с грибами, с добычей, — начала Лили, ее голос стал тише. — Тогда пошли слухи о прядильщике с веретеном, но я не придала этому значения. Мы изгнали ее, не найдя доказательств, но люди так и не вернулись. Теперь я понимаю. В лесу и гарпии, и кентавры, и племена — все они работают на него.
  
— То есть эта деревня могла состоять из его рабов? — спросил Богдан, его голос прозвучал глухо, будто слова давались ему с трудом.
— Возможно, их задачей было загнать нас обратно… — задумчиво ответила Лили. Ее взгляд стал отрешенным, как будто она видела перед собой что-то, что мы не могли разглядеть.
— Они даже не были игроками? — ошарашенно спросила я, чувствуя, как земля уходит из-под ног.
Лили кивнула медленно, будто подтверждая нечто ужасное.
— Значит, после возрождения игрок теряет свой статус и становится смертным, — заключила она, проговаривая эту мысль впервые вслух. Ее голос дрогнул, словно она сама едва справлялась с осознанием.
— А сам паук — игрок? — настороженно спросил Богдан, его рука медленно потянулась к оружию, как будто он ожидал нападения в любую секунду.
Лили на мгновение задумалась, ее глаза устремились куда-то вдаль, словно она пыталась собрать воедино разрозненные кусочки пазла.
— Без понятия, — наконец ответила она, тяжело вздохнув. Ее голос звучал ровно, но в нем слышалась усталость. — Но если он игрок… то он намного сильнее нас.
Эти слова повисли в воздухе, как темное предзнаменование. Богдан нахмурился, его пальцы слегка задрожали, пока он сжимал рукоять оружия.
— Тогда какой у нас шанс? — спросила я, ощущая, как холодный страх пробирается под кожу.
— Шанс? — горько усмехнулась Лили, ее взгляд стал тяжелым. — Единственное, что я знаю наверняка: у паука всегда есть паутина. И если мы в ней, то у нас уже почти не осталось времени.
 Глава 9 «Где паук, там и паутина» 
Мы сидели в тишине, погруженные в свои мысли, когда внезапно Богдан воскликнул:
— Черт, у меня исчезли некоторые настройки профиля!
Я резко повернулась к нему, как и Лили.
— Что именно пропало? — спросила Лили, ее голос стал напряженным, в глазах промелькнуло беспокойство.
— Профессия и архетип... — Богдан нахмурился, его пальцы непроизвольно сжались в кулак.
Стараясь понять, что происходит, я сосредоточилась на них обоих. Я взглянула на них, и информация мгновенно отобразилась над их головами, позволяя мне увидеть, какие изменения произошли.
— У тебя тоже, Лили, — сказала я, нахмурившись. — Хотя профессии у тебя и не было, но архетип исчез.
Лили нахмурилась еще больше, ее взгляд стал отстраненным, будто она быстро анализировала случившееся.
— У тебя, Дина, пока все без изменений, — сказал Богдан, его голос прозвучал сдержанно, но в нем чувствовалась тревога.
Я вздрогнула от его слов, осознавая, что это «пока» звучит как зловещий таймер.
— Ненадолго, — пробормотала я, чувствуя, как холод пробирается вдоль позвоночника. — Это значит, что позже он сменится на "слугу", а затем вообще исчезнет, и нас обозначат как простых. Мы станем… НПС! И будем возрождаться как тупорылый скот на убой.
— И зачем ему НПС? — пробормотал Богдан, не обращаясь ни к кому конкретно, больше рассуждая вслух.
Лили подняла голову, ее лицо было мрачным, глаза блестели от сдерживаемой злости.
— НПС — это те же игроки, которые возрождаются спустя время, — пояснила она, ее голос был холодным, словно она говорила о чем-то, что ненавидела всем сердцем. — Но у них есть заданный алгоритм действий, в отличие от нас, игроков. Кто-то пишет и создает этот алгоритм. Ему нужны рабы.
Наступила гробовая тишина. Мы с Богданом переглянулись, но ничего не сказали. Слова Лили, словно туман, окутали нас, оставляя лишь холодную пустоту.
— Существуют люди… и некоторые животные, — продолжила она после паузы, ее голос звучал глухо, как будто она говорила сама с собой. — Они не были включены в игровой мир из-за недостаточного интеллекта и других факторов.
— Это как животные с уровнем и без? Но мы встречали в Туманном лесу существ с очень высоким интеллектом, — уточнил Богдан, вспоминая недавние приключения, которые не укладывались в привычные рамки.
— Как я и сказала, и не только, — ответила Лили с унынием, ее голос был тихим, почти шепотом. — Это происходит потому, что мир живой и эволюционирует. Животные, которых не внесли в базу данных, начали развиваться благодаря новшествам и совершенствоваться из-за безнаказанности. Они невидимы для Алтаря и всевидящего ока.
— Похоже, ты уже глубоко во всем разобралась, — заметила я, искренне восхищаясь ее аналитическим умом.
— Мне не нравится, когда остаются пробелы, — ухмыльнулась Лили, ее глаза на мгновение блеснули довольством. Было видно, что ей приятно это признание, хотя она старалась не показывать этого.
Я отвела взгляд и задумалась. Как много еще нам предстоит узнать о мире, который мы считали понятным?
— Значит, этот паук настолько силен, что способен вносить данные в нашу базу? В мозг всей программы? Как Бог, который может творить? — засыпала я Лили вопросами, пытаясь хоть как-то разобраться в происходящем.
Лили ненадолго замолчала, ее взгляд стал отстраненным, будто она искала ответы где-то в глубине своих мыслей.
— Возможно, это так, — наконец сказала она. — Если этот паук действительно может манипулировать данными, то он не просто существо. Это нечто большее. Это некий аналог бога в нашем мире. Он может создавать и разрушать, изменять реальность вокруг нас.
— Но как он это делает? — Богдан нахмурился, его голос звучал напряженно, словно он все еще не мог поверить в услышанное. — У него есть свои источники силы, или он просто использует уязвимости системы?
— Я думаю, что это комбинация того и другого, — задумчиво произнесла Лили, ее голос стал немного тише. — Он может быть частью экосистемы, которая взаимодействует с нашей реальностью. Возможно, он даже получает энергию от других существ, что позволяет ему влиять на нашу игру.
— У него есть наша ДНК, — продолжила она после короткой паузы, глядя прямо перед собой, будто видела что-то, что было скрыто от нас. — И он вносит данные в нее, создавая свои пробирки.
— Пробирки? — переспросил Богдан, его лицо исказилось от ужаса.
— Да, — кивнула Лили. — Представь, что он берет информацию о нас, о нашем поведении, о наших способностях и комбинирует ее. Создает новые существа, новые алгоритмы. Возможно, даже новые виды.
Эти слова повисли в воздухе, заставляя нас всех замолчать.
— То есть наш тайный запас пробирок перемещается к нему? — переспросил Богдан, нахмурившись.
— Не весь, — покачала головой Лили. — Только наши. Он настраивает нас под себя. Вы же знаете, что вы клоны, и что мир настоящий, или вы еще не дошли до этой стадии осознания?
— Конечно, мы это уже знаем! — саркастически ответил Богдан, закатив глаза.
Я удивленно посмотрела на Лили. Она говорила об этом так буднично, будто это аксиома, с которой мы давно живем.
— В наших пробирках хранится вся информация о нас, — продолжила Лили, не обращая внимания на сарказм Богдана. — Если мы умираем, то возрождаемся на основе последних данных. Если же пробирку опустошить и перенести содержимое в другое место, добавив туда свои элементы, то возродится... НПС. Или кто-то другой, по его усмотрению. Он — прядильщик.
  
— Почему же его до сих пор не обнаружил Алтарь или другие надсмотрщики? — удивилась я, чувствуя, как внутри все холодеет.
Лили задумалась, ее взгляд стал серьезным.
— Возможно, он не игрок, а создан кем-то могущественным на его основе, — предположила она, ее голос звучал тихо и отстраненно.
— Или он игрок, — добавил Богдан, его лицо исказилось напряжением, — и из-за того, что весь лес в глушилках, его не видно. Он надежно скрыт здесь.