Астарта. Предназначение. Книга 3 (СИ)

Я на мгновение замерла, прислушиваясь к внутреннему голосу. Почему я не беспокоилась о своем сыне и остальных? Потому что он был с Клавдией. В сущностях, поселившихся в них, не было прямой агрессии. Это не демоны, которые овладевают душой. Они не управляли человеком, а только влияли на восприятие, наводили мысли, добавляли ощущения, страхи и открывали личную дверь в «пустоте».
  
Клавдия... с ее инстинктами, несмотря на все, оставалась собой. Она не обидит детей. Ясный уверил меня в этом, и я старалась ему верить.
Власть сущностей была ограничена. Только при попытке вытеснить их они начинали сопротивляться. Это был их механизм защиты, своего рода «ключ безопасности», встроенный в тело человека, который заставлял его оставаться верным им, даже если он сам этого не осознавал.
Утром сущности почувствовали во мне угрозу. Они не решились на прямую атаку, но напряжение стало ощутимым. Их природа поражала: они заботились о своих носителях, но никогда не вступали в конфликт между собой. Став хозяевами в организме, они словно сливались с человеком, делая его своим союзником.
Как ни странно, жители этого города были уверены, что они — обычные люди. Никто из них даже не подозревал о присутствии чужеродных сущностей внутри себя. Они управляли собой, как им казалось, самостоятельно. Но было одно "но": страх. Постоянный, вязкий, всепоглощающий страх окутывал их, как невидимый купол ужаса.
Этот страх заставлял их бояться покидать пределы города. Возможно, это был один из методов контроля. Власти внушали им, что за границей города их ждет опасность. Что мир людей находится под угрозой. Что другие расы — враги.
И люди верили. Каждый день им навязывали новые правила, вбивали в головы установки, и они, словно под гипнозом, безоговорочно подчинялись. Их критическое мышление было подавлено, сознание словно притуплено. Они не могли увидеть всю картину происходящего.
Для них существовало только два цвета: черный и белый. Никаких полутонов. Никакого разнообразия. Любая попытка мыслить иначе казалась им предательством.
И в этом была их трагедия. Они даже не замечали, как их собственные страхи и сомнения держат их в плену.
Я зашла в тот чат.
— Какие вы милые детки. Жалко только, что мама ваша вас бросила. Почему Дина так поступила с нами?
Это был голос Клавдии. Она думала про себя. У меня защемило в груди от ее слов, но я сдержалась, чтобы ни о чем не думать.
— Клавдия неправа, а шаман врет.
Это был голос Димы! Кому он это сказал? Гермесу? Следом послышались мысли Клавдии, которые, кажется, услышал и Дима.
— Почему Дима говорит сам с собой? Или это он вслух сказал? А может…
Я быстро удалила чат, прежде чем она поняла, что он активировался, и осознала, почему они вдруг начали слышать мысли друг друга.
Успокоившись, я подумала: «Надеюсь, Дима стоял к ней спиной, и она решит, что он просто говорил вслух. Он умный и сообразительный, справится. Может быть, Гермес подключился к нему удаленно? Кажется, я не видела его в отеле, а ведь он бы точно успел не раз высказать свое мнение. Значит, он остался в нашем убежище и наблюдает за моим сыном. Это означает, что он осведомлен о ситуации и оказывает помощь».
Я открыла новый чат и подключила туда Гермеса.
— Наконец-то! Я начал думать, что что-то не так и не решался писать тебе, опасаясь, что ты под влиянием темных сил. Но раз ты сама вышла на связь, значит, все в порядке. Здесь у остальных связь с внешним миром блокируется, так сказать, — ответил он сразу же.
— Я тебя не контролирую и не знала, поехал ли ты с нами в Чоси или работаешь из убежища… Так ты дома? — спросила я осторожно.
— Естественно! И я в шоке от того, что там у вас происходит. Особенно с Димой.
— Рассказывай.
— Мысли твоего сына стали хаотичными, но он держится. Его ангельские силы помогают ему не попасть под полное влияние. К тому же, твоя благодать оказывает сильную поддержку. Иногда, когда он активно думает или собирается что-то сделать, два светлых потока активируются, но тут же сталкиваются с черным. Начинается борьба. Я помогаю, подрезая черные нити ножницами. Это непростой процесс. На данный момент Дима чист, но это ненадолго — скоро придется снова вмешиваться. Мы также договорились, что во время просветления он не будет открываться Клавдии, Вере и Моте. Это небезопасно, — объяснил он.
— Правильно, я бы тоже так посоветовала.
— Держись там. План же есть?
— Да, и мне пора его осуществлять, — ответила я, отключившись от чата с тяжелым вздохом.
Я вышла из номера и поднялась на пятый этаж, где находились наши апартаменты. Подкралась к двери Богдана, прикрыла нос рукой и стремительно вошла внутрь. Быстро подбежала к кровати, схватила венок из белых цветов, который висел над его головой, и выбросила его в окно. Затем, распахнув балконную дверь, вышла на свежий воздух, чтобы перевести дыхание. Проведя там около десяти минут, я снова закрыла нос рукой и вернулась в комнату.
Опустившись на колени, я достала из-под кровати небольшой белый кристалл и убрала его в инвентарь. Снова выбежав на балкон, чтобы вдохнуть свежего воздуха, я вернулась в комнату и, все еще зажимая нос, начала внимательно осматривать предметы. Внезапно один из них вспыхнул желтым светом на мгновение. Это оказалась маленькая коробка. Я быстро схватила ее и положила в инвентарь.
Я повторяла это действие несколько раз — бегая между балконом и комнатой: на свежий воздух и обратно за вещами. Не найдя больше ни одного светящегося предмета, я наконец успокоилась. К этому времени в комнате уже стало свежо, и запах дурмана улетучился.
Я достала из инвентаря пять объектов, которые удалось собрать, и постаралась запомнить их. После этого связала их белой веревкой и аккуратно оставила на подоконнике. Закончив, я отправила сообщение Ясному.
Убедившись, что все сделано, я легла рядом с Богданом, взяла его за руку, закрыла глаза и сосредоточилась на своем астральном теле. Через минуту я была готова и произнесла:
— Впусти меня. Впусти в свои грезы.
Мгновенно меня окутала теплая и мягкая пелена его сновидений. Окружающая атмосфера была наполнена спокойствием и легкостью, словно я оказалась в другом мире, где все дышало гармонией. Первоначально образы были размыты, но постепенно начали обретать четкость.
Я увидела Богдана, стоящего на берегу бескрайнего моря.
— Впусти меня в свое сознание, — едва слышно прошептала я.
Он взглянул на меня и едва заметно кивнул. Я знала, что он пустит меня, ведь сны — это отражение наших глубинных мыслей и чувств. Я шагнула вперед, и мир вокруг сразу изменился.
Внезапно я начала проваливаться в темноту. Мое тело неслось куда-то вдаль, и я не могла этому противостоять.
— Вытащи меня оттуда, — услышала я голос Богдана.
Резкий толчок — и меня будто выбросило из глубокого темного туннеля. Я стала усердно тереть глаза, пытаясь понять, где нахожусь, но вокруг была лишь кромешная темнота.
— Открой мне очи. Открой мне путь к себе. Где тебя прячут? Покажи дорогу, — повторяла я как мантру, стараясь сосредоточиться.
Я крепко зажмурилась, а когда снова открыла глаза, мир вокруг начал проясняться. Вокруг меня была пустота — бесконечная, как вселенная. Я сделала шаг вперед и тихо произнесла:
— Открой путь. Покажи дорогу.
Вскоре впереди появился крошечный огонек, едва заметный в этой бескрайней черноте. Я сосредоточила на нем внимание и пошла в его направлении.
Приблизившись, я увидела дверь. За ней слышались голоса — Якова и Петровича.
— Все это слишком затянулось, — с грустью в голосе произнес Яков.
  
— Дина никогда не берется за дело, не продумав его до мелочей, — спокойно ответил Петрович.
— Не забывай, что она часто попадает в неприятности из-за своей импульсивности. У нее нет принципа «сначала подумай, потом действуй», — возразил Яков, нахмурившись.
Я вздохнула, понимая, что мои действия действительно могут казаться импульсивными. Но я…!