Астарта. Предназначение. Книга 3 (СИ)

Я внимательно слушала их, обдумывая услышанное. Фразы, словно пазлы, складывались в нечто большее.
— И поскольку его мысли сформировали печать и вызывали каждого, кто в ней был, вы продолжали его пугать, в надежде что появится еще кто-то, — размышляла я.
— В общем, да. Ритуал, к сожалению, уже был активирован, и мы никого специально туда не затаскивали. Мы просто дали им проявиться быстрее, чтобы не тратить время. Они уже находились во сне, но в подвешенном состоянии, и, активировавшись, мы могли бы помочь друг другу.
  
Он сделал паузу и добавил:
— Каждого нужно было, так сказать, «позвать», активировав «печать». Петрович находился в коробке, а Ясный был под защитой, — объяснил он. — Вместо него возникла межпространственная дверь, которая спасла его сознание от вторжения. В нашем случае, без какой-либо защиты, мы просто оказались в пространственном мире у Богдана, вытянутые внутрь из собственного сознания.
Яков снова сделал паузу, словно давая нам время осмыслить его слова, а затем продолжил:
— Ясный смог общаться с нами через этот барьер и смог просканировать местность, чтобы понять, что мы действительно в «пустоте».
Я почувствовала, как внутри меня нарастает тревога. Все это звучало слишком сложно и странно, чтобы быть правдой, но в то же время слишком логично, чтобы быть ложью.
— Так что нам теперь делать? — спросила я, чувствуя, как голос слегка дрогнул. — Богдан лежит в своей комнате с венком над головой, а запах там просто невыносим...
— Как я и говорил, это дело рук шамана. Венок и запах — это часть ритуала, связанного с использованием цветов дурмана.
Ответил Яков, затем уточнил:
— Они белые, похожие на колокольчики?
— Да, именно так.
— Не заходите больше в его комнату, иначе можете оказаться в «пустоте». Нам же нужно как-то открыть главную дверь, но как это сделать, я пока не знаю, — сказал Яков.
— Ищите шамана, — добавил Петрович.
— У вас там нет каких-то сил? Ну, типа игровых? — неожиданно спросила Клавдия, которая до этого молчала и, казалось, только что проснулась.
— Если бы, — усмехнулся Яков. — Но это не поможет снять заклятие. С ним нужно бороться извне, чтобы мы могли выбраться. Мы заперты ритуалом. Уверен, вокруг Богдана лежат какие-то атрибуты. Нужно разобраться с ними и понять, как нас отсюда вытащить.
Мы с Клавдией долго смотрели друг на друга, пытаясь хоть что-то понять или хотя бы придумать, что делать дальше. Но кроме как «хм» или «хмм», ничего в голову не приходило.
Теперь наша задача — найти того, кто устроил все это, и разобраться в обряде, который держит ребят в «пустоте».
В этот момент мы услышали детский смех. Дети уже проснулись. К нам подбежали Дима с Верой, а за ними плелся Мотя.
— Доброе утро! — выкрикнул Дима. Потом он съежился, словно от холода, и тихо добавил:
— Мама, ночью нам было очень страшно, поэтому мы перебрались к вам. И сейчас почему-то тоже страшно.
— Но уже утро и солнце! А страх все равно не уходит, — добавила Вера.
— В этом городе всегда так, — тихо произнес Мотя. — Только когда я улетаю в другое место, все проходит. Всех, кого я сюда привозил, охватывает ужас.
— А что делает с людьми потом Анатолий? Те, кого ты приводил к нему? — спросила я, возможно, догадываясь о чем-то.
— Они остаются здесь и работают на него бесплатно. Честно говоря, до сих пор не понимаю, как я осмелился отпустить вас на том корабле. Я очень боюсь Анатолия. Боюсь его разочаровать.
— Подожди, подожди, — покачала головой я. — Ты все еще считаешь, что зря его ослушался?
— Именно! И думаю, как заслужить его прощение. Но когда ты рядом, я постоянно сомневаюсь в своих желаниях и мыслях.
— Ты говоришь так по-взрослому. Сколько тебе лет? — нахмурившись, спросила Клавдия.
— Мне десять, но я из мира Лурапис. По вашим меркам я подросток. А что? — ответил дрожащий от страха Мотя.
— Да ничего, просто твой вид обманчив. И мне сейчас очень страшно. Хочется встретиться с Анатолием и узнать, чем мы можем ему помочь, — ответила она, бросив на меня недобрый взгляд.
Я отступила от всех и внимательно посмотрела на них. Дети прижались к Клавдии и смотрели на меня как на чужака. Даже мой сын смотрел на меня с ужасом.
— Что с вами? — осторожно поинтересовалась я.
— От тебя исходит зло. Из-за тебя я сомневаюсь в своей преданности Анатолию, — ехидно прищурившись, сказал Мотя.
— Хм... прекрасно, — выдавила я из себя, стараясь скрыть растерянность. Я отступила еще дальше, надеясь, что это их успокоит и что мои эмоции не будут передаваться.
В углу моего зрения мелькали уведомления. Я краем глаза глянула на них — показатели «Духа», «Благодати» и «Предчувствия» значительно возросли и постоянно менялись.
— «Это какое-то колдовство? Возможно, над городом нависло мощное заклятие страха и подчинения, и поэтому мои характеристики не останавливаются, сопротивляясь его влиянию. Что происходит с детьми и Клавдией? Почему они меня атакуют?» — подумала я.
В этот момент я услышала в ментальном чате голос Клавдии, верней ее мысли, она свирепо смотрела на меня:
— «Ты не уйдешь!»
А затем голос Якова:
— «Беги! Беги!»
Неужели я забыла отключить тихий чат, и мои мысли были услышаны всеми, включая Клавдию? Эта пугающая мысль пронеслась у меня в голове — и, конечно же, стала известна всем в чате.
Я рванула к двери, выскочила в коридор и, оглянувшись назад, стремглав побежала к лестнице, ведущей вниз. Добравшись до просторного холла на первом этаже, я выбежала на улицу и спряталась за колонной. Мотя пронесся мимо, как молния, а следом, не спеша, шли Клавдия и дети. Когда они скрылись из виду, я тут же вернулась обратно в гостиницу.
На ресепшене, пока консьерж был отвлечен, я схватила первый попавшийся ключ и начала искать нужную дверь.
Найдя ее, я вошла, закрылась на цепочку и опустилась на пол, прижавшись к двери. Осторожно оглядев помещение, я немного успокоилась. Затем я сделала «тихий чат» односторонним и отключила его, убрав оттуда Якова, Богдана и Петровича. В итоге я могла следить за мыслями своей семьи, чтобы по необходимости связаться с ними позже, но они не слышали бы мои мысли, если я сама того не захочу.
Затем я создала новый «тихий чат» для Богдана, Якова и Петровича, назначив его активным и основным.
— Привет, — сказала я мысленно, с трудом глотая воздух.
— Ты смогла, ура! — воскликнул Яков.
— Что же теперь — моя дочка и дети во власти какого-то заклятия? — тут же спросил Петрович.
— Выходит, что так. Теперь я одна против всего города, — ответила я удрученно.
Наступила гробовая тишина.
— У тебя тоже есть защита, как у Ясного? — неожиданно спросил Яков, прервав затянувшуюся паузу.
— Да. Недавно у меня активировалась защита от вторжения во внутренних силах. Тогда она была на уровне пяти, а сейчас уже двадцать пять. Кроме того, у меня есть такая характеристика, как «Дух», и...
— ...Дух? Странно, ведь обычно эта характеристика есть у магов, а не у воинов. Ладно, что еще?
Я тут же отключилась от чата. «Черт, я чуть не подумала вслух о том, как скрыть свои остальные характеристики. Если бы я сказала это в чате, они бы услышали: "У меня есть «Дух» и как скрыть от них, что есть еще «Благодать»?" Надо быть осторожнее и тщательно следить за своими мыслями. Ведь о том, что я расы Богиня, знает только Богдан».
  
Я подключилась опять к чату и тут же сказала:
— Извините, мне показалось, что кто-то идет, и я отключилась.
— Понятно, — ответил Яков. — Я правильно понимаю, что те, кто не под властью этого заклятия, могут понять, кто свой, а кто чужой?