Ведун (СИ)

— Кроме того, — вставил ещё один военачальник, — помня о прошлом огненном сюрпризе ихнего колдуна, мы, на этот раз приказали всем воинам намочить одежду и коней. Огонь их не возьмёт.
— Превосходно! Тогда — атакуем на рассвете! — принял решение Каган, — Пора преподать этим славянам урок покорности.
— Слава Великому Кагану!
Ранним утром следующего дня битва, к которой давно готовились и те, и другие, началась. Загрохотали барабаны, завыли рога, сотворив свои воинские обряды, хазары выстроились в боевой порядок. Шаманы окуривали ряды воинов дымом священных костров. Впереди хазарского войска гарцевал на великолепном коне знатный воин в богатых доспехах, это был сам Верховный бек — их главный военачальник.
Вятичи, заняв свои оборонительные позиции молча ждали. По распоряжению Андрея, лица всех воинов были заранее обмотаны мокрыми повязками.
— Это ещё что за блажь — мокрую тряпку на рожу, — недовольно ворчали некоторые, но подчинялись ведуну.
По сигналу бека степная конница с дикими криками, свистом и гиканьем ринулась в лихую атаку, нанося, как и следовало ожидать, главный удар встык между засеками, где зияли своей манящей пустотой привлекательные проходы с довольно слабой защитой. Казалось, этот железный поток ничто не способно остановить.
— Ждать моей команды! — держа в руках запаленный фитиль, исступлённо кричал Андрей своим «канонирам», нервы которых были на пределе.
— Сколько ещё ждать? Они уже близко! — говорил побледневший от напряжения Микша, сжимая до боли ручки мехов, — Сметут ведь! Надо запалять!
— Я сказал — ждать! Ещё далеко, не достанем, а второго шанса не будет. Только по команде.
Хазарская лавина угрожающе приближалась. Были уже отчётливо видны перекошенные яростью и воинским азартом лица врагов. Пощады от них ждать не приходилось. Но дальше степняков ждал сюрприз, о котором они не подозревали даже в самых кошмарных снах. Как только они приблизились «на расстояние выстрела», в них сначала полетели тучи стрел, а затем….
— Давай!! — исступлённо заорал Андрей, запаляя смесь.
Теперь на кону стояла сама жизнь. И «греческий огонь» заработал!
Струи горючей жидкости в упор ударили по рядам наступающих всадников. Попадая на одежду, оружие, снаряжение и даже на тело людей и лошадей она жгла всё! Спасения не было. Передние ряды наступавших в миг превратились в море полыхающих факелов. Они попытались развернуться, чтобы вырваться из огненной ловушки, но задние ряды, по инерции, напирали на них, не давая им уйти из-под обстрела и сами, в свою очередь, тут же попадали под огонь. В воздухе стояли душераздирающие вопли людей, и смрадный запах горящей плоти. Обожженные кони дико ржали и обезумев от боли метались в разные стороны не слушаясь седоков, налетая на острые колья засеки и сбрасывая с себя всадников.
Когда больше половины хазарской конницы на всём ходу уже втянулось в проходы, Андрей дал сигнал и вятичи быстро оттащили сифоны назад, после чего запалили засеки. Огонь взметнулся почти на высоту деревьев, а чёрный дым, казалось, доставал до небес. Теперь стена огня окружала наступавших со всех сторон. Они горели заживо и задыхались в едком дыму горящих нефтепродуктов. Это был сущий ад!
Наконец, задние ряды, видя, что их ждёт впереди, сообразили и стали поспешно разворачиваться для отступления. Застилая свой путь горящими трупами людей и лошадей, хазары в ужасе обратились в беспорядочное бегство. Страшная паника и переполох охватили весь хазарский лагерь.
— Колдун! Это опять колдун! Спасайтесь, пока можно! — слышались вопли ото всюду, — Боги отвернулись от нас!
Ужасный жар, смрад и гарь, казалось, обжигает, удушает и «выедает» глаза всем — и нападавшим, и оборонявшимся. Вятичи тоже вынуждены были покинуть свои рубежи и отступить от обезумевшей стихии в городище. Стена огня непрерывно полыхала ещё пару часов.
— Тащите сифоны на стену! — командовал князь, — Один над воротами, два других — по бокам. Ведун, посмотри, чтобы все правильно установили и сменили рукава!
Первый день прошёл. Поле боя, как говориться, осталось за вятичами. Но до полной победы ещё было далеко.
 
*****************
  
Глава 31
 
Глава 31.
К несчастью для вятичей, ночью разразилась гроза и пошёл сильный дождь. Это приободрило повергнутый было в уныние лагерь хазар. Великому Кагану и его воеводам с превеликим трудом удалось прекратить панику в рядах своих воинов и добиться восстановления кое-какой дисциплины. Очень помогли шаманы.
— Вот видите — Великие Боги лишь испытали крепость нашей веры. Они на нашей стороне, — вопили они, беснуясь под дождём и колотя в свои ритуальные бубны, — Приметы не врут. Сам Тенгри послал дождь, чтобы залить священными потоками небесных вод огонь проклятого чародея. Теперь нам нечего боятся славянского колдуна. Кончилась его магия!
После панического отступления от городища, Каган, шокированный и испуганный не меньше других, уже готов был махнуть на всё рукой, и отдать приказ своему войску о возвращении домой. Но теперь он снова воспрянул духом. Всё стало казаться не таким уж и безнадёжным. Затяжной дождь, то стихая, то снова усиливаясь шёл всю ночь и к утру всё вокруг изрядно намокло и раскисло.
Потери хазарского войска хоть и были чувствительными, но, на поверку, оказались не критичными. Войско ещё вполне сохраняло боеспособность. Гораздо больше пострадал боевой дух воинов. Огненная магия славянского колдуна оказала сильнейшее моральное воздействие на неграмотных и суеверных людей, зародив в их душах животный страх. Теперь же этой магии можно было не опасаться. Ну, какой огонь в такой ливень?
— Теперь нас ничто не остановит! — воодушевлял своих воинов Верховный бек, — И мы сможем, наконец то, отомстить за свои унижения. Идите воины и возьмите свою законную добычу! Добро, кони и новые рабы ждут вас!
В Кордно, между тем, вятичи под руководством Андрея и Василия, заменили пришедшие в негодность «рукава» сифонов и готовились к отражению новой атаки противника. Засеки сгорели и теперь приходилось встречать неприятеля непосредственно у стен.
Дождь продолжал лить и воодушевление в рядах хазарских воинов росло с каждой минутой.
— Пришло наше время, — возбуждённо говорили они, — Боги помогут нам и загасят волшебный огонь славян. Погодите, скоро мы доберёмся до всех вас и тогда пощады не ждите, — потрясали они кулаками в сторону городища.
После утренней молитвы и жертвоприношений богу Тенгри, Великий Каган дал сигнал к новому наступлению. На этот раз хазары двигались уже гораздо осторожнее. Лихой атаки не было и в помине. Хазары приближались не спеша.
Решив не тратить силы на штурм стен, они полностью сосредоточились на воротах. Впереди толкали тяжёлый таран, хорошо защищённый от стрел, камней и дополнительно политый водой. Его сопровождали сотни хазарских лучников готовых обрушить тучи стрел на тех, кто покажется на стенах вблизи ворот.
— Положение серьёзное, — говорил Вятко своим воинам, напряжённо вглядываясь со стены в ряды неприятеля, — Коли не удержим ворот, то всем нам конец.
— Значит, братья мои, будем стоять твёрдо и до конца, — решительно заявил воевода Ипат.
В ответ воины возбуждённо зашумели, воинственно бряцая оружием. Все готовы были умереть за родные очаги и свои семьи.
Но этого могло быть недостаточно для победы. Враг был очень силён и имел численный перевес.
— Ты уверен, ведун, что твой чудо-огонь сработает в такую сырость, — озабоченно спросил князь.
— Сработает, — отвечал Андрей, — Нужно только их таран поближе подпустить, чтобы попасть наверняка, с первого же раза.
— Добро! Эй, тащите сюда самые большие щиты, — приказал князь, — Надо прикрыть здесь всех от хазарских стрел. Их луки бьют дальше наших, значит могут обстреливать нас с расстояния, не боясь ответа.
Вятичи тщательно огородили щитами сифоны и их «обслугу». Хазары приблизились на расстояние выстрела и сразу же сотни стрел полетели на стены. Очень скоро щиты были так густо утыканы стрелами, что стали походить на огромных ежей. Но, несмотря на это, несколько человек вокруг Андрея уже были ранены, а двое — убиты. Их места возле сифонов тут же заняли другие.