Камень 1993. Книга 1

– Пойдем, – Вероника взяла меня под локоть и вывела на улицу. Дюша пожал плечами и вышел следом.
На него я не смотрел – здесь вроде бы и пули в лоб еще не было, но и говорить тоже не хотелось. А вот такая настоящая девушка рядом… Хрупкая, знакомая, родная. Столько слов, которые я успел позабыть там, в будущем, потому что они были уже совсем не нужны.
– Посиди немного, отдышись, – Вероника заботливо погладила меня по плечам, усадив на лавочку перед входом в ДК. Тот самый, куда ходили все из правобережной части, в том числе наш Девятый микрорайон.
От девушки приятно пахло яблочным шампунем, русые волосы распущены, одета она была в легкое красное платьице в мелкий белый горошек. На ногах бежевые босоножки, доставшиеся по наследству от старшей сестры. Все именно так, как было… Словно жизнь пошла заново – ну, просто чокнуться можно!
Так бы весь день и сидел, пока этот полусон-полуявь не кончится, но тут перед нами появились новые действующие лица.
– Э, слышь! – раздался наглый визгливый голос. – Отошли от Терешенки!
Терешенко – это фамилия Вероники, ее я хорошо помнил. А вот приближающихся к нам парней в угрожающе надвинутых на брови кепках узнал не сразу.
Посмотрел на них, на Дюса и Веронику. Оба испуганы, особенно девушка. Побледнела, сделала шаг назад, и в ее взгляде я увидел отчаяние, смешанное с надеждой. Вот только как же мало ее было… Словно Вероника больше рассчитывала на чудо или на появление пришельцев, чем на меня. Обидно! Но неужели я и правда когда-то был именно таким?
 
Глава 1
 
Окрестности Новокаменска, территория строительного комбината. 1993 год
Тяжелый «Камаз» с длинным фургоном въехал в услужливо открытые ворота. Предприятие пока что считалось действующим, но число заказов неуклонно сокращалось – в районе давно ничего не строили, если не считать коттеджей. Вот только стремительно богатеющие бизнесмены предпочитали огнеупорный кирпич из Боровичей, а не кривые-косые плиты Новокаменского комбината.
Васька не знал об этом, его наняли в Твери, и проблемы соседей из Ярославской области его мало волновали. У него дома тоже было не ахти с работой, но отец хотя бы помог выкупить старый фурик, на котором парень возил заказы. Пока выходило не очень, особенно туго стало после того, как его ограбили в Подмосковье. Заблокировали ночью на трассе, избили, выпотрошили весь фургон, и Ваське пришлось расплачиваться за груз из собственного кармана. А тут так удачно получилось – заказ срочный, везти его аж с югов, и половину заплатили сразу. Оставшееся должны отдать после разгрузки.
– Отец, подскажи, это куда? – молодой водитель, поставив «Камаз» на ручник, спрыгнул на раздолбанный старый асфальт, подошел к сторожу, показывая накладную.
– Так это тебе на северные склады, – крепкий мужик с армейской наколкой скорпиона на плече заглянул в бумажку, прищурился. – В ту сторону.
– Завод-то работает? – Васька попытался разговорить сторожа, после долгой дороги хотелось живого общения.
– Комбинат, – буркнул мужик. – Работает, но так… На ладан дышит. Здесь, считай, только склады одни остались. И цеха, под них переделанные.
– А, ну это знакомо, – улыбнулся Васька. – А ты это… в Афгане служил?
Он показал на татуировку.
– Не только, – уклончиво ответил сторож.
– А я вот только в Афгане, но мне хватило. Как раз выходили когда. Мы еще через Пяндж по мосту ехали…
Ваське очень хотелось поделиться воспоминаниями, особенно с близкой душой, которую он увидел в стороже. Но тот его общительность не оценил.
– Давай, пацан, проезд не загораживай. Тебя там ждут уже.
Молодой водитель потоптался на месте, почесал затылок. Потом махнул рукой и запрыгнул обратно в кабину. Доехал по широким, будто проспекты, комбинатским дорогам на северные склады, как назвал их сторож.
– Так это ж цех, – пробормотал парень, заметив стоящие рядом бетономешалки. Почему-то, кстати, работающие. – А сказал, что на ладан дышит…
Его уже встречали. Похожие друг на друга блондины в кожаных куртках стояли у широкого входа, один тут же замахал руками. Васька пошел на разворот, следя, чтобы фургон ничего не зацепил. Делал он это уверенно, потому что баранку крутить начал еще до армии, а в Афгане водил длинную автоцистерну. Навострился, вот и сейчас не пришлось сильно напрягаться.
  
– Васек? – один из блондинов тут же подошел к нему, стоило только выпрыгнуть из кабины.
– Ну да. Здорово, пацаны!
– Здорово, корова, – пробурчал блондин. – Привет от быка, хе!
– Чего? – не понял Васька.
– Забей.
В сумерках было видно не очень хорошо, но Васька обратил внимание на странную внешность обоих блондинов. Кожа розовая, как будто на солнце обгорели, брови белоснежные, да и ресницы. А глаза краснющие, причем у того, кто к нему подошел, еще и подергивались. И сам он, казалось бы, не мог сфокусировать взгляд. Неприятное ощущение.
– Че, не видел никогда? – на розовом лице появилась кривая ухмылка.
– Не-а, – честно признался Васька.
– Альбинизм называется, – донесся голос второго. – Причем у обоих, что редкость…
– А вы братья, что ли? – покрутил головой Васька, глядя попеременно то на одного, то на другого.
– Много будешь знать, скоро состаришься, – неожиданно грубо ответил первый. – Иди покури пока.
– Да я и помочь могу, – предложил водитель. – Там все под завязку…
– А ты торопишься? – ухмыльнулся второй альбинос.
Или первый. Они встали рядом, и теперь уже непонятно, кто где.
– Да нет, просто…
– У нас тут на этот случай есть специально обученные люди, – из цеха как раз начали выходить смуглые черноглазые мужики в спецовках. – Инженеры-укладчики!
Альбиносы залились смехом, а рабочие между тем, открыв дверцы фургона, деловито принялись разгружать тяжелые ящики. Васька напрягся – чем-то грузчики напомнили ему моджахедов, но он быстро взял себя в руки. Может, это таджики или узбеки. Союз-то недавно совсем распался.
Бам!
Один из грузчиков не удержал ящик, который натужно спускал с борта его коллега. Что-то лязгнуло, ящик упал, и крышка раскрылась… Лицо водителя от изумления вытянулось.
– Твою ж мать! – выругался блондин. – Чурки косорукие!
– А ты почему здесь еще? – второй выпучил на Ваську свои страшные красные глаза. – Че смотришь?
– Вы чем это тут занимаетесь? – водитель попятился. – Это же не производство!
– Вот че ты сразу не отошел? – скривился блондин. – Э, Марик, стой!
Васька охнул от резкой боли в боку, по одежде хлынуло липкое и горячее. Потом снова боль, еще и еще!
– Хорош! – уловил он слабеющим сознанием. – На хрен ты его почикал?
– Так он же видел… – второй блондин, которого назвали Мариком, аккуратно положил Ваську на заляпанную бетоном площадку.
– Договорились бы. Че сразу валить-то?
– Блин, Жорик… И че делать теперь?
Первый блондин, более выдержанный, посмотрел на стоящие рядом с цехом бетономешалки. Потом на замерших таджиков, прекративших разгрузку.
– Кто вякнет, сразу за ним отправится, – пригрозил он. – Братан, давай его в форму… Бетоном зальем.
– А машину его куда?
– Отвезешь потом сам на трассу, завалишь в кювет и сожжешь. Я тебя что, учить должен?
Сторож на КПП выпустил «Камаз», даже не обратив внимание, кто за рулем. А может, ему было просто без разницы.
* * *
Новокаменск, площадка перед городским ДК
Впереди во главе гоп-компании из четверых парней шел коренастый коротышка, над походкой которого хотелось смеяться – вожак изо всех сил пытался изобразить разухабистого уголовника, а выглядел при этом потешным гномом. Штаны шире, чем нужно, ботинки с блестящими пряжками, бесформенная куртка и серая кепка а-ля сороковые. В похожих еще герои «Острых козырьков» щеголяли.
– Ну че?! – словарный запас не блещет богатством, вот только это сейчас не главное.