Опаленный 2 (СИ)

Близняшки взяли меня под руки, насколько им позволяла разница в росте, и повели обратно к моей койке. Рядом с ней стоял нервничающий целитель, пузатый мужичок в белом халате и шапочке. Я и его заставил поволноваться — пусть и не за себя, а за других пациентов, которым он мог бы помочь, не отними я у него время.
— Значит, это вас мне надо подлатать? — спросил он меня, поглядывая на Катю. Та кивнула: — Понял, можете не отвечать. Садитесь или ложитесь, как вам удобнее.
Усевшись на край кровати, я стал ждать, пока целитель проведёт все необходимые манипуляции. До этого я был у владеющего магией врача только один раз — когда мне чуть не проломили голову на соревнованиях. Тогда мне быстро помогли. За полчаса залатали все ссадины и синяки, а главное — сумели справиться с сотрясением мозга. На тот момент я себя чувствовал крайне хреново. Получше, чем сейчас, разумеется. Но травма головы ощущается совсем иначе, нежели любая другая. Всё было как в тумане, малейшая попытка пошевелить головой превращалась в непрекращающееся головокружение. Тошнило жутко.
А сейчас, когда мне, казалось бы, положено умереть от болевого шока — сижу и довольно ясно вижу все проводимые надо мной действия. Короткие вспышки света между пальцев целителя ненадолго ослепляли. Потому я решил закрыть глаза и дождаться, пока всё закончится. Но всё равно чувствовал тёплые волны магической энергии, проходящие по всему моему телу.
— Очень и очень нехорошо, — заключил доктор. Я открыл глаза и увидел его взгляд. Полный сомнений и недоумения. Было видно, что он хочет помочь мне, но всё же у него не было уверенности в своих силах.
— Мне каюк? — спросил я. Мне нужен точный ответ, могу ли я пойти и навалять чёртовому Астароту, или же всё — финита ля комедия, отбегал своё?
— Если быть честным — то вам с такими увечьями жить не положено.
Девушки, выстроившиеся вокруг койки, охнули. Даже Ако не сдержалась. А целитель начал перечислять все мои ранения, идя от очевидных внешних ранений ко внутренним:
— Для начала — у вас ожоги по всей поверхности тела, около девяноста процентов кожных покровов со степенями от первой до второй. Оставшиеся десять процентов — третья. Суставы конечностей словно сварили. Внутренние органы, особенно печень и почки, также имеют признаки обваривания. Сердце…
Хана побледнела, чуть не упав в обморок. Юко успела поймать мою сестру и усадить рядом со мной. После короткой заминки целитель продолжил:
— … Сердце, на удивление, не тронуто. Лёгкие можно смело выбрасывать, они вряд ли восстановятся после таких ожогов. Вдобавок всё покрыто въевшейся серой. Мда, многовато у нас таких.
— Не удивлён, с таким-то воздухом. Вам тоже наверняка досталось, — уверен, практически все пережившие вторжение демонов вскоре погибнут из-за проблем с лёгкими. Такие вещи пережить очень сложно. А если кто и сумеет — останется инвалидами.
— Вы правы. Головной мозг у вас также имеет признаки поражения, но я заметил одну странную вещь.
— Дайте угадаю, я с таким жить не должен в принципе? — всхохотнул я, тут же поморщившись от боли. Целитель кивнул:
— И это тоже. Но удивило меня другое. Восстановление тканей. Причём настолько быстрое… Думаю, через всего полчаса он будет как новенький.
Отличные новости, как по мне. Хотя вряд ли у меня есть полчаса. Даже десяти минут может не быть, если князь Ада решит заявиться к нам. Оставалось рассчитывать на то, что этот высший демон не одержим идеей мести мне за сорванное Вторжение, а занят чашей Бездны. Было бы очень здорово, если бы он провозился с ней хотя бы часик, пытаясь разжечь заново пламя.
— Можете ускорить немного моё восстановление? Чувствую, что скоро придётся драться не на жизнь, а на смерть.
Целитель пожал плечами. Но даже заглядывать в душу не нужно было. По глазам всё ясно — ему хочется попробовать что-нибудь со мной сделать.
— Вмешиваться в столь уникальный процесс может быть очень опасно для вас. Я боюсь нарушить заповедь «Не навреди», но…
— Но?
— Я попробую что-нибудь с вами сделать, — лёгкая улыбка заиграла на губах мага-врачевателя. Он предвкушал то, что будет колдовать и вытягивать меня с того света. Он желал увидеть чудо своими собственными глазами. Он хотел приложить руки к чему-то, что казалось ему невероятным.
 
— Тогда давайте не будем медлить, а приступим к делу.
— Давайте. Укладывайтесь на кровать, — с радостью, док. Я сразу же выполнил просьбу целителя и приготовился ко всем возможным ощущениям.
Сквозь закрытые веки я увидел свет, окруживший меня со всех сторон. Я чувствовал, как этот светящийся кокон опутывает меня. Что из его поверхности до моего тела протянулись тёплые лучики, покалывающие меня сотнями и тысячами иголок.
Спустя несколько секунд у меня страшно зачесалось всё тело. Кожа начала натягиваться и нарастать, выталкивая обгоревшие и обожжённые участки. Внутри тела же будто бы возник муравейник. Отвратительное ощущение множества ножек, вышагивающих по внутренним органам.
Не знаю точно, сколько я лежал в этом сотканном из света коконе. Но из-за не самых приятных ощущений это время показалось мне едва ли не целым часом.
— Фух, — целитель устало вздохнул, и свет вокруг меня пропал. Тёплые касания исчезли следом. Я приоткрыл глаза и посмотрел на своё тело. Ожогов почти что не осталось. На их месте возникла свежая кожа — розовая, почти что как у младенца.
— Ничего себе, — от удивления я приподнялся на локтях. И изумился ещё больше. Боли от телодвижений практически не осталось. Всё ещё побаливало где-то внутри, но уже не сравнить с тем, что было прежде. Только продолжало чесаться и зудеть везде, где только можно.
— Дайте мне немного отдохнуть, и мы продолжим, — на целителя было страшно смотреть. Он весь побледнел, а щёки словно ввалились. Немалых усилий стоило ему привести меня в более-менее приемлемое состояние.
— Может, позвать кого-то другого? На вас лица нет, — маг-врачеватель выставил вперёд руку, останавливая меня.
— Ну уж нет. Если я взялся за пациента — то я же и доведу его до выздоровления, — вот это да. Настоящий Доктор с большой буквы Д, иначе его и не назвать. Готов чуть ли не убиться ради того, чтобы я встал на ноги здоровым.
— Я ценю ваше желание пойти до конца, но всё же попрошу вас поберечься. Такие люди нужны этому миру, особенно в такое тяжёлое время, — целитель только рассмеялся. Он отлично понимал, что ещё немного — и он перегорит сам. После чего станет совершенно бесполезным.
— Хорошо, не буду с вами спорить, — вяло повернув голову в сторону Кати, он попросил: — Будьте добры, Ваше Сиятельство, позовите сюда любую свободную бригаду. А я отдохну…
Булычева сорвалась с места. Она была уже не в силах больше стоять без дела и смотреть, как меня чинят. Ей хотелось хоть чем-то помочь. И если нужно самой пробежаться по госпиталю, развёрнутому на месте столовой первого этажа — то она побежит. Именно такие мысли были у Екатерины Николаевны в тот самый момент, когда она развернулась на каблуках и помчалась.
Доктор же, не в силах больше справляться с усталостью, закрыл глаза и засопел. Быстро же уснул! Обычный человек бы клевал носом некоторое время. А у него не иначе как привычка дремать в любую свободную минуту. Видно, что и до Вторжения он был из тех, что работает сутки напролёт. А уж теперь, когда без него было не обойтись — то и вовсе выкладывался больше, чем на сто процентов. Жаль, на его халате я не нашёл бейджика с именем и фамилией. Хотелось бы запомнить того, кто сильно мне помог.
— Онии-сан, тебе же стало лучше? — Хана уселась рядом с моей койкой и взяла меня за руку.
 
— Да, намного. Я как заново родился, — улыбнулся я сестре. Губы тоже уже не болели — трещины срослись. Какая же прекрасная вещь эта магия.
Но пробежавшись взглядом по госпиталю, я мог ещё добавить и другое мнение. Магия — это ужасно. Особенно в руках тех, кто собирается наносить вред другим, завоёвывать. Именно магия, привнесённая демонами в этот мир, виновата во всех этих мучениях людей. Без магии не было бы и Вторжения. Мир жил бы себе так, как жил. Без единой серьёзной войны, затрагивающей весь мир.