Око василиска (СИ)

От головной боли я избавился и без магии жизни. Контрастный душ, пол кувшина воды с солью и лимоном, и крепкий кофе — всё, что нужно для начала отличного дня.
Я уже решил, что буду развивать следующей парой.
Такие намеки судьбы, как две подряд встречи со странными призраками, игнорировать было неразумно. Да и интуиция подсказывала — правильно.
Но для начала я хотел сделать обещанный артефакт для природницы. Пока изготавливается статуя, пока Батист передаст мою просьбу… Что время зря терять.
Прохор к моменту моего пробуждения уже хозяйничал на кухне, с головы до ног перепачканный мукой.
— И что у нас сегодня за заморское блюдо на завтрак? — мне правда стало любопытно, чем он удивит на этот раз.
— Ох, вашсиятство, ну их… — слуга махнул рукой. — Темные люди, ей богу. Тупоськи наши родные, оладьи то бишь, я приготовлю, вот что. А то выдумали — панкеки. Оладушки! Ничего лучше и проще нету. Со сметанкой, да с вареньем вот что вы привезли.
У меня от такого предложения радостно заурчал живот. Тут я с Прохором был полностью согласен — ну что может быть лучше горы пышных оладушек на завтрак?
— А вы это, опять… — слуга понизил голос до шепота, — на задании вчера были? Одёжу вашу в пострирошную собрал, а она конями да огнем пахнет. Что же у вас за миссии такие…
— Нет, Прохор, не на задании, — я вздохнул, пора уже было покончить с этой легендой. — Всё, кончились задания, свободен я.
— Ну это вы зря, — неожиданно ответил старик. — Дело хорошое, государю-то помогать.
— А кто сказал, что я не буду государю помогать? — подмигнул я слуге и он понятливо улыбнулся.
Просто помогать можно очень разными способами. И лучше теми, которые у тебя толковее всего получаются. Но сначала нужно помочь себе. Ведь если мне будет отлично, то и императору тоже. К чему ему недовольный артефактор под боком.
А там проверю и обновлю старые столичные артефакты, да несколько новых сделаю. Просто чтобы жить спокойнее было.
Всегда следовал очень простому жизненному принципу — если мне хорошо, то и всем вокруг тоже хорошо.
Поэтому оладьев я съел целое блюдо. Они у Прохора удались на славу. Как и у молочника сметана, в которой стояла ложка. Сладкая, сливочная — мы вдвоем с дедом всю банку съели.
Патриарх от такого пиршества даже за газету не взялся, а удивил всех, сообщив что отправится на прогулку. Сборы были долгими — слуга непременно желал сопровождать графа и тщательно подбирал соответствующий наряд.
Было пасмурно, но дождь ушел куда-то на север, оставив после себя свежесть и прохладу. Я проводил стариков до ворот, посмотрел как они уходят к проспекту, тихо переругиваясь, и отправился в лабораторию.
Положил перед собой кольцо Павловой и прищурился.
Способов вырастить нечто особенное было несколько.
Магия жизни, как в моем случае, можно сказать била напролом. Буквально вынуждая быстрее развиваться и давать плоды. Годится, когда торопишься, но не на постоянной основе. Поэтому мне и нужен был природник для моей оранжереи.
У магов природы подход был иной. Они создавали уникальные растения, обладающие определенными магическими характеристиками.
Как бы я не возился с лопухом при помощи магии жизни, ничего кроме огромного лопуха не получу. А вот природник может из него сотворить, например, усилитель соединительных линий в артефакте или амулете. Или придать одурманивающих свойств. Или вообще ядовитым сделать.
И наоборот, природнику магия жизни помогала ускорить рост, сделать растение устойчивым к болезням и не капризным к условиям.
Но крайне редко когда маг жизни увлекался флорой, а не целительством. Только одного такого уникума я знал — он у себя в поместье помидоры при помощи дара выращивал. Гордился ими невероятно. Больше, чем спасенными жизнями.
Я мог элементарно объединить силу жизни и природы. Природный накопитель стоил не так уж и дорого. Замкнуть их и сделать направленное действие, завязав на небольшом количестве ментала.
Но это было слишком просто и скучно.
Поэтому я сварил себе кофе в турке на походной плитке, которую приобрел специально в лабораторию, обложился бумагами и принялся придумывать нечто особенное.
 
Силу природы можно было брать непосредственно у носителя. Так ограничения будут лишь исходя из ранга владельца. Чем он выше, тем эффективнее будет работать артефакт.
Своего рода накопитель, пропускающий через себя магию и копящий её часть про запас.
Подобными вещами занимались только очень опытные артефакторы. Ведь чуть ошибешься и может всю силу мага перенаправить вовне, истощив его. Нужен защитный механизм, как раз основанный на магии жизни, с которой не носителям работать было сложно. Отслеживание основных жизненных параметров и блокировка работы при любой опасности.
Ошибка начинающих — не позаботиться о предохранителях.
Взглянул на ряд склянок и усмехнулся. Добавим-ка немного морока в виде отвода глаз — чтобы на артефакт природницы никто не обращал внимания. Как завистливые коллеги, так и воришки.
В завершение ментальная сила — чтобы направить действие именно на тот объект, о котором Павлова будет воздыхать в момент использования артефакта. И только из растительного мира, важная поправка.
— Чего-то не хватает… И чего не хватает Екатерине?
Подумал немного и добавил чуть магии смерти — старая добрая защита от упырей. Вдруг Павловой всё таки взбредет в голову с ними о любви разговаривать. Возможно, гадов и извели всех подчистую, но лишним не будет.
Напоследок капля крови — мало ли попадет в беду, так я её всегда смогу отыскать где угодно. Да и свой артефакт тоже.
Кольцо сверкнуло в лучах солнца, так вовремя выглянувшего в крошечный просвет между темных туч.
Я улыбнулся и с удовольствием потянулся. Отлично!
Вот теперь можно и с призраками разобраться…
  
Глава 6
 
Простое колечко, которое вот-вот должно было стать совсем не простым, я оставил в лаборатории. Ему предстояло хорошенько напитаться силами и стабилизироваться.
Я прибрался за собой, подпитал защитный контур, всё запер и пошел подкрепиться.
На кухне был только Игнат. Парень с меланхоличным видом нарезал сырое мясо кусочками и бросал их в большую металлическую миску. На мои шаги он обернулся и приветственно кивнул:
— Ваше сиятельство. Желаете перекусить?
— Спасибо, справлюсь, — я махнул ему рукой продолжать, а сам заглянул в холодильник. — А где Прохор?
Не могут же они до сих пор гулять, к вечеру уже дело идет. Я еле извлек упакованную в промасленную бумагу буженину. Продуктов напихали под завязку. Надо бы сказать, чтобы не жадничали, мы столько просто не съедим.
После того, как капитан Головин свою пассию начал на обед в рестораны водить, у нас еда только прибавлялась.
— Они с графом в гостиной, в карты играют, — ответил долговязый повар, продолжая свою монотонную работу.
Я нарезал себе черного хлеба, положил сверху щедро сливочного масла и по куску буженины толщиной с большой палец. Посмотрел и добавил тонкий слой хрена, посыпав сверху укропом. Вот теперь идеально!
Игнат взглянул на моё изысканное «блюдо» со вселенской печалью.
Я лишь усмехнулся, ничего он не понимает в простой еде! Сытно, быстро и фантастически вкусно. Кваса бы к такой царской трапезе — и жизнь точно удалась.
— А что ты готовишь? — я решил его переключить с грусти по моим вкусам на что-то более интересное.
— Жаркое, ваше сиятельство. Прохор настаивал на джамбалайе, но в итоге мы сошлись на жарком.
— На чем настаивал? — не понял я.
— Блюдо креольской кухни. По сути пряный плов с копченостями и разнообразным мясом. Но, как оказалось, его сиятельство рис не любит, а копченые колбаски съели в обед. Поэтому Прохор предложил заменить их бараниной, а плов картох… шкой, — спокойно объяснил парень, не отрываясь от нарезки. — Вот и получилось жаркое. Я предложил оставить от оригинального рецепта хотя бы смесь орегано, тимьяна и базилика, но Прохор почему-то обиделся.