Тренер: молодежка (СИ)
— В «Колосок» доедем?
Уточнил у прижимистого мужичка в кепке ленинке, он сидел на корточках возле переднего колеса Икаруса, у открытой водительской двери и смолил Приму без фильтра — явно водитель.
— В Пушкино, а если тебе в «Колосок», то выходишь на Пирогово, оттуда до лагеря рукой подать, не заблудишься, — ответил водила, сплевывая налипший на губы табак.
— Держи за проезд, — сунул водителю деньги. — Подскажешь тогда где выходить, а то я не особо ориентируюсь?
— Что там подсказывать, это следующая остановка.
Водила деньги взял, в карман сунул. И тут я понял, что он меня узнал — прищурился поначалу, потом бросился Приму бычковать о каблук туфля, подпрыгивая на одной ноге.
— Ешкин кот, Иванов Иван! Спартак Москва!
— Угу… — я сконфуженно втянул голову в плечи.
— Блин, мужикам в гараже расскажу, так не поверят, что футболиста настоящего возил на своих дровах! Ща… погодь… — водитель бросился к Икарусу, достал оттуда старую пожелтевшую инструкцию к автобусу, сунул мне. — Распишешься, а? Меня Вася зовут. У нас однажды Семенычу с гаража выпало Динамо водителем возить, а мы ж спартаковцы все! Он тогда в лицо Бышовцу сказал — мол, шансов у тебя в Кубке нет.
— Зашибись история, — кивнул я.
— И прав ведь оказался! Ивань, вот здесь вот распишись, а — Васе…
Я накалякал что-то на обороте инструкции, вернул водиле и подумал о том, как бы свинтить по быстрому в салон, место занять. Это прежний Иванов к вниманию к своей персоне привыкший, автографы, фотографии, туда-сюда, а я то че, стесняюсь. Но водила не отставал.
— Забирай! — это он вернул мне деньги за проезд. — Бесплатно тебя повезу, от одного спартаковца другому помощь! Тем более ты ж травму получил серьезную….
— Спасибо.
— Чего спросить хотел, Ванька, тебе в «Колосок» зачем надо?
— Молодежь к спорту приучить доверили.
— Уу-у, — у водилы лицо вытянулось. Не выдержал, решил докурить свой бычок, запыхтел. — А че за молодежь там в этом году — в курсах хоть?
— В курсах, — я пожал плечами. — Молодые они везде одинаковые.
— Ну вам едрить колотить и задания дают для мастер-классов… — напыщенно фыркнул водитель, но осекся и взглянул на часы — видимо пора отбывать по расписанию. — Ладно, едем, заболтались мы с тобой, а то мне Михалыч люлей вставит, он то за «Топредо» болеет! И если узнает, что я из-за спартача задержался, то вставит вдвойне!
И с этими словами Вася уселся на водительское сиденье Икаруса, еще раз пять поблагодарив меня за автограф, который «я теперь мужикам в гараже похвастаюсь». В салоне Икаруса оказалась как в парильне, хотя окна вон на распашку раскрыты. Примерно половину сидений уже заняты — народ красный, потный, газетами обмахивается. Я прошел в задние ряды, где плюхнулся на потрескавшийся дерматин обивки сиденья, встретившей меня вздыбленным поролоном.
До Пирогово добрались меньше чем за пять минут, деревня, как и говорил водила, оказалась следующей остановкой. Автобус тормознул возле моста, из Икаруса вышел престарелый мужичок, зачапавший в деревню. Я вышел следом.
— Отец, до пионерского лагеря «Колоска» куда идти? — окликнул старика, тот взглянул на меня непонимающим взглядом и пошел себе дальше.
Ясно, я только сейчас заметил на ухе мужичка слуховой аппарат. Помог сориентироваться мой новый знакомый водила Икаруса, отъезжая от остановки, Вася посигналил и махнул рукой вдоль отходящей от моста дороги.
— Тебе туда шуровать! По прямой, не сворачивай.
Уезжая, Вася просигналил ту-ту-ту ту-ту, что переводилось как «Мос-ков-ский Спар-так», ну в смысле я догадался про перевод. Я помахал мужику рукой на прощание и пошел по дороге к лагерю. Идти пришлось порядка километра, дорога подвела к утопающему в зелени заборчику, выкрашенному в скучный болотный цвет, но краска свежая. На ржавой металлической табличке значился адрес, совпавший с адресом из моего направления: «Береговая 31». На месте, значит. Ворота оказались открыты, никакой охраны или чего подобного здесь не было, поэтому я свободно зашел внутрь и, приметив скромное двухэтажное здание из крошащегося кирпича, двинулся к нему, решив, что если искать местное руководство, то только там. По пути огляделся. Судя по тому, что внутри ни души, а сама территория пребывает в относительном порядке, трудную молодежь еще не завезли. Приметил футбольное поле — хорошо утоптанная земля, потрескавшаяся от жары, ворота без сеток, конструктивно совмещенные с баскетбольными щитками… Понятно все. Любопытно, конечно, почему именно это место выбрано базой для будущей команды.
На входной двери здания висела табличка «Пионерский лагерь Колосок». Дверь, как и забор, оказалась свежевыкрашенной, поэтому на ручке висела предупреждающая картонка с надписью «Окрашено». Хорошо, что предупредили, я аккуратно открыл дверь, стараясь не вымазюкаться, зашел внутрь.
Первым и единственным человеком, повстречавшимся в лагере, оказалась уборщица, тщательно выметавшая пол в коридоре. Я на секунду застыл, женщине хоть и было под пятьдесят, но фигурка у нее вполне точеная, спортивная и посмотреть есть на что, «камуфляжный» сарафан, с задачей спрятать прелести не справлялся. Да и женщина так любопытно нагнулась…
— Вам к кому? — она выпрямилась, окинула меня оценивающим взглядом, сдула прядь волос со лба.
— Я по направлению в «Колосок», — ответил, тотчас переводя невинный и немного придурковатый взгляд на настенные часы, которые показывали начало шестого вечера.
— Трудовик? Не пьете? Вредные привычки? Где раньше работали? — тут же по деловому осведомилась она, уперев руки в боки.
— Почти. Физрук я. Молодежь футболу тренировать направили, с Москвы. Но курить не курю, пить бросил, а работать нигде до этого не работал. Впервые устраиваюсь.
Уборщицы всегда слыли любопытными особами, и если хочешь что-то узнать — это сюда, поэтому возражений ее интерес не вызвал. Но когда дама запросила показать ей направление, я малость напрягся, но бумажку все-таки дал. Посмотрит, гляди подскажет куда дальше идти, у меня то в направлении ни номера кабинета, ни фамилии директора. А может у нее такой нестандартный способ познакомиться с мужиками выработан?
— Держите бумаженцию.
Женщина внимательно изучила направление, кивнула несколько раз, а потом отставила свою метлу.
— Идемте, Иван Сергеевич.
— Куда идти?
— Буду вас оформлять. Оганесова Оксана Вадимовна меня зовут, директор пионерского лагеря «Колосок», — представилась она.
Вон оно как. Я, конечно, удивился, что директриса в лагере полы метет, но вида не подал. Прошли на второй этаж, где у Оксаны Вадимовны располагался рабочий кабинет.
— Присаживайтесь, Иван Сергеевич, я сейчас руки быстренько помою и к вам вернусь, — она указала на стул рядом со столом. — Вы извините, что с трудовиком вас перепутала, не можем работника найти второй месяц…
— Бывает, — я коротко пожал плечами в ответ.
Кабинет у директрисы был самый обыкновенный, без излишеств, да и то, что она баба простая и без закидонов по должности — я уже понял, раз сама полы в коридоре подметает. Сел на стул, нога на ногу закинул. Подождал терпеливо когда Оксана Вадимовна вернется. Долго ждать не пришлось, не прошло и минуты, как директриса зашла в кабинет, вытирая руки вафельным полотенцем.
— Ну что Иван Сергеевич, вас значит направили к нам из общества «Спартак». Помню, мне по вам вчера вечером из Москвы звонили…- она снова, теперь внимательно изучила направление, а потом посмотрела на меня, опустив на переносицу очки в роговой оправе. — Вы, если я правильно помню, футболист известный и за сборную Союза играли?
— Было дело, известный, за сборную СССР играл…
— И специфику работы в нашем лагере на текущее лето вам стало быть объяснили тоже?
— А какая специфика может быть? Тренируй себе трудную молодежь с мячиком обращаться, вот и вся специфика, Оксана Вадимовна. Я проинструктирован в отделе кадров и получил заверение, что под выполнение задачи подхожу.