Как повываешь? (ЛП)

Нет записей о том, что кто-то был здесь неделей ранее, потому что Обри приехала на неделю раньше всех остальных, и никто не знал об этом, кроме Влада и меня. Когда я пересмотрел свои записи после того, как Фрэнк назвал точный временной промежуток, выяснилось, что ни один из других гостей, включая Джорджа, тогда еще не прибыл.
При мысли о том, что Обри снова может попасть в лапы Фрэнка, меня накрывает волна защитного инстинкта. Влад определенно убил бы его и разорвал все связи, которые держат нас вместе, а я не могу допустить, чтобы это случилось. Я боюсь, что она знает, кто это сделал. Другого объяснения нет — разве что кто-то намеренно перенаправил свой VPN на нас, чтобы посеять раздор между Владом, Фрэнком и мной.
— Тогда почему у меня есть половина сообщения от вора — единственный след — и оно указало на этот адрес в тот день?
— Здесь никого не было, Фрэнк. Ты не думал о том, что кто-то мог перенаправить свой VPN через нас в качестве отвлекающего маневра?
— Конечно, это возможно, но я здесь, чтобы окончательно убедиться, пока мои упыри проверяют другие зацепки. Если ты не скажешь мне, я поспрашиваю персонал — или того маленького шефа, с которым ты постоянно разговариваешь. Уайтли, кажется, она⁠…
— Это подводит меня ко второй причине, по которой я пришел к тебе, — рычу я, когда ткань рвется, и мои предплечья разрывают швы дорогой рубашки и пиджака, сшитых на заказ. Мой голос становится хриплым и более глубоким, а зрение окрашивается в желтый оттенок. — Держись подальше от шеф-повара.
Если у меня и был хоть какой-то шанс скрыть, как эта женщина меня заводит, то он провален. Жаль, что я снова пробрался в ее комнату, особенно с учетом того, как чуть не набросился на нее, будто впал в какой-то гребаный гон39. Отстраняться от нее было больно, но мне нужно было уйти, пока я не трахнул ее до беспамятства прямо у двери в ванную.
Белая футболка на Фрэнке натягивается, когда он поднимает руки над головой, зевая, а потом почесывает живот. Он многозначительно смотрит мне в глаза и пожимает плечами.
— У меня вообще нет никаких планов на эту женщину. Человек? Нет, спасибо, — он встает на ноги и направляется ко мне со зловещей улыбкой. — Однако она дала мне то, что я хотел, а именно тебя здесь. Просто к сведению.
— Что, блядь, это должно означать?
Он кивает в направлении выхода, но я знаю, что он имеет в виду — указывает в сторону ее спальни.
— Ты смотришь на нее по-другому, — его взгляд скользит в сторону, и меня пробирает холод. Он определенно задумал больше, чем показывает, но у меня нет времени разбираться с этой чушью.
— Держись подальше от посетителей, гостей и сотрудников, Фрэнк. Иначе Talbot будет наименьшей из твоих проблем, — огрызаюсь я, раздраженный тем, как быстро он это понял, когда я сам только начал осознавать.
— Возможно, я спрошу мисс Уитт во время нашего свидания, не знает ли она, кто мог быть в замке. Она, наверное, прибыла сюда раньше Джорджа.
Я рычу, и он с восхищением наблюдает, как мои когтистые руки сгибаются и дергаются. Я в нескольких шагах от того, чтобы наброситься на него. Ему всегда нравилось, когда я странно реагировал на что-то, хотя обычно не так сильно.
— Держись подальше для своего же блага, потому что ее духи сводят меня с ума, — признаюсь я, мысленно молясь, чтобы хоть раз кто-то услышал и сделал то, что я прошу.
— О, прекрасно. Давненько у тебя не было такой реакции на духи, да? — он наклоняет голову и осматривает меня. — Немного волчьего аконита, и ты уже готов выть на луну.
Я закатываю глаза.
— Как будто ты бы что-то понял.
— Я считаю своим долгом все знать.
Этот огромный осел ничего не понимает, и никто из них не поймет, но это не их вина. Чудовище, которым я являюсь, всегда держится на контроле, а он серьезно испытывает мои границы, так что, наверное, лучше все-таки сказать ему.
Я тяжело вздыхаю, заставляя свое тело снова повиноваться и втянуть когти. Мое лицо становится бесстрастным, как камень, когда я принуждаю его вернуться к прежнему виду, а затем наконец наливаю себе выпивку из графина с виски, который Фрэнк украл и принес сюда.
  
— Ты такой напряженный, Коннор. Это совсем на тебя не похоже, — его серые глаза внимательно меня осматривают, прежде чем одна бровь удивленно приподнимается. — Обычно ты весь такой чопорный и правильный, спокойный, сосредоточенный и до чертиков скучный. Редко тебя можно увидеть вне себя, даже из-за каких-то духов.
— А тебе лишь бы уколоть, — огрызаюсь я.
Он пожимает плечами.
— В этом месте так трудно себя развлечь.
— Не мог бы ты быть чуть меньшим ублюдком? Пока я не получу известий от Джекилла, держись от нее подальше, или я разорву тебя на части, — желтый свет мелькает в радужках, когда я смотрю на него своими волчьими глазами, монстр во мне дает понять, что я заявил о своих правах, и ему лучше, блядь, послушаться. — Всем нужно держаться от нее подальше.
Он усмехается, и этот звук режет по ушам.
— А она об этом знает?
— Нет, — ворчу я, осушая стакан и падая в одно из низких кожаных кресел.
— Ты в полной жопе, дружище.
— Еще бы, — бурчу я в ответ.
Глава 14Уитли Уитт

Осторожно, перемирие.
— Вам нужно устроить пикник.
Я глубоко вдыхаю, наслаждаясь запахом свежих цветов, доносящимся из сада за окнами столовой. После того как я согласилась пообедать с Джорджем, мы сидим и болтаем обо всем, что касается Фрэнка Штейна. Я не против, поскольку это отвлекает от мыслей о Конноре. Но пикник?
Сомневаюсь, что Фрэнк Н. Штейн готов к пикнику. Последнее, что мне нужно, — чтобы он подумал, будто я пытаюсь заманить его в ловушку брака, пока он здесь.
— Это тебе не бульварный роман от Арлекин40, Джордж.
— Ты этого не знаешь. Мне кажется, ты бы ему подошла. Ну серьезно, ты смотрела Бриджертонов? Мы оба знаем, что он мог бы просто купить тебе другой замок, — его глаза загораются. — Лучший замок. Позволь этому случиться, и я приеду в гости. Может, это новая версия сказки о Золушке.
— Джордж! Я его едва знаю.
— Или, может быть, Красавица и чудовище? — он дразняще шевелит бровями.
Это немного грубо. Фрэнк просто очень высокий, но, честно говоря, довольно привлекательный.
— Эй, Фрэнк Штейн очень даже хорош собой. Даже если он действительно, ну, очень-очень высокий.
— Я не о нем говорил, — Джордж подмигивает и уже собирается спрыгнуть со стула, когда в столовую через дверь в коридоре входит Коннор с нахмуренным лицом. Черт.
Проклятье, этот старикашка увидел его и сбежал, оставив меня одну.
— Чао, дорогая, — бросает Джордж, этот предатель, явно не желая мешать и надеясь, что мы с Коннором все-таки сцепимся, ведь он только этого и добивается.
— Что тебе нужно, Коннор? — спрашиваю я холодно, безо всякого энтузиазма, начав собирать наши с Джорджем чайные чашки со стола.
— Не хотела бы ты пообедать со мной? — спрашивает Коннор, его губы растягиваются в мальчишеской улыбке, которой не было ни мгновение назад, ни никогда.
— Ты, должно быть, издеваешься надо мной, — выпаливаю я, едва не выронив изящные чайные чашки от удивления и совершенно не понимая, в какие игры он пытается играть с Фрэнком Штейном.
Очевидно, что я стала центром какого-то ссаного соревнования за первенство. Зачем еще им обоим находиться в моей комнате и приглашать меня на свидания в последние двадцать четыре часа? Кто-то явно решил сыграть со мной злую шутку.
— Не хотел бы ты рассказать, что делал в моей спальне? — спрашиваю я слишком язвительно даже для моих собственных ушей.
— Особого желания нет, — говорит он, следуя за мной по пятам.
— Тогда особого желания нет, — огрызаюсь я в ответ.
— Ладно, время для плана Б, — он дергает за перчатки, срывая их, а затем начинает расстегивать галстук.