Бремя феодала (СИ)

Тяжёлый вздох старого воина, и кивок.
— Хорошо. Но всё же, это форменное самоубийство.
— Под степняками живём. Вся наша жизнь — форменное самоубийство, — с улыбкой парировал я.
И не поспоришь.
А после того, как я задавил Тихую Смерть, Бернардо смог парировать нападки своего «дядьки», то бишь наставника, приставленного отцом контролировать деяния отпрыска, и составил мне компанию.
— Ричи, ты объявил поход против них, — пояснил он, когда мы отошли. — Я еду с тобой, но я не декларировал на всю страну про сортирную яму. Меня, если что, они не тронут. Тем более они — люди герцога Картагены, а тот наш давний семейный друг и партнёр. Поехали.
В общем, мы выдвинулись, оставив войско в часе пути за спиной. С нами было по десятку личной стражи, и отдельно следом двинулся отряд «незнакомых нам» наёмников человек в двадцать, которые должны будут въехать в город с северо-запада, с противоположной стороны, и независимо от нас поселиться или в той же таверне, или около. У них будет своя миссия, и пересекаться с нами им запрещено.
Бернардо пришлось наскоро переодеть, позаимствовав для этого шмот у наших воинов с бору по сосенке.
— Рикардо, ты уверен, что нужно идти в ЭТОМ? — кривился герцогёныш. Я был непреклонен.
— Конечно. Ты — сын нищего барона с Севера. У тебя только меч и кольчуга. С какого ты выряжен, как наследник герцога Бетиса? Это палево, брат. Давай, надо соответствовать образу.
— Спасибо, что не рубище! — фыркнул он.
— Надо будет для образа — и рубище наденешь.
Гвардия его тоже переоделась, но у парней была одежда «попроще». Воины народ запасливый.
— И вообще, чтобы судить о богатстве мужчины, — изрёк я умную мысль из своего мира, — нужно смотреть не на него, а на его женщину.
— Золотые слова! — хохотнул мудрый убелённый сединами наставник Берни, присутствоваший во время переодеваний. Палатку мы не ставили, просто отошли подальше от лагеря. — Ричи, а про женщин что скажешь? По ним что и как можно судить?
Если вы не поняли, я в этом мире играю роль клоуна. Эдакий Зелинский своего времени/мира. Повелитель, постоянно устраивающий развлекательные шоу.
— Про женщин… — Я картинно задумался. — А чтобы понять, хорошо ли женщина сосёт, надо смотреть не на неё, а на её мужчину.
Взрыв хохота. Да уж, от роли клоуна теперь не отмыться.
— А это что за epidersiya? — кивнул я на богатство, хранимое в этой кладовой. Войско отдыхало, с утра в поход, а Ингрид приспичило начать обходить владения, и чтобы я составил ей компанию. То ли хвастается, то ли отчитывается, раз я приложил руку к её баронованию…Слово-то какое. То должен дескать посмотреть и восхититься. Ибо это добыча, а добыча — святое понятие.
Старые Аранды обнесли замок, но вынесли только то имущество, которое легко переместить и продать. Серебро, кое-какие металлические изделия, оружейку, вот, бессовестно обчистили. Ширпотреб оставили, но все более-менее дорогие варианты броней и кольчуг уехали в направлении севера. На кухне ни одного серебряного кубка тоже не оставили — куда годится! А тут — ткани.
Ткани в этом мире считаются ценным активом, ужасно дорогие. Особенно цветные. Но при этом много весят и имеют габариты. Думаю, если б у семейства было больше времени, они бы вывезли из замка всё подчистую, включая мебель, невзирая на присутствие новой хозяйки. Но сейчас спешили, и всё габаритное оставили, взяв только то, что легко унести и протащить мимо моего недреманного ока. Думаю, они просто считали, что был риск попасться на глаза Великому и Ужасному мне, вдруг посмотрю на их рудокопские изыскания всего ценного, пожадничаю, передумаю и вышвырну без гроша? Вот и сдриснули, взяв только самое-самое, лишь бы побыстрее. Синица в руке лучше коровы на лугу.
И теперь мы с девчулей ходим и смотрим, что семейство в спешке оставило «на развод» новым владельцам? И, знаете, кое-чем они смогли нас удивить.
— Дык, это… — Управляющий был бледен, его потряхивало, особенно в моём присутствии. И глаз периодически дёргался. Скорее всего, он в замке не задержится, но пока он тут главный и всё знает, и заменить некем — будем терпеть. — Дык, того, ваше сиятельство. Юная баронетесса… Младшенькая наша… Вышивать любила. Для неё сие богатство.
 
— На полотнищах вышивать?
— А чего б и нет? — А это заступилась за чела Ингрид. И я затих — и правда, чего я меряю всё мерками своего мира? Прошёлся по кладовой, разворачивая рулоны, проверяя качество. Свет только от ламп — никакого открытого огня, спалю всё к чёрту!
Куски ткани. Много-много кусков ткани. Рулоны. Самой разной по качеству и цвету. В основном шерсть и хлопок, но были и более лёгкие материалы, названия их Ричи не знал. Не шёлк — шёлка тут нет, но что-то очень тонкое и мягкое. А палитра какая интересная! Синий цвет, красный, зелёный, лимонно-жёлтый. Краски непривычные, и строго дозированные — нет переходных тонов. Тут нет химии и химической промышленности, которая сварганит любой колер, только номер в каталоге ткни. Все красители — натуральные. Из травок вытяжки, из цветочков, или из руд каких-нибудь, не разбираюсь в вопросе. Растворители для их получения используют также привычные местным, существующие в природе — уксус, хлебное вино (спирт процентов пятьдесят-шестьдесят) и органические растворители на основе нефти. Нефть тут уже умеют перегонять, просто кустарно, очень некачественно и с низким выходом. А потому, что не вкурил ещё народ, зачем это делать массово, сбыт очень сильно ограничен. А значит и предложение тормозится. Для осады крепостей и сырая подойдёт, как и для тех же ламп. У нас тоже перегонка началась только после того, как пипл подсел вначале на иглу китового жира, который массово использовался в лампах для освещения, и после, с исчезновением китов (почти всех истребили) нужно было огромную зияющую нишу спроса чем-то заполнить. И керосин пошёл на ура.
Угу, нефть перегоняли ради какого-то керосина! Остальное сливали в землю и сжигали. Слов нет, как материться хочется от нерациональности — иногда послезнание — то ещё испытание.
Кстати есть несколько бодрых идеек насчёт нефти. Как побью орков, к осени, надо будет съездить в те болота на Терра-Бланку, посмотреть, как там и что. Думается, я стану первым в этом мире графом, имеющим высококачественные асфальтовые дороги. Ну и керосин пригодится, а как же. Буду народ приучать жечь минеральное сырьё и беречь природу — у нас на Юге очень мало деревьев, это ценность. И кроме этого есть мысли об использовании… Но о них ещё позже.
— Вашсиятельство, вашмилость, могу показать работы её милости, — родил идею управляющий. — Она не забрала их. Не успела, наверное.
— А и покажи! — расслабился я. После чего мы вернулись в комнату, сопредельную с комнатами юных красавиц-дочерей казнённого, где долго-долго рассматривали расшитые цветными, в том числе золотыми нитками, узорные скатерти, платья, головные уборы, всякие мантильи-шляпки-платки. Вручную расшитые! Ручками потомственной баронессы, однако! Талантливая девочка оказывается. И отдельно — расшитый золотом флаг баронства, огромное полотнище со львом на алом фоне. Теперь это герб Ингрид, и сама Ингрид от такого вида слегка присела.
— Красиво! — восхитилась она. — Повесьте завтра это полотнище на флагшток над донжоном. Чего это такой флаг в темнице кладовой пылится?
— Дык… Оно ж истрепается. А это работа баронетессы… Понял. Завтра же с утра, на построении поднимем! — вытянулся управляющий.
Я снова улыбнулся. Такую красотищу, да на хорошей ткани, сделанную по всем канонам, не вешали над замком только потому, что жалели труд юной красавицы. Фетишировали, понимаешь. Ингрид практичная, и создательница шедевра ей никто, пропадать вещи не даст. Мне же, глядя на льва, вставшего на дыбы на красном фоне, пришла в голову очередная идиотская мысль из разряда шалостей. Ну а почему бы и нет? Я здесь в возрасте студенчества в конце концов. А студенты те ещё выдумщики и весельчаки.
— Скажи, есть в замке хорошие швеи? — спросил я потеющего типа. — Несколько штук. Чем больше — тем лучше.