Бремя феодала (СИ)

— Я не сломаю систему к чертям — система останется. Как и король. И благородные, которые будут называться «дворяне». Но я не говорю, — коварно продолжил я, сощурившись, — что мир останется прежним. Отнюдь.
Затем мы сверлили друг друга взглядами и он не выдержал:
— И каким станет мир?
Я бегло пожал плечами.
— Увидите. Увидите и привыкните. Другие же привыкли.
И вошёл в палатку.
— Ты демон, Пуэбло!
Пришлось тяжело вздохнуть и выйти.
— Клавдий, — зашептал я ему, дав сигнал отрокам: «Всё в порядке». — Клавдий, открою секрет. Королевство на грани грандиозного шухера. И это будет не гражданская война между герцогами и королём, как вы думаете. С неё всё начнётся. А затем голову поднимут ОНИ, — теперь я сделал страшные глаза. — И ОНИ, мать твою, будут вас резать! Так уже БЫЛО, я ЗНАЮ это.
Только в месте, где это было, больше не было никого — только люди. Вас же, вашу мать, сожрут орки! А кто убежит в леса — вздёрнут эльфы, которые решат поквитаться за прежние поражения.
А потому, твою бога душу, Клавдий, ты волен поступать как знаешь, бороться за что хочешь — я тебя не держу. Но лично я собираюсь ИХ возглавить! Понял?
Мы вновь долго буравили друг друга взглядами… И, наконец, служака, а инквизитор (следователь) это потомственный служака, успокоился, взгляд его потух, после чего не низко, но уважительно поклонился.
— Клавдий будет с тобой рядом, Рикардо. — Помолчал, не поднимая глаза, и добавил:
— С возвращением, мой император! Я буду молчать — я умею. Работа такая.
И удалился. Я раскрыл рот, хапнул воздух, но так и не смог ничего сказать.
Йиху ж мать!
Снимая камзол (Наташа уже второй день спит с Бернардо. Спросила разрешения, не посчитаю ли я это предательством — я ответил, что понимаю, что Лесу нужно собрать информацию и по Бетису, сказал, не злюсь… Понимающе оскалилась в ответ), думал о Клавдии и о том, что он вдруг там себе надумал. Тут есть пророчество о возвращении императора и восстановлении Империи. Такое, наверное, было популярно ещё в пятом веке. И правда, тогда перед глазами был государственник Стилихон. «Последний римлянин» Флавий Аэций. Да даже Флавий Валерий Майориан тянул на человека, который МОЖЕТ. Ибо мог, просто не дали — время ушло. А потом они провалились в этот мир. Но вера в возвращение императора из практической плоскости ушла в мистическую, почти что религиозную. Ибо Флавии открыто декларируют, что оного императора ждут, и никто над ними не потешается.
Реформа черни, изменения мира? Они не привыкнут. Не беру в расчёт вариант, когда некому привыкать будет, допустим, у меня получится. Но пока благородные слишком привыкли смотреть на крестьян и простолюдинов, как на дерьмо, а значит надо мне поаккуратнее с такими речами, как сегодня. Делать дело, но тишком и молчком. А то следующий «Клавдий» догадается слишком рано, и мне под рёбра прилетит чем-то острым. Или в кубок накапают чем-то опасным, не совместимым с жизнью. Но вот дети всех этих сеньоров, если у меня выйдет, уже будут взирать на мир по-другому.
Ладно, это вопрос не сего дня, и даже не сего года. Пока же я по дурости выпустил из бутылки очередного джина, благородный люд сегодня угрозу почувствовал, и надо опасаться кинжала и яда уже завтра, невзирая на победы и материальную мотивацию, которую для них готовлю. Чёрт, и в этом деле, как уберечься, мои знания пасуют!
«Хреновый ты Лунтик, Рома…» — пришёл я к выводу, засыпая.
* * *
Мы двигались быстро. По местным меркам — метеоры. Не зря папочку называли «Молнией». Да ещё «Чёрной». Как ту машину из дурацкого фильма. Фильмов тут нет, моей иронии никто не поймёт, просто папулины гвардейцы покрывали сажей доспехи, чтобы те не блестели на солнце и не выдавали войско издалека. И вот так вот его сотня перемещалась, быстрее курьерского поезда, оставляя врагов в дураках.
Но как бы быстро мы ни ехали, голуби летят быстрее. О нас в Картагене знали, и в любой момент мы были готовы к гостям. Точнее к хозяевам, вышедшим встречать нас — это мы на их земле гости. Но пока реактивность феодальной средневековой системы была на нашей стороне — за четыре дня пути никто из местных силовиков не встретился, а стены Луз-де-ла-Луны покажутся к вечеру. Картагена большой торговый город, тут бывали если не все, то почти все из моего воинства, и я сам ездил в этих краях с отцом неоднократно — проводников хватает, инфа точная. Но вот как быть с собственно городом?
 
Города о нас тоже знают, и в ворота не пускают. Ждать кого-то из местных и уговорить впустить? «Уважаемые, гадами будем, у нас доказательства их вины»? «Псы» смоются. Даже если мы перекроем все ворота, есть вероятность, что уйдут «козьими тропами», мы ж не знаем городских потайных ходов. А они на службе герцога, его люди — городские предпримут всё, чтобы не позорить сеньора. А если не смоются — растворятся в городе, и горожанам прикажут их не выдавать (повторюсь, «Псы» уже взяли у герцога контракт, и как тот будет выглядеть, если не защитит собственных наёмников?) И хрен мы кого найдём.
Нет, надо брать их с налёта, мочить «в сортире», плевав на репутационные издержки. Но, блин, КАК?
Что мы о них знали? Только то, что «Псы Гримо» должны быть здесь, в кольце этих стен. Не густо в общем. Следуя логике, они, скорее всего, оккупировали какую-нибудь таверну. Возможно даже не всю, если учесть что их около сорока человек, а это для хорошей таверны на торговом тракте не так и много. Особенно с учётом прижимистости сеньоров рыцарей — наверняка только командиры имеют отдельные комнаты, остальные спят в коллективных полуказармах человека по четыре на комнату — так дешевле, да и не баре, потеснятся. Во всём королевстве идёт найм воинов, и их наёмный отряд ожидает распоряжений герцога здесь, чтобы не нагнетать криминогенную обстановку в столице — ибо бухающие и веселящиеся дворяне это всегда проблема. Пусть лучше по окрестностям подождут. Когда надо, и тут получат сигнал выступать, и точку назначения.
Вообще-то найм подобных фрилансеров всегда осуществляется в последнюю минуту, непосредственно перед войной — чтобы зря не платить драгоценные деньги, коих много не бывает. Но с учётом того, что чем ближе боевые действия, тем выше расценки и ниже предложение на рынке, это делать надо не прямо за день до начала, а с небольшим временным лагом. По моим подсчётам, война должна начаться осенью, после второго урожая, плюс/минус. Осень вообще лучшее время для войн — есть чем кормить солдат и лошадок. Значит у меня совсем мало времени. И значит…
А что дальше «значит» я не понимал, одно могу сказать, надо торопиться. И с Феррейросом, и с легионом, и со всем на свете. А ещё наша зерновая афёра… Может накрыться. Ибо нас могут заставить продавать зерно.
А может наоборот, отодвинет войну — наши стены крепки, придите возьмите, а без зерна хрен вы навоюете! И останутся сеньоры в своих замках, не рискнув начать без продовольствия боевые действия. Нам же это даст сказочное увеличение цены, о каком не могли и мечтать, и передышку ещё на год, до следующего второго урожая.
Сложно. Голова пухла, я не знал, по какому сценарию, скорее всего, понесутся события — мало опыта. А потому не знал, что предпринять в первую очередь. А потому как в Евротуре, просто ехал к своей цели, которая с каждым переездом отодвигалась дальше и дальше. Там были Лондон, Париж, Братислава, Берлин… У меня же Магдалена, Аранда, Тахо, Каменная Переправа… Теперь, вот, Картагена на очереди. И тут, по закону жанра, тоже должны быть приключения.
— Йорик, притормози, — подозвал я ближника. Едущие впереди нас парни по знаку отъехали дальше, а сзади едущие — приотстали.
— Да, Рикардо? — отчего-то напрягся Йорик. Думает бить буду? Так хотел бы — уже б убил. Зря.
— Тут такое дело… — Я вздохнул, не зная, с чего начать. Голова немного гудела — спали мало, долго звездели у костра. Ну да ладно. Кстати, а едущая впереди эльфа нас, скорее всего, слышит — убеждался не раз, она способна услышать очень тихую и далёкую речь. Может это особая модификация для разведчиков и диверсантов? Не удивлюсь, если они и это могут. Грёбанные нелюди! Ладно, пусть слушает, не гнать же её вообще из войска?