Темный Патриарх Светлого Рода 5 (СИ)

— Я сдаюсь! — крикнул Харратур. — Синдерралан победила!
Он лечил себя, сдерживая гнев и шок. Но теперь снова активировал полёт и, окатив меня волной недовольства, улетел вниз искать свой меч с резонатором холода.
А вот его дочке мозгов как всегда не хватило. Я готовила телепортацию, втянув клинки. Кинжал окутал ветровой рассекатель — пусть слабее, но привычнее.
— Сдохни! — закричала Нириллин, открывая пасть. Чистая магия холода концентрировалась в способность драконьего дыханья.
Поток уже приближался ко мне… портал активируется, вокруг меня вспыхивает свет.
— Нет, остановись! — завопил Харратур, но было поздно. Я оказалась точно на её пути. Эта дура вложила всё до последней капли в атаку, полностью пренебрегая защитой.
Выставленный кинжал пронзил самую тонкую чешую сбоку её брюха. Меня рвануло инерцией её движения, но остроты лезвия хватило. Она сама рассекает себя. Появившиеся клинки один за другим на предельной скорости вонзались в открываемую рану, уходя глубоко в тело. Не все попали, но четыре углубились, вскрывая дракониху.
Болезненный вой ударил по ушам. Нириллин, кувыркаясь, падала на скалы. На её счастье, не слишком высокие. Клинки оставались внутри, не двигаясь, когда она боком завалилась на гору, сломав крыло.
— Не смей! Я тебя разорву, если убьёшь её! — взревел появившийся Харратур.
— Драконы не убивают друг друга без веской причины, — ледяным тоном объявила я на всю долину. — Она напала первой и за то, что я пощажу её, исполнит мой приказ.
— Хорошо, будь по-твоему! — тут же согласился старейшина и я выдернула клинки из раны. Отец забыл о себе и бросился исцелять дочь, хотя я не задела жизненно важных органов, просто причинила очень много боли. У самой тоже рука болела от сильного удара, но это мелочь.
К ней же слетел ещё один дракон, используя относительно мощную магию исцеления. По меркам людей — мастер. Но на фоне способностей знакомой полубогини — полный профан.
Я подлетела к обратившейся Эде, которая стояла на горном хребте, и обняла её. Я дома, сестрёнка вовсе заплакала.
Мы вернулись к городу, куда вскоре телепортировался и Харратур, держа в руках бледную дочь. Старейшина обжигал меня чистой ненавистью, но если он отступится от своих слов — мгновенно потеряет свой статус. Дракон, поправший честь и нарушивший слово, это крылатая ящерица с магией и не более.
Я сплетала в руке заклинание тьмы, весьма редкое и, наверное, не очень надёжное. Может быть даже Каспиан смог бы лучше, но просто резать мало.
— За подлое нападение на меня я забираю твои рога перед всеми, — громко объявила на всю площадь. Нириллин что-то ныла, но её поставили на колени. Взмах пространственного клинка…
Проклятие — незаживающие раны.
Со стуком раздвоенные загнутые назад рога упали на камень.
— Как думаешь, мне стоит забрать их и продать людям? — оскалилась я, смотря в красные, полные слёз глаза и подобрав один. Если обычный разумный убьёт дракона на ингредиенты или займётся их перепродажей, во всех трёх ближайших странах его казнят. Самое меньшее — лишат титула. Таков договор стаи и низших разумных, ведь за охоту на нас, фактически высших монстров, драконы сами истребляли людей и прочие расы. Это привело бы к тому, что боги, которым мы не подчиняемся, в итоге уничтожили бы нас. Либо мы бы преклонились перед кем-то, но в процессе было бы очень много смертей. Выгодным всем решением стало табу… но оно не касается самих драконов. — Впрочем, за такие едва ли сотню динар заплатят: моё время дороже.
Я швырнула рог на землю и пошла. Драконы мне одобрительно кивали. Они уважают силу, я её показала. А ещё некоторые теперь смотрели с прищуром на самого сапфирового дракона.
— Думаешь, бросить вызов? — спросила я у одного. Кажется… Тизортиллан… тяжёлые у нас имена. Точнее, я уже привыкла к людским.
— Да, — кивнул четырёхсотлетний алый дракон. — Малышка, ты молодец, но драконит старейшиной быть не может. Да и не победила бы ты его в истинной форме. Но ты показала, что он стареет и теряет хватку.
 
— Желаю удачи, — ответила я. Он один из немногих относящихся ко мне нейтрально, лучше, если он станет старейшиной. Кстати это опасно, такие битвы нередко заканчиваются смертью, если конечно прежний не оставит пост добровольно, но тогда передерутся молодые. Зато это позволяет удерживать драконов от бесконечных стычек.
А ведь мы малочисленны… иронично, но с людьми драконы могут иметь гораздо больше детей, чем друг с другом. Неплодовитость, короткие периоды готовности дать потомство, неудобства для драконих… Сколько нас тут — сотни две или меньше? У драконов нет особых проблем с близкородственными связями, лишь бы не с родной сестрой или братом. Живём мы долго, но остаёмся малым народом.
Конечно, в мире имеются другие стаи, есть пары или даже одиночки, живущие с людьми. Зато мы сильны… и не поклоняемся богам: нам это не нужно. А сами боги договорились не навязывать нам поклонение кому-то из их пантеона. Слишком мы полезные и сильные. За нас когда-то боролись и теряли много людей, чтобы получить недовольных служителей. Драконы уважают силу, но только собратьев. Признавать над собой богов, что сильнее от природы, мы не будем. Только если дракон сам покинет стаю и примкнёт к какому-нибудь роду — присягнёт по своей воле, он начнёт поклоняться богам.
Но теперь я… дома. Спустя все эти годы.
Дошла до Эды на внезапно потяжелевших ногах и обняла, зарывшись носом в белые волосы. Мы взлетели под вой и плач опозореной Нириллин. Сестрёнка ещё плохо управлялась с магией полёта, но последовала за мной к одинокой скале.
Другой сад, изменившиеся стены, ведь прошло слишком много времени. Молодые когда-то деревца стали гигантами, но это точно тот же дом. Я открыла прочную стальную дверь, поставленную на случай нападения монстров, и вошла внутрь. Тоже всё обновилось… осталась одна планировка. Но да, это мой дом! И предметы деревянной мебели знакомые! Сестрёнка тщательно всё отреставрировала.
Прошла в гостиную, села на диван и силы покинули меня.
— Я пока приготовлю праздничный ужин! Отдыхай! — воскликнула Эда и унеслась. Я последовала её совету, улыбаясь. Сняла сапоги и обняла свои ноги. Завалилась набок и просто заснула под звон посуды. Сестрёнка разбудила меня, выглядя обеспокоенно.
— Не переживай, я просто устала. Пошли, поедим, — я обняла её и прошла на кухню. Я не предупреждала её: связь-то здесь есть, но просто не стала. Сделала сюрприз, потому стол не был накрыт заранее. Но она поджарила отличные стейки, сделала овощной салат, вытащила очень вкусные шоколадные конфеты и бутылку коньяка… того же года, когда меня изгнали.
Мы поели, я помогла ей убрать посуду. Рассказывала о своих путешествиях, начав по порядку с момента нашего последнего расставания в Эленд. Это требовало много времени, но я не торопилась. Однако уже было поздно, и я отправила Эду спать, пообещав завтра продолжить.
Самой сон не шёл. Я снова села в гостиной и поняла… что внутри ощущается некая пустота: ужасная, бездонная, немыслимая. Я почти всю осознанную жизнь имела цель. Ясную и понятную, слова о которой сразу давали мне список задач на ближайшее время. Она диктовала мне, куда двигаться и что делать. Никогда не торопилась слишком сильно, иногда позволяла себе отдых, осознавая, что загоняю себя. Иногда впадала в депрессию, пока не стала крепче. Но всегда была цель и вот… я её достигла. Я здесь, и не знаю, что мне делать дальше.
Семья? У меня нет семьи: Эда сестра по отцу и я люблю её, но у неё должна быть своя жизнь. Она мне родня, но не семья. Сражаться? С кем мне здесь сражаться, в окружении сотен драконов? Только спарринговаться да ловить побольше духов. Сила ради силы.
Каждый дракон чем-то занят в своей долгой жизни. Кто-то делает артефакты, занимается алхимией, исследует магию, куёт клинки или занимается творчеством — картины, статуэтки, книги. Кто-то любит читать или просто созерцать мир. Сражения, только чтобы изредка развеяться — никто из нас не живёт битвами. Что бы ни думали некоторые люди, истинные драконы миролюбивы. Низшие — да, просто разумные монстры: но их потому почти истребили.