Record of Long yu Feng saga(DxD) (СИ)
С тревожного сообщения-приказа прошло две минуты. С сигнала общей тревоги для лагеря и начала криков — полторы. Для образцово показательных выступлений-учений, когда все готовы, находятся на своих местах и выжидательно напряжены аки застывший в позиции низкого старта спринтер, это прорва времени на одеться и активировать все контуры защиты. Но для реальной боевой ситуации это далеко не тот срок, за который можно приготовиться к тому, что произойдёт уже в следующую секунду.
Командир части нервно вздохнул, ощутив совершенно неприкрытые магические возмущения от массового телепорта прямо в центр расположения, а затем и более мелкие, множественные, по периметру. Выглянув в окно, вояка стиснул зубы до играющих на скулах желвак и мысленно матюгнулся, враз уяснив что никакие стандартные меры предосторожности как раз от подобного не помогли, и его демонов застали почти что со спущенными штанами… да ещё и не абы кто, а хорошо узнаваемый Фальбиум Асмодей (высокий лысый мужчина с бородкой и застывшим на лице «ленивым» выражением) собственной персоной в боевом доспешном облачении. Плюс «штыков» пятьдесят его личной гвардии. Противник пришёл во всеоружии, с ясно различимыми намерениями, и даже по одному лишь виду стало понятно, что церемониться ни с кем не собирается. Для военного лагеря это был конец.
…Или нет?
Следом за прибытием правительственных сил, сразу же открывших магический огонь на подавление по неготовым к такому бойцам Крузерея, из кругов переноса показались подкрепления самих «Асмодейцев», плюс какие-то мутные разношёрстные наёмники, также сходу вступившие в рубку на стороне воинов фракции старых владык. И тем не менее, силы это, увы, не сравняло: ранее известный как Фальбиум Гласия-Лаболас, новый владыка Асмодей играючи блокировал своей фирменной защитой почти всё, что отправлялось на него в центр лагеря со всех сторон, прикрывая тем самым собственных гвардейцев.
Уже в первые пять минут полегли почти все поголовно показавшие себя нетвёрдыми на дух и дисциплину наёмники, присланные в качестве «мяса», а также солидная часть местных бойцов. Первые, быстро уяснив весьма невыгодную расстановку сил, пытались (именно что пытались) сдаваться целыми группками, когда вторые бились до конца, ещё надеясь на чудо и Крузерея. Лояльные же новым владыкам демоны, нехарактерно для себя и для репутации Четырёх Сатан, не щадили никого, предварительно проинструктированные о практической невозможности в этот раз взятия живых в плен из-за рейдовой тактики. Множество сил стянуто в столицу для защиты мирного населения, а малые ударные группы вроде этой, под командованием Фальбиума, уже успели превентивно посетить не один подобный лагерь… и каждый раз уменьшать собственное количество, оставляя надсмотрщиков, было крайне нелогично. Редкие исключения в этом плане таки делались, но лишь когда у полностью разбитых комбатантов фракции старых владык оказывались чудом выжившие, с серьёзными травмами и уже явно не способные улизнуть, перегруппироваться и продолжить бой в другом месте. Со стороны напавших на лагерь, кстати, значились несопоставимо меньшие, единичные потери, в основном по периметру, который удерживала хорошо скоординированная цепочка гвардейцев. Командир лагеря, естественно, также вынужден был вступить в сражение с первых же мгновений, так как в противном случае ему скоро вообще не осталось бы кем командовать. Перекрикивая шумы битвы, он то и дело отдавал приказы о сборе в единый «кулак» и прорыве сквозь периметр, однако большинство его связанных боем бойцов оказались либо неспособны выполнить приказ, либо же просто не слышали крик своего главного из-за постоянных взрывов и напряжённого рокота полей защит, сталкивающихся с атакующими магическими конструктами. Когда же в свою очередь полноценно ударил сам Фальбиум, в своей столь же фирменной как и защита неторопливости составив собственный беспроигрышный план (или уяснив наконец для себя дальнейшее отсутствие необходимости прикрывать личных гвардейцев), то принявший удар, ухнувший и побледневший командир лагеря понял, что несмотря на подмогу им всем осталось жить лишь с минуту. Связи с командованием, конечно же, теперь не было даже экстренной: напавшие озаботились соответствующей маготехникой, так что полагаться можно было лишь на самих себя. Учитывая, что подкрепления пришли какие-то минуты назад, то новой помощи ждать скорее всего уже не придётся…
И стоило в подобном ключе подумать тем из резидентов военного лагеря, кто ещё сохранил здравость суждений несмотря на дышащую в затылок смерть, как ситуация опять изменилась, как минимум на миг заставив серьёзно удивиться даже Фальбиума.
— Асмодей-сама! — Послышались радостные восклицания бойцов Крузерея с одной стороны лагеря, где воины уже успели попрятаться в неровностях изрытого воронками ландшафта, и могли видеть лишь то, что происходит прямо над их головами.
В воздухе над наибольшим скоплением своих живых сил, неподалёку от командира лагеря появилось из круга переноса новое действующее лицо. Серая кожа, заострённые уши, собранные в пышный высокий хвост волосы, практичная чёрная с красными ремнями военная форма аристократа и тёмно-фиолетовый плащ, а также ощущение давящей лишь немногим меньше чем от Фальбиума силы — это определённо был он, сам Крузерей Асмодей.
Вот только он был не один, и поэтому тем из остальных воинов фракции старых владык, у кого была редкая возможность созерцать поле битвы полностью, оставалось лишь поражённо промолчать. Как промолчали и гвардейцы другой стороны — отчасти из-за более высокой дисциплины, ну и ещё также из-за непонимания происходящего.
Одновременно с кругом переноса Крузерея появились ещё два: первый — просто большой, в стороне, почти у периметра, заставивший цепочку удерживавших оный периметр воинов разойтись, и второй — в диаметрально противоположном конце лагеря. Второй спустя секунду разделился… или скорее размножился, то есть на поверку оказался специфическим массовым, и своими особенностями походил на создаваемые круги переноса у падших ангелов. Собственно, из него и вышел сначала… аналогично легко узнаваемый благодаря двуцветной шевелюре губернатор падших, Азазель, а затем и с десяток его приближённых подчинённых, с уровнем силы от трёх до четырёх пар крыльев. В свою очередь из первого же вылезло некое гротескное подобие дракона, и на этот раз опознать незванного гостя так сходу удалось мало кому, ведь по внешним признакам он знаком лишь самым опытным из присутствующих: уродливые узловатые лапы с крючковатыми длинными пальцами, напоминающая прогнившую корягу вытянутая морда, неровные ряды чешуек в виде древесных листов жёлто-бурого цвета, да кое-где виднеющаяся фактура древесной же коры у менее защищённых участков кожи, например на перепонках столь же уродливых крыльев.
— Злой Дракон Ладон. — Безошибочно определил имя никем не ожидавшегося гостя разнёсшийся при помощи магии по всему дружно притихшему полю боя голос Азазеля, которого также мало кто из присутствующих тут вообще-то ожидал.
— Хм-м-м… — Вторил ему Фальбиум, лениво посматривая то на дракона, то на своего «тёзку»-Крузерея, попутно в мыслях гадая над тем, собираются ли они скооперироваться как он сам с Азазелем, или же таки нет, что существенно облегчит задачу.
— ЧТО ЗА КОЗЯВКА? — В ответ на слова падшего визгливо рыкнул полудракон-полудерево.
— Я, конечно, знал, что этот трусливый псих смог заинтересовать драконов… — Сурово взглянув на Ладона, высокомерно процедил Крузерей без усиления голоса магией (впрочем, все кому надо его всё равно услышали). -…И что наш главный «партнёр» смог ими манипулировать, запудрив мозги, но… как же не вовремя они решились их задействовать! Чего мне вообще ожидать от Злого Дракона, ангел его дери?!
— Гвардия, эти падшие сегодня — за нас! — Оповестил вслух Фальбиум своих демонов, на секунду отбросив ленивость, после чего выдал уже мыслеречевой приказ: — «Вторая группа держит дракона! Третья — в воздух! Перестроиться в «клыки» и прикрывать падших!»
Нехарактерно для себя промолчав на слова Ладона и Крузерея, Азазель также раздал приказы, и хотел было уже включиться в надвигающееся веселье с напрягшимися и готовыми к бою в любую секунду воинами, как его остановила фраза Асмодея, который не нынешний владыка, а рождённый с этой фамилией.