"Фантастика 2025-78". Компиляция. Книги 1-15 (СИ)
Во взгляде молодого графа мелькнуло совершенно искреннее непонимание. Поднявшись на ноги, он легко сжал пальцы свой собеседницы и, чуть покачав головой, медленно и удивленно проговорил:
— Я не понимаю, о чем ты говоришь, Татьяна. Я вовсе не делал того, о чем ты…
— Даа? — девушка недовольно нахмурилась, — А кто это, интересно, несколько дней подряд фактически не разговаривал со мной, да еще и избегал меня постоянно?
— Нет, это… — блондин явственно замялся, — Ты не так поняла, я просто… Той ночью я вел себя, кажется, слишком развязно, и подумал… Может, тебе неприятно…
— Неприятно с тобой общаться? — Татьяна, даже приоткрыв рот в недоверчивом изумлении, чуть сильнее сжала руку собеседника, упирая свободную в бок, — Да ты с ума сошел! Эрик, та ночная прогулка была совершенно чудесной, тогда не было ничего такого, что можно было бы назвать развязным, как ты выразился! Что же выходит, из-за этих глупых мыслей ты был готов поставить крест на нашем с тобой общении? Если бы я тебя не поймала сейчас, ты бы так и не попытался его продолжить?
— Нет, — хозяин замка, тоже чуть нахмурившись, категорично повторил, — Нет. Сейчас я шел к тебе, чтобы поговорить… Но если об этом зашла речь, то почему бы тебе не объяснить мне и свое поведение?
— А что с ним не так? — Татьяна озадаченно осмотрела себя, будто надеясь найти на платье ответ на этот вопрос, и вопросительно воззрилась на собеседника. Тот вздохнул.
— Я не понимаю, почему ты не боишься меня. Мало того — ты тянешься ко мне, как будто я что-то… кто-то очень хороший, светлый и добрый. Ты общаешься со мной не как с монстром, и это… странно. Ладно сейчас, но ты ведь даже когда только появилась здесь, не боялась меня. Почему?
Девушка думала над ответом не более секунды.
— Потому, что я не считаю тебя монстром, — спокойно ответила она, — И никогда, собственно, не считала. Даже когда ты пытался испугать меня своими словами о том, что у тебя нет души, которая, на самом деле, у тебя явно присутствует, о том, что ты не человек… Я никогда не думала о тебе, как о каком-то чудовище. И, чем больше тебя узнаю, тем больше убеждаюсь в своей правоте, — Татьяна улыбнулась и, взяв собеседника и за вторую руку, заглянула ему в глаза, — Потому меня и тянет к тебе. А… тебя ко мне?
Эрик лишь кивнул в ответ и, подавшись вперед, легко коснулся губ собеседницы своими. А затем, отстранившись, поинтересовался, пряча смущенную улыбку:
— Так ты хотела показать мне зеркало?
Девушка в свой черед кивнула и, продолжая держать блондина за обе руки, потянула его следом за собой.
* * *— Эрик, как ты относишься к глупым вопросам? — Татьяна, сидя на кровати в своей комнате, и в раздумье покачивая ногой, задумчиво же взглянула на хозяина замка, с любопытством изучавшего свое отражение в зеркале. Последний чуть приподнял брови и, обернувшись на собеседницу через плечо, улыбнулся.
— Зависит от того, о чем этот вопрос. Что ты хочешь узнать?
— Да я просто так… — девушка, немного смутившись, прекратила качать ногой, — Что-то так думала, думала, и подумала… Почему Винс всегда сидит в клетке?
Эрик хмыкнул и снова обратился к своему отражению, зачесывая пальцами волосы назад.
— Потому, что не думаю, что Роман будет в восторге, если лев будет гулять где захочет. А если учесть, что теперь у нас есть еще и кошка… Кажется, когда-то я ходил с такой прической, — блондин, продолжая удерживать волосы зачесанными назад, снова обернулся к девушке.
— Тебе идет, — кивнула та, — Но Винсента ты, по-моему, недооцениваешь. Он ведь умный… местами. И ими же воспитанный. Наверное.
— А кто бы его воспитал? — интантер, усмехнувшись, взял с туалетного столика расческу и принялся старательно приглаживать ей упорно ниспадавшие на лоб волосы, — Дрессировщиков среди нас с братом нет.
— И Роман дурной пример подает… — Татьяна вздохнула и, поднявшись на ноги, решительно отобрала у молодого человека расческу, — Садись, я попытаюсь помочь.
Граф де Нормонд, не отвечая, послушно присел на краешек кровати, всем своим видом выражая покорность судьбе как таковой, и рукам девушки в частности. Татьяна же, принявшись аккуратно и старательно зачесывать назад светлые волосы молодого дворянина, продолжила прерванный разговор.
— Я просто думаю, ему бы было полезно порой выходить размять лапы. Хоть по подвалу погулять…
— Но я ведь с ним периодически гуляю, — Эрик покосился в зеркало и пожал плечами, — Таких зверей, как правило, и держат в клетках… Хотя, быть может, ты и права.
— Да, если они не живут на воле, — девушка слегка вздохнула и, решительно пресекая попытки молодого человека повернуться к зеркалу, добавила, — Если ты будешь вертеться, то на голове у тебя получится скорее клубочек… или комочек, но уж никак не прическа.
— Я буду знать, кого винить в этом, — Эрик хитро улыбнулся и, подмигнув своему личному цирюльнику, поинтересовался, — Неужели же у меня до такой степени непослушные волосы?
— Они просто за три века отвыкли от прически, — Татьяна пожала плечами, как бы оправдывая светлые пряди собеседника и, в последний раз проведя по ним расческой, довольно добавила, — Готово. Если не дышать, прическа может продержаться целых десять минут.
— Внушает надежду, — фыркнул тот, осторожно поворачиваясь к зеркалу, — По-моему, раньше она держалась дольше.
— Я ведь говорю — за три столетия твои волосы отвыкли от такого положения, — напомнила ему собеседница, — Сейчас люди для таких целей используют такую штуку, как лак. Или гель.
— Это что-то… вроде помады, да? — блондин вопросительно перевел взгляд на девушку. Та уже хотела, было, отрицательно покачать головой, заявляя, что гель для волос и помада — это явления совершенно разного рода, как вдруг неожиданно вспомнила, что прежде и в самом деле существовала традиция помадить волосы. Чем являлась субстанция, которой мазали шевелюру, она представляла довольно слабо, но, вероятно, это и в самом деле было что-то вроде геля.
— Ну… да, полагаю да, — она слегка вздохнула и с несколько виноватым видом пожала плечами. До чего же сложно обучать парня, до недавнего времени фактически живущего в среднем веке, жизни в современном мире…
Неожиданно донесшийся до слуха девушки странный шум откуда-то со стороны коридора или даже, быть может, гостиной, заставил ее насторожиться. Хозяин замка, медленно поднявшись с кровати, едва заметно сдвинул брови, переводя взгляд на дверь. Татьяна, стоящая возле него, чуть поежилась и, приглушив голос, дабы тот, кто шумел, вдруг не услышал ее, произнесла:
— Что это было?..
Молодой человек внимательно глянул на нее.
— Значит, ты слышала?
— Ну… в общем и целом… — девушка неопределенно пошевелила в воздухе пальцами, — Да. А что, не должна была?
— В общем и целом нет, — Эрик мрачновато усмехнулся, — Знаешь, мне кажется, укус вампира все же оказал на тебя определенное действие… Если только ты не всегда так хорошо слышала.
Татьяна устало потерла переносицу.
— Хочешь сказать, что вампиризм у меня с рождения в крови, даже не смотря на то, что я не вампир?
— Я не знаю, — развел руками блондин и, мягко сжав ладонь собеседницы, потянул ее к двери, — Идем, посмотрим, что это был за звук.
— Идем, — девушка слегка вздохнула и, сжав в ответ ладонь молодого человека, последовала за ним.
Уже идя по, как обычно, темному коридору, направляясь вместе со своим спутником в сторону гостиной, она неожиданно даже для себя, вдруг поинтересовалась:
— А свет тут не предусмотрен?
— В коридоре? — удивление в голосе хозяина замка было хорошо слышно даже с учетом отражающегося от стен эха, — Не знаю. Мне, кажется, здесь вполне нормально и так, разве нет?
— На видение в темноте мой «вампиризм» не распространяется, — хмыкнула в ответ Татьяна, — Хотя, конечно, я уже немного с ним сроднилась. С коридором, а не с «вампиризмом». Но вдруг кто-нибудь не сроднившийся забредет по случайности, скажем, в подвал к Винсенту?