"Фантастика 2025-78". Компиляция. Книги 1-15 (СИ)

Винсент, решительно не ожидавший подобных заявлений, непроизвольно отступил. Находится рядом с человеком, который зачем-то хотел затащить его к себе домой, желания у него не возникало.
— Так я был прав? — Роман, удивленный не менее прочих, растерянно перевел взгляд на хранителя памяти, вспоминая собственную шутку, высказанную перед самым выходом из замка, — Он и в самом деле ждал, пока вернешься ты?
  
— Что за… чушь! — Винс, изо всех сил пытаясь скрыть поражение в голосе, непонимающе тряхнул головой.
Альберт же, казалось, только и ждал этих слов, добиваясь именно такой реакции. Улыбка его неуловимым образом изменилась и, если прежде казалась приветливой, лучилась удачно фальсифицированным дружелюбием, то сейчас стала откровенно пугать. Маг легко вздохнул и, подняв свободную руку, небрежно провел ладонью по волосам, не то приглаживая их, не то, напротив — еще больше взлохмачивая.
— Ах, Винсент, Винсент… — он неодобрительно прищелкнул языком и, покачав головой, усмехнулся, — Ведь ты, казалось бы, немного сведущ в магии, по крайней мере, способен понять некоторые ее аспекты. Неужели тебе никогда не приходило в голову, что ты сам можешь являться превосходным и любопытнейшим объектом для изучения?
— Ты его что, препарировать, что ли, собираешься? — Роман, уже несколько секунд как подыскивающий наиболее оригинальный ответ на неожиданные наезды дядюшки, наконец, не выдержал и решил обойтись тем, что есть в наличии, — Неужели никогда не приходило в голову тебе, дядя, что это называется плохим и гадким словом «вивисекция»? Мы нашим зверюшкам таких жутких слов не рассказываем и котика нашего в обиду не дадим!
— Это благородно, — одобрил мужчина и, виновато вздохнув, развел руки чуть в стороны, разумеется, не выпуская при этом трости, — Я бы мог, конечно, солгать, сказав, что последую вашему примеру и не стану запугивать вашего… котика такими вещами, но не буду. И, коль скоро вы не желаете отдать мне этот прекрасный объект, мне придется забрать его силой.
— Один против шестерых, — девушка фыркнула, окинула взглядом своих спутников и поправилась, — Пятерых. Как-то не равноценно получается, ты не находишь, папа? — последнее слово в ее устах прозвучало, наверное, также, как и в устах Романа звучало слово «дядя». Ничего искреннего в нем не было.
Альберт на мгновение закусил губу, призадумываясь, затем согласно качнул головой.
— Пожалуй… Мне бы следовало пожалеть вас, ибо пятеро против меня — это и в самом деле чересчур мало. Ну, что же… — он неожиданно немного повернул голову, как будто обращаясь к собственному плечу, и усмехнулся, — Тогда придется внять его просьбе и не поступать с детишками столь жестоко.
Слова отзвучали, повергая слушателей в некоторое изумление, даже можно смело сказать, — довольно сильное изумление. Понятного в них, казалось, не было ничего и догадки об истинном значении как слов, так и жестов еще только начинали теплиться в сознании каждого из них, когда маг неожиданно поднес руку к левому плечу и легким, изящным движением стряхнул с него незримую соринку.
В воздухе мелькнуло что-то белое, а в следующую секунду, берясь как будто бы из ниоткуда, рядом с ним вырос высокий, бледный, как полотно, мужчина со столь же светлыми, неестественно белыми волосами и прозрачно-зелеными глазами. Одет он был, в отличие от человека, которому — по своей ли воле или же против нее — повиновался, достаточно тепло: вместо тонкой рубашки, красовавшейся на нем в прошлый раз, сейчас плечи его обтягивало легкое, светлое весеннее пальто с высоким, наглухо застегнутым воротом. Полы его легонько развевались от налетающего порою несильного ветерка, шевелящего также и аккуратно зачесанные назад волосы мужчины.
По сравнению с Альбертом, приведшим или призвавшим его сюда, этот человек казался истым дворянином. Все в нем дышало аристократизмом — и гордая осанка, и чуть приподнятый подбородок, и тонкая улыбка на красивых губах, и легкий, полупрезрительный прищур светло-зеленых глаз… Пожалуй, никогда еще на памяти обитателей замка, видевших его прежде, он не выглядел столь благородным, никогда не производил столь сильного впечатления, которое не портил даже тот факт, что под пальто мужчина предпочел одеть не более подошедшие бы образу брюки, а обычные джинсы. Сейчас, при взгляде на него, трудно было представить, что когда-то этот человек носил вытертый фрак и, почтительно сгибаясь в поклоне, прислуживал в замке в качестве мажордома.
— Господа, — голос его, не то хриплый, не то сиплый, но какой-то по-особенному приятный, очень мягкий и бархатный, легкой волной коснулся слуха обитателей замка. Мужчина склонился в едва заметном поклоне.
— Весьма несчастлив видеть всех вас.
— Это взаимно, — не преминул выступить Роман и, очаровательно улыбнувшись, прибавил, — Я, как и дядя, не слишком жалую предателей. Жаль, твой дом спалить пока не получилось, а то прямо даже как-то хочется.
Ричард, бросив на виконта недовольный взгляд, тихо вздохнул. Напоминаний о вреде, тем или иным способом причиненном ему, он не любил, а этот молодой человек, словно специально (а может быть, и в самом деле так) регулярно вспоминал об этом.
— Так вы решили пойти по стопам дяди, господин виконт? — альбинос, слегка приподняв брови и демонстрируя вежливое изумление, тонко усмехнулся, переводя взгляд на мага, — Полагаю, он мог бы гордиться вами.
— Мог бы, — не стал спорить Альберт, — Если бы только племянник, часть моего любимого эксперимента, не стал моим разочарованием. Но, увы… Гордиться я могу скорее другим своим родственником, — и, завершив тираду, он мягко повернул голову в бок и чуть слышно позвал, практически выдыхая в пространство одно лишь имя, — Луи!..
Повинуясь этому зову, как будто бы отвечая на него, вновь безо всяких предпосылок вроде вихря или столба пыли, безо всевозможных спецэффектов, немного сбоку от той самой пристройки, возле которой по-прежнему стоял маг, появился высокий, очень красивый молодой человек в весьма необычной позе.
Правая рука его сжимала какую-то книгу, к странице которой был прикован его взгляд, левую он, видимо, будучи впечатлен событиями произведения, запустил в темно-русые, чуть вьющиеся волосы, локтем при этом явно облокачиваясь на какую-то, оставшуюся в другом месте, стену. Не поднимая взгляда, продолжая увлеченно читать, он вытянул левую руку, пытаясь нашарить ту самую стену и, не обнаружив ее, равнодушно махнул рукой, закусывая ноготь указательного пальца.
Альберт, судя по всему, ожидавший отнюдь не такого явления своего любимого племянника, негромко кашлянул.
— Людовик.
— Да-да, — невнимательно отозвался юноша, не отрываясь от книги, — А ты разве не ушел в гости?
Маг слегка вздохнул и, послав обитателям замка, созерцающим все это с невольными улыбками, улыбку несколько виноватую, извиняющуюся, кивнул.
— Ушел. И ты тоже.
— А? — молодой человек, определенно не поняв последнего заявления дяди, с видимой неохотой оторвался от чтения, поднимая недоуменный взгляд. Обнаружив себя совершенно в другом месте, он удивленно моргнул и, переведя взор изумрудно-зеленых глаз с призвавшего его сюда собеседника на всех остальных, моргнул еще раз.
— Ух ты. А вот и гости, — констатировал парень и, дунув на страницу книги, очевидно делая таким образом закладку, небрежным жестом отбросил ее за спину. Книга исчезла, лишь будучи выпущена из длинных пальцев молодого мага. Сам же он, сунув руку в карман, жизнерадостно улыбнулся и, окинув всех присутствующих взором, безмятежно пожал плечами.
  
— Ну, что же, привет хозяевам! А я тут давеча как раз размышлял, не сходить ли мне к вам в гости самому, раз уж дядя никак не сподобится…
— Мы были бы только рады, — Эрик, по этому человеку и в самом деле скучавший, мягко улыбнулся, легко пожимая плечами. Роман, не преминув поучаствовать в родственной беседе, согласно кивнул, одаряя нового персонажа взглядом, тем не менее, довольно насмешливым.
— Али не брат ты нам? — промурлыкал он на манер народного сказителя, прижимая обе руки к груди.