"Фантастика 2025-78". Компиляция. Книги 1-15 (СИ)

Девушка слегка фыркнула.
— Да что с ними может быть? Пылятся себе потихоньку. Хотя, конечно, если будуар почистили, свечки выкинули, а листочек я забрала…
— Какой листочек? — не понял блондин, чуть сдвигая брови, — Как тот, что мы с Винсом нашли сейчас здесь?
Хранитель памяти, без особенной симпатии рассматривающий выступающий край каминной полки, невнимательно помотал головой.
  
— Нет, такой, как тут, мы нашли в другом месте. Хотя, кажется, опять же она нашла… Ну, может, вы вдвоем. А то был другой…
— Стоп-стоп-стоп, — заволновалась девушка, — Я что-то теряю нить повествования. Что еще за листочек вы нашли тут?
Винсент, ненадолго отвлекшийся от камина, обернулся к собеседнице. Выглядел он на редкость серьезно, что после мимолетных шуточек, только что проскальзывающих в его речи, казалось даже странным.
— Список, — негромко ответствовал он, внимательно глядя на девушку, — Точно такой же, как и тот, что вы с Эриком обнаружили в каморке твоего родителя.
Татьяна изо всех сил постаралась не измениться в лице, поняла, что ей это не удается и бросила бессмысленные попытки, предпочитая просто ответить.
— Ты хочешь сказать… — медленно проговорила она, — Что Альберт побывал здесь?..
— Если только листик не занесло сюда ветром, да, — хранитель памяти пожал плечами и, вновь обернувшись к камину, продолжил, — Но должен заметить, тут есть надписи куда как более интересные, чем Альбертовы зверюшки.
Девушка, покосившись на графа, напряженно нахмурилась. Упоминание каких-то надписей вкупе с холодным пламенем вызывало у нее не самые приятные ассоциации.
— Не буду слишком уж испытывать ваше терпение, — в голосе Винсента ясно слышалась ухмылка, но почему-то довольно невеселая, — Татьяна, должно быть, помнит, но для вновь посвященных я поясню, — он бросил довольно красноречивый взор на внимательно слушающего его блондина, — В будуаре, кроме свечек, холодного пламени, пыли и листочка было еще кое-что. И этим кое-чем была надпись на подсвечнике, где и находились свечи. Три слова на латыни, заклятие или заговор… — мужчина опять обратил взор к камину и, эффектно проведя пальцем по выступающему краю каминной полки, медленно и с выражением прочел, — Dum spiro, spero.
Граф де Нормонд, похоже, ожидавший чего-то более устрашающего, слегка приподнял бровь.
— Пока… дышу — надеюсь? — он вопросительно глянул на девушку и, внезапно разуверившись в собственных знаниях, опять глянул на Винсента, — Или «пока живу — надеюсь»?
— Перевести можно по-разному, но суть от этого не изменится, — мужчина вздохнул, почему-то, как показалось Татьяне, виновато, опуская взгляд на пламя, — Как бы там ни было, звучит, да и выглядит, символично. Пламя, как я помню по свечкам, потушить нельзя. Даже любопытно, может ли потушить его тот, кто зажег, или…
— Тебя только это интересует? — девушка, совершенно недовольная отступлением от темы, скрестила руки на груди, — Или тебе уже совершенно понятно, кто мог побывать и тут и в замке? Да и, собственно говоря, ради чего? — она почесала бровь и недоумевающе пожала плечами, — Не для того же, чтобы просто облагородить интерьер будуара и осветить здесь, по доброте душевной, темную комнатку. Верно… же? — заметив устремленный на нее внимательный и серьезный взгляд Эрика, она растерянно умолкла. Молодой же человек, куснув себя за губу, зачем-то сцепил пальцы в замок и, слегка хрустнув ими, неожиданно нахмурился, серьезнея еще больше.
— А может быть, и не верно… — медленно проговорил он, словно бы додумывая посетившую его мысль на ходу, — Может, ему зачем-то нужно было освещение… И здесь и в замке, — взор его, устремленный к девушке, стал столь красноречив, что та мгновенно поняла его значение и слегка приподняла брови.
— Неужели думаешь, что он что-то искал?
Ответ последовал со стороны камина.
— Почему бы и нет, — меланхолично вклинился в беседу хранитель памяти, — В жизни все возможно, а здесь, например, вполне есть, что поискать… Любопытно только, кто же он такой, этот «он».
— А может, «она»?.. — вопрос граф де Нормонд задал, казалось, скорее для поддержания разговора, однако, в голосе его мелькнуло что-то, заставившее Татьяну насторожиться, а Винсента оторваться от пристального созерцания пляшущего огня. Затаенная боль, глубокая ненависть и странное сожаление — все смешалось в этот миг в тоне молодого человека, моментально давая понять, кого же именно он имел в виду.
Хранитель памяти легко улыбнулся и, хмыкнув, вновь обратил внимание на камин, зачем-то опускаясь с ним рядом на одно колено.
— Луиза? — слышащаяся на сей раз в его голосе ухмылка была явно веселой и даже какой-то ободряющей, — Она, конечно, местами обитала в том будуаре, но, поверь мне, Эрик, упыри не владеют магией. Даже зачатки ее им неведомы. А вот то, что здесь бывал всеми любимый и всем известный маг…
— То есть, по-твоему, огонь зажег Альберт? — Татьяна, не удержавшись, хмыкнула, — Пробраться в будуар мимо Эрика было бы затруднительно. Конечно, он умеет перемещаться, но…
— Нет, — голос Винсента прозвучал неожиданно резко и девушка, прервавшись на полуслове, удивленно воззрилась на него. Хранитель памяти, качая головой, как китайский болванчик, медленно запустил руку в камин, шаря по старой золе, оставшейся здесь, видимо, еще с тех времен, когда пламя рождали дрова, а не чары.
— Нет, это не он, — продолжил Винсент, не обращая ни на кого внимания и следя за собственными действиями, — Это чары, да, магия, но магия не принадлежащая магу.
— Что это значит? — Эрик, наблюдающий за действиями друга не менее внимательно, чем он сам, чуть склонил голову набок, — Маг, который не маг, не умеющий колдовать колдун… Если это не он, тогда кто же?
— Интересный вопрос, — хмыкнул хранитель памяти и, неожиданно подавшись вперед, сунул в камин, помимо руки, еще и голову. Дальнейшие его слова прозвучали глухо.
— Если мне на него кто-нибудь ответит, я с вами поделюсь.
Молодые люди, ошарашено созерцающие действия своего спутника, медленно переглянулись. Зрелище, надо сказать, было впечатляющим — пусть пламя и не жгло, выглядело оно все же вполне натуральным, и мужчина, который, стоя на одном колене перед камином, совал в него голову, производил впечатление откровенно ненормального.
— Ты… — почувствовав, что голос охрип, Татьяна вежливо кашлянула и продолжила, — Прости, перегрелся? Охлаждаешь свою буйную головушку?
Винсент в камине недовольно фыркнул. Звук получился гулким.
— Винсент!.. — несколько нараспев окликнул, в свой черед, друга молодой граф, — Что ты там ищешь?
— Как найду, покажу, — буркнул хранитель памяти и, не шокируя более публику, подался назад, снова появляясь на свет божий. Выбираясь, он зацепился за решетку внизу камина и, раздраженно чертыхнувшись, хотел, было, прибавить что-то еще, как неожиданно заметил на ней что-то и, нахмурившись, вгляделся пристальнее. Затем недоверчиво глянул на скелет, словно испрашивая у него ответа и перевел взгляд на пол возле камина. После чего вздохнул и, поморщившись, немного отполз в сторону, там усаживаясь на пол по-турецки.
— Мое предположение подтверждается, — как-то очень неприязненно проговорил он и, кивнув на скелет, пояснил, — Старика кто-то ударил, причем сильно. Причем, прямо здесь, как я понимаю — решетка и пол залиты кровью. Оттереть ее было явно некому…
Татьяна, которую слова мужчины почему-то не столь испугали, сколь удивили, растерянно моргнула.
— А почему старика?..
Взгляды обоих находящихся в комнате искателей обратились к ней. Ни Эрик, ни Винсент вопроса явно не поняли. Девушка, обычно терпеть не могущая быть не понятой, и возмущающаяся на этот счет, сейчас растерялась еще больше.
  
— Ну… Винс сказал «старика ударили». А почему старика, ты думаешь? Может, это был какой-нибудь парень, сам его так называл… Или вообще девушка.
— Да уж, убийц девушек нам только и не хватало для полного, так сказать, антуража… — пробормотал Винсент, снова переводя взгляд на скелет, — Синяя Борода вышел на охоту и оставляет после себя освежеванные трупы.