"Фантастика 2025-78". Компиляция. Книги 1-15 (СИ)

— Ах, да-да… Месье де ля Кот собирался объяснить нам смысл своих загадочных высказываний.
— Во-первых, де ля Бош, — сумрачно отреагировал хранитель памяти и, чем-то хрустнув, поморщился, — Во-вторых, твой приятель-мажордом, по-моему, издевается, подсовывая мне курицу. А в-третьих…
— Во-вторых, он ни над кем не издевался, — моментально вступился за Анхеля молодой человек, — Предупреждать надо было, что птичек ты не желаешь ни в каком виде. Так что там с дядюшкой, открывающим дырки в пространстве как ты?
  
— Не как я, — поправил мужчина, вопреки своим словам, на удивление быстро поглощая жаркое из курицы, — А как хранитель памяти. Ты же не думаешь, что я существую в единственном экземпляре?
— Да кто тебя знает, — отмахнулся юноша и чуть сдвинул брови, — Ближе к делу, уважаемый. С чего ты взял, что Альберт…
— Подождите, — Эрик, по сию пору молчавший, решительно поднялся на ноги, оглядывая собравшихся немного свысока, — Для начала объясни, почему ты так уверен, что это именно дядя.
— А я тебе уже объяснил, — последовал невозмутимый ответ, и виконт де Нормонд, демонстрируя истинно дворянские манеры, согнул ногу в колене, ставя ее на стол рядом с собой. Винсент в ответ на это действие поморщился и пересел на другой стул, дабы находиться подальше от не слишком чистого ботинка.
— Очень, понимаешь, много факторов совпадает, — продолжал тем временем разглагольствовать Роман, решительно не обращая на хранителя памяти и его действия никакого внимания, — Да, ты спрашивал, с чего я взял, что у Альберта и Мари были отношения. Видите ли, дорогой братец, когда видишь двух людей целующимися в темном закутке, сложно сделать вывод, что они как-то плохо друг к другу относятся. Кстати, я подозреваю, что Альберт либо сказал ей что-то, либо что-то сделал, чем и напугал ее в тот день. Может быть, просто признался, что массовое убийство в замке — дело его рук.
— Он ведь никого не убивал, — молодой граф, вздохнув, снова опустился в кресло. Его брат откровенно поморщился.
— Эрик, если человек приводит в дом всякую нечисть и говорит ей: «Убьете вот этих всех и еще парочку вот тех», это характеризуется как дело его рук. И хватит искать в Альберте признаки невинности, в нем их нет!
— Хорошо, хорошо, — блондин, сдаваясь, поднял руки и негромко вздохнул, — Значит, из того, как он вел себя в прошлом, из того, что Ричард назвал его имя сейчас, ты делаешь вывод, что это он. Но, Роман, я повторяю: дядя — человек. По твоему, он мог прожить все это время, ожидая, когда можно будет начать портить нам жизнь?
— А ты уверен, что он человек? — снова вклинился в мирное течение беседы хранитель памяти, успевший уже избавиться от предложенной ему еды и сейчас внимательно слушающий разговор братьев, — Если он чем-то там посыпал еду, — при этих словах последовал взгляд в сторону Романа, — Если сумел открыть дверь, как хранитель памяти (предвосхищая твой вопрос — нет, я не ошибаюсь. Свои умения я смогу узнать из тысячи), если обладал кулоном… хотя я не очень понимаю, зачем он отдал его горничной… В общем, как по мне, так все это дает возможность сделать вывод, что Альберт может быть кем или чем угодно, и вовсе не обязательно, что он человек и не мог прожить трех столетий.
— Ладно, — Эрик, подавленный обилием вываливаемых на него фактов, обреченно опустил руки, — Предположим, вы оба правы. И что из этого следует? — он перевел взгляд с Винсента на собственного брата, и ответил себе сам, — Ничего. Как узнать точно, и что делать после — неизвестно.
— Может быть… — Татьяна, все это время предпочитавшая молчать, нерешительно подала голос, — Может, все-таки попытаться помочь Ричарду? Он же просил…
— Стоп! — юноша, хлопнув ладонями по столешнице, легко соскочил с нее и, нахмурившись, воззрился на брата и его девушку, — О какой такой помощи просил Ричард? Когда? И почему прочие участники собрания не в курсе?
— Говори за себя, — хранитель памяти, ухмыльнувшись, скромно отвел взгляд. Роман медленно втянул воздух.
— Значит, даже кот в курсе дела, а я до сих пор нет? Когда этот оборотень просил о помощи? И кого из вас?
— Эрика, — девушка, в голове которой хлопок виконта по столу отозвался тысячекратно преувеличенным гулом, устало оперлась локтем на столешницу, держась за голову, — Просил помочь справиться с Альбертом.
— Утром, — машинально добавил блондин, не сводя с нее глаз и обеспокоенно нахмурился, — Что с тобой?
— Головка бо-бо, — откровенно ехидным тоном сообщил хранитель памяти, — Когда падаешь с высоты третьего этажа затылком на мостовую, это не очень способствует хорошему самочувствию, — и, заметив обращенные к нему недоуменные взгляды обоих братьев, со вздохом пояснил, — Альберт, как дилетант, открыл проход на высоте третьего этажа. Кстати, это странно, что он, действуя, как хранитель памяти, перенес нас не назад во времени, а просто переместил в другое место… В общем, открылось это довольно высоко, но все приземлились удачно, — Эрик, я… и еще раз я, а Татьяна…
— С двумя штуками тебя-то все понятно, — перебил его виконт, — Кошкам вообще лафа — всегда на четыре лапы приземляются. А Татьяна, как я понимаю, приземлилась особенно удачно. Что же, я был прав, говоря, что она сегодня билась головой.
— Я всегда знала, что ты, как настоящий друг, обязательно меня поддержишь в трудную минуту, — сумрачно отреагировала девушка, — Нет бы предложить средство от головной боли.
— Средство от головной боли? — Эрик изумленно поднял брови, но тотчас же вновь опустил их, сдвигая, — В таких случаях даже в наше время вызывали лекаря и отправляли в больницу.
— Хорошо, что не на плаху, — Татьяна, настроение у которой портилось тем больше, чем дольше шел разговор о ее болезни, сморщилась, — Самый оптимальный вариант… — и заметив устремленные на нее укоризненные взгляды, обреченно вздохнула, — Хорошо, ладно… Я согласна пообщаться с врачом. Если только у кого-нибудь есть варианты, как добраться отсюда до больницы без дополнительного для меня ущерба.
Роман чуть пожал плечами. На лице его прямо читалось недоумение, вызванное непониманием столь простого и очевидного варианта.
— На мотоцикле Влада, — спокойно произнес он и тотчас же добавил, — Если ты его боишься, я поеду с тобой.
— Я сам с ней поеду, — отмахнулся граф де Нормонд, чуть хмурясь, — Правда, Цепеш…
— Не начинай, а? — в голосе молодого человека ясно послышались нотки усталой мольбы, — Подумай о своей Татин. Как она без головы замуж за тебя выходить будет? — и, удовлетворившись мгновенно порозовевшими щеками девушки и откровенно смущенным видом брата, добавил, не давая им возможности ответить, — А я — необходимый вам гид по Парижу, вы же без меня даже больницу не найдете.
— А я? — хранитель памяти, не выдержав боле роли всеми забытого и покинутого кота, вскочил на ноги, — А я как же? Я не останусь один в замке — вдруг тут привидения? — и, заметив устремленные на него удивленные взоры с явственно плещущейся насмешкой в них, он обреченно вздохнул, разводя руки в стороны, — Ну, хорошо, я просто хочу подышать свежим воздухом и покататься на мотоцикле. Этим вы довольны?
— Довольны, — Роман, уже становящимся за сегодня привычным жестом, опустил подбородок с видом милостивого согласия, — Но тебя с собой все равно не возьмем. Во-первых, своим прикидом ты распугаешь половину больницы, — и, хмыкнув в ответ на негодующее выражение лица собеседника, он с выражением странного самодовольства прибавил, — А во-вторых, на мотоцикле с трудом на троих-то места наскребется. Так что придется тебе заняться ловлей местных привидений, друг мой… Тебе одолжить сачок?
  
— Спасибо, обойдусь, — сумрачно отреагировал мужчина, — Хотя еще не факт, что вы вообще куда-то поедете, конечно… Влад-то неизвестно, где гуляет.
— Да, и может быть, не стоит ставить Альберта в известность о том, что мы делаем? — Татьяна, усмотревшая неожиданную перспективу не ехать в больницу, а преспокойно отлежаться дома, чуть приподнялась, с нескрываемой надеждой глядя на своего графа. Тот чуть склонил голову на бок, отвечая недоумевающим и настороженно-подозрительным взглядом.