На грани измены (СИ)

— Миха, ты уже уехал? — голос Вадима кажется взволнованным.
— Да, а что случилось? — спрашиваю на автомате. Откровенно говоря, мне плевать, что там происходит.
— Я не могу дозвониться до Ларисы, — быстро говорит он.
— Вадим, какого черта ты звонишь мне? — бросаю злобно.
— Позвони ей. Может, хоть тебе ответит.
— Вадь, а ты ничего не перепутал? — отвечаю грубо.
— У тебя с ней хорошие взаимоотношения. Она тебе доверяет, — произносит тихо.
— Так ты про жену? — до меня наконец-то доходит.
— Конечно! — восклицает Романов.
— Что ты хочешь, чтобы я ей сказал? — хмуро спрашиваю, всматриваясь в номер приближающегося такси. Мое.
— Чтобы она перезвонила мне. И вернулась домой. Я очень волнуюсь.
— Я позвоню. Вадим, но давай по-честному, — предлагаю.
— Как?
— Между вами все кончено. Даже я понял ее настрой.
— Она говорила с тобой? — удивленно спрашивает он.
— Она нет. Но ты говорил, что ей нужен развод, — выдаю я.
— Да, точно.
— Она не из тех, кто принимает скоропалительные решения. А это значит, что оно окончательное, Вадик, — я потираю виски, в которых начинает стучать с новой силой. — Ты ведь не любишь ее. Отпусти Ларку.
— Она — моя жена. И пока я хочу, чтоб она ей оставалась — так и будет, — отрезает ледяным тоном.
— Если что-то выясню, перезвоню, — быстро отвечаю и сбрасываю вызов.
Нет никакого желания помогать Романову. Я никогда не вмешивался в их отношения раньше и не собираюсь делать это сейчас, но есть одно но! Лара — хороший человек, который заслуживает счастья. И я волнуюсь за нее.
К моему удивлению, Романова отвечает с первого же гудка.
— Миша, я знаю, зачем ты звонишь, — устало произносит Лара. — Но я не стану с ним разговаривать. Это большая жирная точка.
— Так а что случилось, Лар?
— Миш, может, ты не будешь строить из себя… — она резко замолкает. — Извини. Но ты не можешь не знать. Он ведь твой лучший друг.
— Знать о чем? — я сажусь на заднее сидение подъехавшего автомобиля и здороваюсь с водителем. — Доброй ночи.
— Он мне изменяет, — четко, почти по слогам выдает Лара.
— Ты уверена? — хмурюсь я. Вадима я знаю очень давно. Безусловно, он может пофлиртовать с девушкой в баре, но это его потолок.
— Абсолютно. Я больше скажу тебе, Миш, — она снова делает короткую паузу. — Я даже знаю с кем.
Странно, что в голосе Романовой нет ни единой нотки грусти или сожаления. В ее голосе слышится только безоговорочная уверенность в сказанных словах и дикий холод, направленный в адрес Вадима.
Я хочу спросить, знаю ли я ее, но не успеваю раскрыть рта, как Лара быстро добавляет:
— Извини, я больше не могу говорить. Мне пора. Увидимся в офисе.
— Хорошо. Лар, если тебе понадобиться помощь, ты можешь на меня рассчитывать, — серьезно говорю я, получая в ответ простодушное «спасибо».
Романову решаю не перезванивать. Незачем. Это лишнее. Пусть сам разбирается в том дерьме, которое натворил. В последнее время Вадим стал более скрытным, и теперь мне становится ясно, с чем это связано. Так или иначе, это его дела. Мне нужно разгребать мои.
Я снова потираю виски, опустив голову вниз и отчаянно пытаясь справиться с ноющей болью. Все тщетно. Надеюсь лишь на то, что у Марии Григорьевны найдется что-то, что вернет меня к жизни.
Прокручиваю в памяти события сегодняшнего вечера — помню я слишком мало. Последнее — это то, как я отшил Бережную, когда сидел в баре. А вот как я там оказался — не помню. Кроме этого, я точно знаю, как и с кем приехал в ресторан. Да и тост от начальника мелькает в воспоминаниях.
— Приехали, — звучит громкий голос таксиста.
— Благодарю, — рассчитываюсь с мужчиной средних лет и выхожу из автомобиля.
Мария Григорьевна уже ждет. Ее теплая улыбка вызывает во мне облегчение. Кто уж точно мне не враг — так это она.
— Мишенька, что с тобой? — она качает головой.
— Это я и приехал выяснить, Мария Григорьевна, — делаю попытку улыбнуться.
— Я и без анализа могу тебе сказать, что случилось, — тяжело вздыхает она. — Знаешь, кто это сделал?
 
— Пока нет, — отрицательно качаю головой. — Но есть предположения.
— Это уже что-то, — кивает она. — Идем в процедурную, а потом я тебя откапаю. Легче станет.
— Спасибо огромное, Мария Григорьевна, — мягко отвечаю. — Не забуду никогда вашу доброту.
— Идем, Мишенька. Идем.
Спустя два часа с легким сердцем и ясной головой я наконец-то покидаю стены клиники, в которой работает Мария Григорьевна. Эта женщина почти вернула меня к жизни. А я ведь сразу понял, что дело не в выпивке — даже самый крепкий алкоголь не даст подобного эффекта. Тем более, в силу рабочих моментов я не раз имел возможность наблюдать за жертвами со стороны.
Я снова вызываю такси, но на этот раз еду домой, надеясь, что Инга уже вернулась с новогодней вечеринки. Маловероятно, что она станет меня слушать. После увиденного и услышанного из уст Бережной ей потребуется некоторое время, чтобы остыть. Главное — пусть вернется домой, об остальном уже подумаю на месте.
— Ничего, если музыку погромче сделаю? — спрашивает водитель.
— Что? — машинально хмурюсь. Я глубоко ушел в свои мысли и не сразу понял, что таксист обращается ко мне.
— Музыку сделаю погромче?
— Конечно, — быстро киваю.
Мобильник оповещает о новом голосовом сообщении от Романова, в котором он снова говорит о своей жене и о том, что не может ее найти. Вадим зол, и я не представляю, как было бы лучше — чтобы Лара объявилась или же наоборот. Так или иначе, он не оставит супругу в покое и сделает все, чтобы развод стал ее личным адом.
Раньше я не думал о друге в таком контексте, но теперь вся сложившаяся ситуация наталкивает меня на неприятную мысль о том, что Вадим уже давно ведет двойную игру. И не только против Лары, но и против меня. Нужно встретиться с ней и выяснить все, что эта девушка знает.
Я вновь смахиваю по экрану мобильника, на этот раз чтобы проверить электронную почту и результаты экспертизы пожара в квартире родителей Инги. Здесь Вадим был прав — на первый взгляд ничего криминального. Но мне нужно подтверждение другого эксперта. Займусь этим вопросом завтра.
— Приехали, — водитель останавливает машину у дома.
Выхожу из автомобиля и тяжело выдыхаю — в голове неожиданно проносятся приятные воспоминания, связанные с Ингой, и я невольно улыбаюсь.
В ту ночь я впервые привез ее сюда. Родители узнали о моем намерении жениться и подарили квартиру в честь помолвки. Она-то и стала вторым сюрпризом для Инги. Первым же было предложение руки и сердца.
Я подготовился заранее и завязал ей глаза широкой лентой. Находясь в предвкушении очередного сюрприза, Инга без умолку говорила и выдвигая десятки предположений, что ее ждет после того, как я разрешу снять маску. В тот момент мне казалось, что нашему счастью и чувствам ничего и никогда не сможет помешать. Инга расплакалась от нахлынувших эмоций. Она закрыла лицо руками, а затем крепко обняла меня и тихо прошептала, как сильно любит.
Открыв металлическую дверь, я попадаю в подъезд. Сегодня дежурит Людмила Николаевна — хорошая женщина, но излишне болтливая.
— Миша, доброй ночи! — первой начинает она.
— Доброй, Людмила Николаевна, — отвечаю я, задерживаясь рядом с женщиной.
— Ты с корпоратива? — интересуется она хмуро. — Что-то не очень веселый?
— От вас ничего не утаишь, — усмехаюсь. — Были еще дела.
— Работа у меня такая, — улыбается в ответ. — Инга, кстати, уже давно вернулась домой.
— Да, я знаю, — скрываю удивление. Значит, Инга сразу поехала домой, а не вернулась на вечеринку. — Ладно, я пойду.
— Спокойной ночи, Миша, — произносит женщина, окидывая меня внимательным взглядом с головы до ног.
Переступив порог квартиры, я бесшумно закрываю дверь, чтобы не разбудить Ингу. У входа стоят ее ботинки на высокой шпильке, а на вешалке висит шуба. Несомненно, моя жена дома.