На грани измены (СИ)

— Я так горжусь тобой, милая. Уверена, у тебя все получится, — мама обнимает меня, а я, остро почувствовав запах жареного бекона, убегаю в туалет.
Еще вчера все было в порядке, сегодня же я едва могу находиться на кухне, не говоря о том, чтобы хоть что-то приготовить. Если каждое мое утро будет проходить таким образом, то длительное время скрывать свое положение мне не удастся.
Я пока решила не говорить Мише о беременности. Если скажу, то с разводом будет сложнее, а я в день по несколько раз думаю о нем. Ведь веры к мужу нет.
— Я с тобой тоже мучалась в первые два месяца, — мама передает мне стакан с водой, когда я выхожу из туалета. — Токсикоз был страшный.
— Надеюсь, это разовая акция, и такое самочувствие не затянется на два месяца, — мрачно усмехаюсь я.
— Как Миша воспринял новость? — интересуется она.
— Пока никак. Он не знает, — отрицательно качаю головой. — Я скажу ему в нужный момент. Сейчас не до этого.
— Инга, — начинает мама и резко замолкает, а через несколько секунд продолжает: — Хотя, может, ты и права…
— Мам, я схожу в магазин. Молока куплю, и позавтракаем. Как раз подышу морозным воздухом немного. Может, и тошнота пройдет.
Наспех надеваю спортивный костюм, зимние кроссовки и пуховик и быстро выхожу из дома. Мне надо провериться. Спускаюсь на лифте на первый этаж и на выходе из подъезда сталкиваюсь с соседом, который был на нашей свадьбе. Он хороший друг моего мужа.
— Привет, красавица жена! — восклицает он. — Как дела семейные?
— Привет, Паш, всё хорошо, спасибо, — отзываюсь я.
— Вот и замечательно. Рад за вас, ребята. Вы классная пара, — кивает он. — Я не устану это повторять.
— Очень приятно, что ты так думаешь, — натянуто улыбаюсь в ответ на его фразу, хоть мне этого и не хочется.
— Что-то Миху давно не видел. У него все в порядке? — Паша резко становится серьезным.
— Да. В командировку уехал, — спокойно произношу я, удивленная его вопросом.
— Порешал свои дела? Или все-таки на время пропал из поля зрения? Командировка оказалась очень своевременной, — усмехается он.
— Да, все решил, — отвечаю я, не имея ни малейшего представления, что имеет в виду Паша. — Командировка настоящая.
— Понятно. Ну я в Михе не сомневался, что он сможет разрулить любую ситуацию, — продолжает он. — Тот бугай на свадьбе и меня напугал, что уж греха таить.
— Бугай? — переспрашиваю.
— Вот черт, Инга, Миха не говорил? — Паша кривит лицо.
— Он не говорил, но я догадалась, что здесь не все чисто, — подыгрываю Павлу, чтобы получить больше информации. — Давай, выкладывай. Я тебя не сдам.
Он хмурится, а потом берет меня под локоть и уводит к лестнице — подальше от выхода из подъезда. Озирается по сторонам и, убедившись, что рядом никого нет, говорит следующее:
— В первый раз я стоял на улице и увидел, что к ресторану подъехала какая-то машина. Миша вышел к ним, я подумал, что опоздавшие подъехали, но нет. Королев сел к ним в машину. Я дождался, пока он не выйдет оттуда. Видок у него, конечно, был так себе, — мрачно произносит Паша. — Мы вместе вошли в здание ресторана. На все мои вопросы Миха отвечал односложно. Но я понял, что эта встреча связана с его работой.
Теперь многое встает на свои места. Кроме главного.
— А что за бугай? Как он выглядел?
— Этого здоровяка я увидел позже. Мы с Михой вышли на улицу, а когда возвращались в ресторан, он появился откуда ни возьмись. Приказным тоном велел мне убираться с его глаз. Ты не удивлена, я вижу. Многое знала?
— Да почти все, — вру, не моргнув и глазом.
— Понял. Ладно, берегите друг друга.
— И ты себя, — киваю я, мягко улыбаясь.
Я наконец выхожу из подъезда и неспешным шагом двигаюсь в сторону магазина, который находится через дорогу от дома. Обстоятельства складываются странным образом, а я запутываюсь в ситуации еще сильнее.
Домой я возвращаюсь минут через двадцать, продолжая прокручивать в голове разговор с Пашей. Неожиданно мой взгляд падает на чемодан, которого здесь не было, когда я уходила, а из кухни выходит мой супруг.
 
— Миша? — я таращусь на своего мужа, который только что вернулся.
— Решил вернуться пораньше. Успел все доделать. Мама мне тут сообщила хорошую новость, Инга. Когда ты собиралась рассказать?
Внутри меня все холодеет, а по спине пробегает холодный пот. Черт возьми, мама, зачем? Я же просила. Что такого могло произойти за двадцать минут, пока меня не было, что ты рассказала о моем пока еще секрете?
Миша смотрит на меня в упор, но в его глазах нет ни злости, ни раздражения — мой муж спокоен. Но и с объятиями и поздравлениями он не торопится. Он ждёт от меня объяснений, но что я могу сказать — ведь итак все более чем очевидно, по какой причине я не сообщила ему сразу от этой новости.
— Да, новость и правда замечательная, — я делаю попытку улыбнуться и случайно задеваю взглядом зеркало. Вот черт! То, что я вижу в отражении, улыбкой назвать сложно.
— Новый крупный клиент — это вам не шутки, — зато мамина улыбка кажется открытой и искренней. — Правда, дочка?
На мгновение я теряю дар речи. Судя по всему, мы имеем в виду две разные новости. Чувствую, как на душе становится легче — будто огромный булыжник падает вниз. Я перехватываю мамин взгляд, и все слова кажутся лишними.
— Да. Для меня это очень волнительно, — киваю я. — Ведь у меня не так много опыта, чтобы взяться за фирму такого масштаба.
— Ты справишься, Инга, — с уверенностью в голосе произносит он, смотря на меня с теплотой. Совсем как несколько недель назад.
Миша приближается и, заправив прядь волос мне за ухо, целует в губы. В одно мгновение я поддаюсь своим чувствам, но через секунду отталкиваю мужа на глазах у удивленной мамы.
— Пахнет волшебно, — Миша прикрывает глаза и вдыхает яркий аромат приготовленного мамой завтрака, чем отвлекает ее внимание от моего необдуманного действия. — Татьяна Евгеньевна, как вы узнали, что я приеду именно сегодня?
— Я просто перепутала дни, — она нервно пожимает плечами. — И это оказалось очень даже кстати.
— Я голоден как волк, — усмехается мой муж.
— Тогда идемте завтракать, — говорит мама.
Королев идеи в кухню, а я задерживаю маму в прихожей.
— Ничего не хочешь сказать, мам? — хмурюсь я. — Я уже подумала, что ты ему все рассказала. О моей беременности.
— Инн, нет, конечно, — она отрицательно качает головой. — Я ж не враг своему ребенку. Ты попросила не говорить, я и не говорила. Ни одной живой душе. Даже отцу не сказала.
На ее глазах выступают слезы. Хоть за это время папе и стало лучше, но на каждое упоминание о нем, мама реагирует очень болезненно. Она быстро смахивает с лица проступившую влагу и возвращается к разговору.
— Миша вернулся неожиданно. Мы с ним перекинулись несколькими фразами о случившемся. Потом он сказал, что у вас сегодня какие-то совместные дела, — от услышанного мои брови ползут вверх.
— Только вот он меня забыл спросить, — шепотом говорю я.
— Я ему и сказала, что у тебя были другие планы, ведь он должен был приехать только завтра, — продолжает мама. — Миша напрягся. Спросил о планах, я и сказала о работе и новом перспективном проекте.
— Понятно. Идем завтракать, — спокойно отвечаю.
— Ты не хотела говорить об этом, да? — тяжело вздыхает она.
— Не то чтобы… — я поджимаю губы. — Я думаю, Мише сейчас не до моей работы. И не до моей жизни. Но в этом ничего такого нет, не переживай.
— Ошибаешься, дочка. Он с такой теплотой говорил о том, как гордится тобой, — мама шепчет мне в ухо. — Он так любит тебя, дочка. Да и вообще он такой молодой и уже добился многого. Его начинают узнавать в городе. А ты с ним так…
— Мам, он целовался на нашей свадьбе с Ларисой, — не выдерживаю я. — Надоело уже слушать, какой он хороший.
Я не собиралась этого делать, но мне в самом деле уже порядком надоело его почитание моей мамой. Она не меняется в лице, будто в том, чтобы только что сказала, нет ничего удивительного.