Деревенщина в Пекине 3 (СИ)

— Господин Ван, я даю вам слово… — порывисто начинает Хоу, но будущий тесть решительно обрывает его подняв руку.
— Не нужно громких обещаний и клятв. Я верю, что ты справишься. Главное — не позволяй ей тобой вертеть и помыкать. У любых поступков всегда есть последствия. После свадьбы ты будешь в ответе не только за себя, но и за всю семью.
С этими словами Ван Мин Тао одним глотком допивает виски и с громким стуком опускает пустой стакан на стойку.
  
— Что ж, я даю своё согласие на ваш брак. Пусть это и произошло раньше, чем я рассчитывал. С удовольствием обсужу финансовую сторону вопроса с твоим отцом, а также условия, при которых мы сможем провести свадебную церемонию. Всё-таки для официальной регистрации в Пекине вы пока не достигли положенного возраста. Возможно, имеет смысл формально переехать в другой регион, где брачный ценз на пару лет ниже.
— Так же можно рассмотреть вариант с выездом за границу, — предлагает будущий зять.
— Да, мы обязательно обсудим и этот вариант.
Ван Мин Тао протягивает руку, которую Хоу Ган тут же крепко пожимает.
* * *
Спустя несколько часов 
Хоу Ган паркует свой автомобиль на стоянке неподалёку от здания военной академии. Предвкушающе улыбаясь, он достаёт телефон и набирает номер друга. После нескольких гудков в динамике раздаётся бодрый голос Фань Юна:
— Товарищ на связи!
— Ну что, герой казармы, наши планы в силе? — шутливо интересуется Хоу.
— А то! Разве я когда-нибудь тебя подводил? — в тон ему отвечает приятель.
— Вот и славно. Жду тебя на старом месте, — инструктирует Хоу Ган и, не прощаясь, завершает вызов.
Спустя четверть часа дверца автомобиля открывается, и на пассажирское сиденье плюхается молодой человек в идеально отглаженной форме кадета.
— Представляешь, чего мне стоило вырваться за периметр академии⁈ — вместо приветствия восклицает он. — Очень надеюсь, что причина действительно серьёзная.
— Ты даже не представляешь насколько. Мы с Ван Япин решили пожениться!
Фань Юн ошарашенно моргает и застывает с приоткрытым ртом.
— Чего? Это шутка такая, да?
— Какие уж тут шутки, всё серьёзно, — Хоу хлопает товарища по плечу. — Пару часов назад я встречался с её отцом, он согласен. Конкретной даты пока нет, но на свадьбу ты однозначно приглашён!
— Вот это новость! Поздравляю, дружище! Только с чего вдруг вы решили поторопиться? Ван Япин что, беременна?
— Нет, конечно нет. Сначала учёбу окончить надо, а там думать о детях. Просто она предложила и я, честно сказать, только рад этому.
— Понял. Рад за вас искренне.
— Спасибо, — благодарно кивает Хоу. — Только, понимаешь, есть ещё один вопрос, который меня сильно беспокоит…
— Излагай, — подбадривает его Фань Юн, заинтригованный внезапной сменой тона друга.
— Помнишь наш план насчёт Лян Вэя? Короче, придётся всё отменить. Не стоит впутывать в это дело безопасников, а то как бы следом и тестя за компанию не поволокли.
Кадет недоумённо хмурится:
— Так, погоди. А будущий тесть тут вообще каким боком?
— Сам не пойму как так вышло, но оказывается, Ван Мин Тао ведёт с этим деревенщиной какие-то общие дела, — с явным раздражением в голосе поясняет Хоу Ган. — Может, бизнес-идею ему подкинул или ещё что, не знаю. А сейчас у тестя нарисовались проблемы — кто-то сверху положил глаз на его компанию и всеми правдами и неправдами пытается заставить продать. Сам понимаешь, к чему это обычно приводит.
Фань Юн понимающе кивает, прокручивая в голове возможные сценарии развития событий. Действительно, с большой долей вероятности на Ван Мин Тао начнут собирать компромат, пытаться подловить на чём-нибудь незаконном. И если под горячую руку в этот момент подвернётся Лян Вэй, то за решёткой они с тестем вполне могут оказаться в одной камере.
— Даже Ван Япин категорически против всей этой затеи, хотя Вэя на дух не переносит, — продолжает Хоу. — В общем, привлекать безопасников не вариант. Слушай, а может тогда просто бандитов каких-нибудь нанять, чтоб деревенскому трубой по башке дали разок-другой? Чистой воды уголовщина, вот где я бы с удовольствием поучаствовал. Насколько знаю, такие заказы у нас в даркнете исполняют.
При этих словах Фань Юн закатывает глаза и качает головой:
— Понимаешь, по части безопасности есть ещё компетенции, связи и доступ к аппарату негласному. А сейчас ты мне толкуешь про какого-нибудь нарика, готового заказ за дозу или полтинник баксов подкараулить парня — это уже криминальная полиция. Такой чернухой занимается очень узкий набор кадров, даже не знаю, смогу ли тебе помочь. Безопасники к таким не лезут, а то можно утонуть в масштабах страны.
— То есть совсем никаких вариантов?
— Я тебе всегда сразу говорю, что я могу сделать, а что нет. Вот в первом варианте я ещё мог что-то придумать, а тут даже не знаю.
— Даже через кого-то не вариант? — не унимается Хоу Ган.
Фань Юн терпеливо вздыхает. Такое чувство, что друг детства вконец отупел от любви.
— Дружище, тебе явно невдомёк, что там, в криминальной полиции, сотни подразделений: одни ловят угонщиков, другие расследуют квартирные кражи, третьи гоняются за мошенниками и так далее. И то, что ты имеешь в виду, это один или два на стыке. Такие отморозки, что они редко уходят на повышение, даже начальниками отдела не становятся. Так по земле и гоняют до пенсии. Я понятия не имею, через кого на них можно вообще выйти. В наших кругах с этим контингентом никто близко не контачит.
— Почему? Вроде же одно общее дело — защищать Китайскую Народную Республику, — недоумевает приятель.
— Ты просто оторван от системы. Суть в том, что криминальные полицейские искренне считают спецслужбы сборищем дармоедов, витающих в облаках, получающих бешеные деньги за высосанные из пальца задачи. А себя считают сверхрасой, которая за копейки рискует жизнью, борясь в подворотнях с уголовным контингентом. Соответственно безопасность на ментов тоже всегда смотрела сверху вниз. Потому что они взяточники! — с чувством восклицает Фань Юн.
— Но не всё же.
— Не спорю, возможно, среди них попадаются честные ребята, но репутация подразделения уже подмочена. Берут, и точка. Плевать они хотели на офицерскую честь и принципы, — качает головой кадет. — К примеру, проводят обыск, находят пару сотен штук баксов. И что, по-твоему, хоть один удержится, чтоб не слямзить купюру-другую? Ага, держи карман шире!
В салоне автомобиля повисает напряжённая тишина. Хоу Ган, нахмурившись, напряжённо размышляет над словами товарища. Отступать от плана никак не хочется.
— Конечно, в целом они занимаются важным и нужным делом, — дополняет кадет. — Не будь их, у нас бы тут было Рио-де-Жанейро: торчки с пистолетами и ножами средь бела дня бы по улицам разгуливали. Низкий им поклон, все дела. Но это ж не отменяет того факта, что руки у них по локоть в грязи — что в переносном, что в буквальном смысле.
— Спасибо что объяснил, — чешет затылок Хоу. — Многое прояснилось.
— Даже если найду того, кто с ними поддерживает контакт, то это уже будет посредник, — объяснил Фань Юн. — А привлекать лишних людей в такие щекотливые делишки, сам понимаешь, не комильфо.
— Ладно, тогда пока будем думать. Спешить, как говорится, уже некуда.
Кадет бросает на товарища испытующий взгляд и осторожно интересуется:
— Слушай, я вот не пойму. Если сама Ван Япин попросила тебя всё отменить, почему ты продолжаешь исполнять распоряжение? Зачем оно тебе надо?
— Бесит он меня, понимаешь? Хочу потому что могу! Раз зарядил — стреляй, — раздражённо отвечает Хоу Ган. — Раньше наши дороги почти не пересекались, я его в упор не замечал. А сейчас этот деревенский хмырь втёрся в доверие к моему будущему тестю. Он меня так раздражает, что морду его видеть его не могу! Но ведь с такими успехами придётся!
  
— Ладно, твоя жизнь — твои правила. Моё дело предупредить, что это неконструктивно. Лучше б силы и ресурсы в более полезное русло направил.