Я тебя расколдую (СИ)

– Но почему кого-нибудь более опытного не пригласили, а тебя?
Какой дотошный! Все-то ему надо знать! Ладно, хотел – получай.
– А у него на меня виды, – с ласковой улыбкой сообщила я лаборанту. – Но это – тссс – секрет.
– Какие же? – заинтересовался тот, а попугай спрятал лицо, то есть морду в крыло, изображая недвусмысленное отношение к моей реплике.
– Личные. Нравлюсь я ему. Понятно? Но я взаимностью не отвечаю, вот он и решил использовать административный ресурс. Может, займемся уже делом? Тебе граф сказал все показать, рассказать. Вперед, я готова слушать.
Бонне вздохнул, признавая свое полное поражение. И начал экскурсию. Он рассказывал, показывал на приборы, объяснял, что и для чего предназначено. Я только кивала, и лаборант каждый раз добавлял, что это чисто теоретически, на случай, если кто-то что-то спросит. Дескать, к приборам меня все равно не подпустят. Во всяком случае, первое время. И он этого не произносил, но между строк так и слышалось: «А потом, ведьмочка, надеюсь, тебя выпрут за несоответствие должностным обязанностям».
Меня явно сочли полной дурой. И это было прекрасно. Глупых людей не опасаются, перед ними не шифруются. Так что мне даже не придется шпионить. Только наблюдать. Ну и понять, что, собственно, здесь происходит.
  
Глава 30
 
День прошел глупо, пусто и нелепо. Я перебирала бумажки, оформляла результаты исследований, даже не до конца понимая, что в них содержится. К самим исследованиям меня, понятное дело, никто пока не подпустил. Разве что прочитали долгую и внушительную лекцию о важности такого великого открытия. Причем, усердствовали не только Бенедикт Бонне, но и заглянувший на огонек Альфред Корнуэл, один из старших лаборантов. Насколько я поняла, они с Бонне учились вместе, а потом также дружно пришли работать сюда.
Ну конечно, что еще попытаться сделать, как не подшутить над появившейся в лаборатории девушкой? Так я услышала про щупальца, которые якобы вырастали у клонов, на которых тестировали концентрат. Если верить описаниям этих двух аферистов, зрелище поистине ужасающее. И я, может быть, и поверила бы во все эти сказки, если бы не одно «но». Слишком уж выразительный вид был у моего попугая, словно он уже мысленно закопал этих болтунов в ближайшей канаве.
Наконец «сладкая парочка» перестала упражняться в остроумии и соизволила заняться работой. Ушли проводить опыты, а я осталась разбирать бумажки.
– Идиоты! – процедил Рейстлин вслед захлопнувшейся двери. – И хватило же у них мозгов такой бред нести. Я им самим щупальца организую.
– Это на каком месте? – не выдержала и хихикнула я. На меня сердито посмотрели:
– Ты вот о чем сейчас подумала, а?
– Ни о чем, – продолжала хихикать я. – Вот честное слово, ни о чем. Но им пойдет. Сразу отыщут, чем заняться. Хотя бы девушек найдут.
– Кассандра!
– Цыц, Арго! Ты мой фамильяр, ты просто не имеешь право на меня кричать, вопить и прочее. Ты должен меня во всем поддерживать, – наставнически подняла палец вверх я и спрятала обратно, испугавшись, что разошедшийся чернокнижник еще цапнет меня за него. Ну, а что? Мало ли…
– Слушай, ведьмочка, мне ведь не всегда попугаем быть – тихо, но внушительно проговорил Рейстлин. Это вот что, мне сейчас угрожают? Да ладно? Я угроз от попугаев не боюсь, даже если по ночам они становятся чернокнижниками. Даже если у этих магов непонятно с чего появляется целовательный рефлекс. Не боюсь и все!
– Очень на это надеюсь, – фыркнула я. – Не хотелось бы мне всю жизнь с тобой провести.
На меня крайне выразительно посмотрели, и я поняла, что мои надежды – тлен. Во всяком случае, сразу после того, как он вернет себе навсегда человеческий облик, меня в покое не оставят. Будет месть – беспощадная и, возможно, бессмысленная.
Не желая продолжать разговор на данную тему, я встала и решительно направилась к столу Бенедикта. Если уж я осталась наедине с бумагами, то грех не воспользоваться возможностью.
 
– Что ты собираешься делать? – поинтересовался Рейстлин.
– Хочу порыться в его вещах, – честно призналась я. – Постоишь на стреме?
– Фи, Касси, что за выражения? Ты же леди.
– Вот именно, я леди, и если твой лаборант поймает меня за тем, как я роюсь в его вещах, это будет немного…некультурно, не находишь? – вежливо поинтересовалась я.
Маг вздохнул и направился к дверям. А я, проверив защитные плетения и убедившись в их отсутствии (беспечно со стороны мага, не правда ли?), начала аккуратно перебирать бумаги. Я сама не знала, что хочу найти. Вряд ли Бонне хранит здесь то, что, допустим, украл. Обычные отчеты и прочее. А что, если поискать не в столе?
Воровато оглядевшись по сторонам, я взяла висящую на спинке кресла сумку Бонне. Проверила. Вместо защиты присутствовало довольно сложное охранное заклятье, взломать которое непросто. Если, конечно, у тебя нет сестры, которая когда-то писала курсовую по охранным плетениям. Соответственно, методы их обхода Амелия тоже изучила в совершенстве. Ну и меня им заодно обучила.
Итак, на первый взгляд в сумке Бонне не было ничего интересного или подозрительного. Деньги, магический идентификатор личности, всякие мелочи. И я уже собралась положить все на место, когда нащупала маленький, почти незаметный кармашек. Такой, что даже мои пальцы пролезли в него с огромным трудом.
Так-так-так. А что это у нас тут лежит такого, скрыто-интересного?
В моих руках оказался небольшой сверкающий кристалл – обычно такими пользовались при необходимости сохранить важную информацию, но при этом сэкономить место. Их еще называли записывающие кристаллы. Правда, существовала одна проблема – обычно на них накладывали охранное заклятье, то есть первый встречный эту информацию просмотреть не мог. Но когда меня это останавливало?
– Рейстлин! – негромко позвала я своего сообщника. И поправилась, сообразив, что могу так его спалить. – То есть Арго. Иди сюда!
– Да, дорогая? – попугай подлетел ко мне, и я на секунду зависла от столь непривычного обращения в мой адрес. Видимо, маг это заметил и решил меня поторопить. – Что ты хотела?
Что я хотела, что я хотела… А, да! Точно! Кристалл!
– Рейст, – проныла я, состроив жалобные глазки. – Ты можешь со своим другом договориться, чтобы он задержал лаборанта, а? Мне нужно время, чтобы взломать охрану кристалла. Там явно может быть что-то интересное.
– То есть ты еще и взломщица? – в голосе мага слышалась улыбка. Но, не дождавшись ответа, он проговорил. – Письмо отправляй сама. Или ты забыла, что по твоей милости днем я лишен магии?
Забудешь такое, как же! Схватив со стола листок бумаги, я быстро набросала записку и направила ее Николасу Монтегю. Ответ пришел быстрый и краткий. Но я его и не ждала, изучая плетения, пытаясь нащупать узел, в котором сходятся все точки. Нужно не разрушить заклятье, а обмануть. Во всяком случае, по идее охранка должна принять меня за того, кто ее наложил и спокойно пропустить.
– И откуда такие познания? – вежливо поинтересовался наблюдающий за моими ухищрениями Рейстлин.
– От Мелли, кого же еще? – рассеяно откликнулась я, пытаясь обесточить энергию. В чем-то мне даже чуточку проще, чем магам. Охранное заклятье не воспринимало меня как опасность. Но все равно это адски энергозатратно.
– М-да, теперь я понимаю, что не зря Ник так рьяно пытался зарубить ее защиту, – задумчиво произнес Рейстлин. – Такого специалиста просто опасно выпускать из стен Академии.
– Что?! – возмутилась я, впервые услышав такое о своей любимой сестренке. Вот как он смеет, а?
 
– Тихо-тихо, – остановил меня попугай. – Не отвлекайся и не теряй время.
Решив, что разобраться с этими гадами можно и потом, я сосредоточилась на плетении. Так, вот сейчас выдернем вот эту ниточку и…
– Ура! Получилось! – от радости я даже хлопнула в ладони.
– А ты сомневалась? – немного недовольно уточнил маг.