Необычное Рождество (ЛП)

И все же не мог не думать о ней, когда раздался звонок и меня вызвали в полицейский участок. Мейсон появился вскоре после того, как я туда пришел. И ворвался в комнату отдыха, где я наливал себе кофе. Он похлопал меня по спине одной из своих огромных лап, заставив меня пролить кофе, который едва отхлебнул.
— Шеф только что подтвердил это, Люк. Ты будешь работать в группе наблюдения. Мы начнем работу на следующий день после Рождества.
— Это отличные новости!
— И это еще не все, — он понизил голос. — Ты не услышал это от меня, но скоро тебя ждет повышение, о котором мечтал.
Мое сердце заколотилось.
— Он дает мне должность детектива?
— Поздравляю, парень. И все, что тебе нужно делать — это держаться подальше от неприятностей. Никаких твоих безумных выходок, хорошо?
— Я постараюсь сдерживать себя, — если бы я не был так занят ухмылкой, то, возможно, закатил бы глаза на его убогую идею шутки. Конечно, репутация у меня была не из легких, но это было не так уж и плохо. Возможно, именно из-за этого сейчас происходит повышение несмотря на то, что первыми в очереди должны были стоять копы с более длительным стажем.
— Что ты сделал с эльфом? — Мейсон оттолкнул меня локтем, чтобы налить себе кофе. — Ты положил ее обратно на полку?
Я хрюкнул от смеха. Хорошо, что Леннкос шутил со мной. Он не так давно вернулся в город и, должно быть, пережил несколько неприятных событий, пока работал под прикрытием. Сейчас ему становилось чуть лучше, но иногда его глаза все еще казались мрачными. И когда спрашиваю его, откуда шрамы, парень меняет тему.
— Я подбросил эльфийку домой, — сказал я.
— Так ты узнал, кто она? — он был сплошной горой мускулов, и, глядя на его чашку, она казалась крошечной в его руке.
— Уиллоу Бьюкенен.
Мейсон на мгновение удивился, потом рассеянно потер шрам на шее, его глаза забегали вверх и влево, словно он перебирал старые воспоминания.
— Логично, что Уиллоу вернулась в город на свадьбу своей сестры, но прошло уже много времени.
— Свадьба века, — бросил в ответ, пожав плечами.
Старшая дочь мэра была перспективным политиком, и на свадьбе Холли будет много высокопоставленных лиц. Церемония проходила на открытом воздухе в большой беседке в центре парка Сан-Данте, так что на ней могли присутствовать сотни людей, и мэр не жалела средств.
Мне было интересно, обрадуется ли мэр тому, что ее младшая дочь приедет на церемонию. Уиллоу никогда не нужно было искать неприятности; она обладала удивительной способностью притягивать их. И после побега беглянки из города я подумал, не обрадовалась ли ее мать.
И вот теперь Уиллоу вернулась на модное мероприятие своей сестры, словно пламя, приземлившееся на сухую траву.
У меня было ощущение, что жизнь в Сан-Данте скоро станет намного интереснее.
ГЛАВА ТРЕТЬЯ
Уиллоу
В дом сестры я ввалилась как можно тише, с зажатыми в руках ушами, шапкой, перчатками и снежными очками, надеясь успеть добежать до спальни, прежде чем столкнусь с ней и быть вынужденной объяснять свое растрепанное состояние.
Не повезло.
Холли была в своей гостиной, а путь мне преграждал целый ковер из белых и красных цветов. Поскольку это был единственный способ подняться по лестнице, ведущей в мою спальню, это было большой проблемой.
А что еще хуже?
Мама тоже была там.
Я остановилась, и с моих губ сорвался стон.
Холли обернулась на звук и уставилась на меня.
— Уиллоу? Что случилось?
Мама нахмурилась, оглядывая меня с ног до головы. Эльфийское платье и леггинсы были мокрыми от приземления на смесь ледяного снега и горячего Люка Пенна. А мои руки были заняты тем, что я даже не могла расчесать свои спутанные волосы.
— Почему ты так выглядишь, Уиллоу? — потребовала мама. — Ты пытаешься смутить меня?
— Что? Нет! Зачем мне это делать? — я нахмурилась, глядя на маму. Может, она и мэр, но мне надоело, что она считает, что все связано с ее работой, включая промахи младшей дочери.
Глядя на это, у меня начал чесаться нос.
Цветы были прекрасны издалека. Но вблизи они были крошечными минами с пыльцой, способными вызвать огромные взрывы соплей.
 
— Почему у тебя здесь столько цветов? — в моих пазухах уже скапливался поток жидкости, готовясь вытечь наружу. — Ты же помнишь, что у меня аллергия?
— У тебя все еще аллергия на цветы? — спросила Холли, как будто моя аллергия была старой детской игрушкой, за которую не хотелось цепляться.
— Просто не подходи, Уиллоу, — приказала мама. — Оставайся у двери.
— Мы отрываем лепестки, чтобы их можно было разбросать во время церемонии, — добавила Холли. — Мы почти закончили.
— Это пыльца, — прохрипела я, когда мое горло сжалось. — Она заставляет меня… АПЧИИИ!
— Осторожно! — мама прыгнула к цветам, пытаясь защитить их от моих соплей.
— Назад! — Холли делала бешеные взмахи руками. — Давай!
Я высморкалась в свою эльфийскую шляпу, отступая к двери. Что теперь? Поскольку мой внедорожник все еще был припаркован у дома Эдварда, сбежать было невозможно.
— Я в ловушке, — пробормотала себе под нос. — Это почти хуже, чем быть арестованной.
— Тебя арестовали? — мама была так потрясена, что выкрикнула этот вопрос.
Я вздрогнула.
— Не совсем. Не волнуйся, никаких обвинений не было.
— Уиллоу, сейчас самое неподходящее время для того, чтобы ты попала в неприятности. Выборы через восемь месяцев. Я не могу позволить себе скандал.
— Восемь месяцев — это целая вечность, мама, — моя сестра использовала успокаивающий тон. — К тому времени никто и не вспомнит о скандалах.
Я снова высморкалась, предоставив Холли вмешаться. Несмотря на то, что меня все еще раздражало, что она назначила свою свадьбу на мое самое напряженное время года, мы с сестрой в основном ладили с друг другом.
Она была умной, красивой, успевающей старшой дочерью мэра, которая, вероятно, пойдет по стопам семьи после того, как мама закончит с работой, хотя я всегда считала, что из нее получится отличный сержант, если бы та решила поступить на службу. Они с Руди жили недалеко от мамы и ужинали с ней каждое воскресенье.
А я была полной противоположностью Холли.
До вчерашнего приезда в Сан-Данте мы не виделись с мамой одиннадцать лет. Я втайне надеялась, что мое отсутствие заставило ее сердце стать немного добрее. Никому не нравится думать, что собственная мать могла быть рада отъезду из города своего ребенка. Но наше воссоединение было ледяным и не подавало никаких признаков разморозки.
У мамы зазвонил телефон, и она выхватила трубку и направилась на кухню, чтобы поговорить с абонентом.
— Ты не подбросишь меня до дороги, чтобы забрать машину? — спросила я Холли, услышав, как мама очень громким голосом занимается мэрскими делами.
В моем внедорожнике хранились мои средства к существованию, и он был до отказа набит рождественскими украшениями и принадлежностями для вечеринок. Не говоря уже о невероятно дорогой снегоуборочной машине высшего класса. Что бы ни говорил Люк, я не собиралась оставлять его без присмотра на общественной улице. Правда, прежде чем забрать машину, нужно было переодеться из костюма эльфа, но это было бы возможно, если бы дорогу мне не преграждали цветы.
— Хорошо, — сестра посмотрела на часы, — но нам придется идти прямо сейчас. У меня есть всего двадцать три минуты до встречи с поставщиком закусок.
Она прервала мамин телефонный разговор, чтобы сообщить ей, что мы скоро вернемся, а затем мы направляемся к ее серебристому Mercedes с кожаными сиденьями и запахом новой машины. Я сидела неловко, чувствуя себя на миллион лет моложе своей крайне собранной старшей сестры. На Холли было элегантное белое платье на высоких каблуках, а ее макияж был безупречен. У меня же на полосатых эльфийских леггинсах спереди была дырка, а на ботинках на толстой подошве потертости.
Когда авто Холли подъехал к тому месту, где я оставила свою машину, она кивнула на крупную надпись на боку моего внедорожника с названием моей компании «Рождественский порядок».